Двойное небо (СИ)

Он внимательно смотрел мне в глаза.
— Всё и в самом деле проще, чем тебе кажется, — почему-то шептала я, — и тебя невозможно назвать глупым.
Он дёрнул уголком губ в смешке.
— Я, вероятно, слишком злой для тебя, раз ожидаю от всех вокруг подлости, — он перебирал пальцами дно стакана, — ты считаешь нормальным позволить Давиду некоторое время погостить у твоих родителей?
Я не успела кивнуть — папа решил выплеснуть эмоции на счет машины на всех, а в особенности на нас с Лёвой.
—…так и чем ее заправлять? Королка жрёт девяносто второй, — он указал на окно, — мне загород ездить на неделю — косарь, а тут что? Сколько?
— Выезжай на ней только по праздникам, — предложила с улыбкой я.
— Ага, — повёл глазами он, — а налоги платить за обе? Вот ты советчица, дочь, — он широко улыбался, — нет уж, я зятя обижать не буду. Продам старую и чего-нить… а что купим-то на эти деньги? Может… — он взглянул на меня.
— Нет, — резко остановил его Лев, — мы позже разберёмся с машиной для Камилы. Но сейчас она ей не к чему. Особенно такая — для обучения она не подходит.
Папа нахмурился.
— Он меня возит куда захочу, пап, — решила разрядить обстановку, — отвозит и забирает, -смешок, — а ещё боится, что я куда-нибудь въеду ненароком.
— Ну как знаете, — пытался найти в Льве жадность ко мне папа, — но если что — я на связи, — ко мне, — если он… то никакие подарки ему не помогут.
Я хихикнула.
— Я учту ваши предостережения, — кивнул Лёва.
— Ой, заканчивай со своим «вы», — махнул на него рукой папа, — не мальчик чтобы уважать меня за возраст.
Я пожала плечами.
— Твоя воля, — закинул ногу на ногу жених, — Камила, пока вспомнил — кто забыл цветы для твоей мамы в машине?
Я скривилась.
— Я думала они мне, — сказала честно, — мне сходить?
— А он уже подарил! — была счастлива мама, — как от машины пришли, так сразу принёс.
Так и хотелось сказать: «Какой хороший мальчик!». Но это бы точно ему не понравилось.
— Кстати, — я вскочила на ноги и рванула к сумке в прихожую, где был забыт мой телефон, — Лёв, вставай. Мы опаздываем к Давиду.
Мужчина сперва переглянулся с моими родителями, а только потом решил выполнить просьбу.
— Тут их стадион недалеко, а он сказал, что их команда к пяти будет здесь автобусом, — я ткнула ногтем по экрану, — мы всего на часик, пока они с кем-то матч играют неофициальный. Я с ним вчера переписывалась, и он позвал.
— Камила, будьте осторожнее, — не стала вставать мама.
— Я пил, — напомнил мне мужчина.
Я пожала плечами и застегнула замочек на босоножке.
— Так мы пешком. Говорю же, недалеко, — встала, взяла сумку с вешалки и стала дожидаться его.
— Терпеть не могу, когда ты срываешься с места, — пробурчал он.
Я поправила помаду на губах. Немного успела стереться.
— Ворчливый дедуля, — хихикнула, взяв его за руку и легко чмокнув, чтобы не замазать, — пошли. Давно мы с тобой не гуляли.
* * *
Мы вернулись к восьми — взяли Давида попить чай в ближайшем кафе, пока остальные остались в свободной форме гонять мяч. Мальчик был счастлив видеть нас снова — мы на этой неделе уже дважды к нему ездили, завозили вкусняшки. А через воскресенье он должен был поехать домой.
Половина гостей к тому времени шатко собиралась на выход, пока вторая успела уйти. Я сразу же отправилась помогать собирать все приготовленное — посудомойки у мамы не было, да и относилась она к такому очень плохо. А пока Лев с папой смотрели и обсуждали новости, сходясь в ворчливом старческом мнении, я успела обсудить с мамой всё на свете.
— Пойдём в комнату? — позвала Лёву я, — ты сегодня с утра уже смотрел всё, что они там рассказали.
— Теперь они обсуждают всё другими словами, — поддакнула мама.
— Смысл в анализе, — оглядел мою старую комнату Лев, пока я закрывала дверь, — какой кошмар. Нужно было подарить твоему отцу ремонт.
Я закатила глаза и нырнула в шкаф, чтобы скрипнуть его дверцей сейчас, а не в одиннадцать, когда родители лягут спать.
— Можно к вам с разговором? — несла с собой старый фотоальбом мама, — не помешала?
 
Я мотнула головой и нашла, наконец, постельное белье.
— Такой насыщенный день, да? — села к краю подальше от Лёвы мама, — Камила, сядешь?
Вела себя она странно.
— Что-то не так? — решила спросить у неё заранее.
Она улыбнулась и покачала головой.
— С чего ты решила? — она словно вспомнила, — ах, да… — на нас двоих, — простите пожалуйста папу, он сегодня выпил и так сильно переволновался, что наговорил столько… глупостей. Лев, он и в самом деле так обычно не делает. Сегодня просто… мы слишком сильно переживали из-за вашего прихода… ну, то есть…
— Все нормально, мам, — остановила её, — все тебя поняли и не обращали внимание на папино… веселье. Я, наоборот, порадовалась за него.
Она счастливо выдохнула.
— Как я рада за вас, господи, — она искренне говорила, — может быть чай? Там остался торт и немного сладкого рулета.
— Нет, спасибо, — облокотился на спинку дивана Лев, — к чему фотоальбом?
Я даже опешила от его прямолинейности.
— А…я, — мама тоже, — я ещё в первый день знакомства, когда тогда у вас на квартире встретились… — она собралась с мыслями, — я всё не могла вспомнить, где я вас видела. Весь день ходила и никак не могла. Всё уже передумала, а потом… — она неожиданно хихикнула, — хотите я покажу вашу первую совместную фотографию?
У неё была закладка на одной из страниц в середине. Этот разворот она и открыла. А там стоящие по-советски или по-школьному люди толпой. Друг за другом, но чтобы было видно лица всех. Много людей.
— Вот это я, — указала на улыбающуюся девушку лет двадцати мама, — я тогда уже полгода работала на сахарном заводе. Вот папа — мы с ним сюда вместе устраивались, только я бухгалтером, а он сварщиком сразу после учебы.
Я разглядывала лица каждого, не понимая в чем смысл её рассказа.
— А вот Лев Александрович, — ткнула в парня посередине она, — в двадцать… пять или чуть больше был нашим начальником. Сразу после института, как говорили.
Мама посмотрела на Лёву с улыбкой.
— Вы жили в нашем городе до Москвы? — спросила она.
Видимо ему все эти воспоминания не нравились.
— А это Лидочка, — мама ткнула пальцем еще в кого-то, — через несколько месяцев, когда я уже уйду в роддом, она выйдет замуж за Льва Александровича. Говорили, что…
— Ты здесь беременна мной⁈ — не поверила я.
— К этому слова про первое совместное фото, — кивнул с усмешкой Лев, — я вас не запомнил.
Мама улыбнулась.
— Так вас и повысили быстро, а мы с Русланом остались на своих местах ещё… надолго в общем, — она смутилась.
Я вспомнила:
— Ты начала что-то про Лидию и что «говорили», — напомнила ей.
Лев осуждающе на меня посмотрел. Я ткнула ему пальцем в нос, отчего он не сдержал улыбки.
— Это, наверное, нехорошо, но…
— Если н хорошо, то лучше не говорить, — перебил её Лев.
Я села так, чтобы заслонить собой его нежелание слушать.
— Не обращай внимание, — с горящими глазами сказала ей.
— Вы женились в первый раз из-за ребенка? — тихо и неуверенно спросила мама.
Я кивнула, вспоминая, что говорил сам Лев.
— Допустим, — скрестил руки на груди злющий мужчина.
— Много кто говорил, что девочка не ваша, — огорошила меня мама, — некоторые утверждали, что сама Лидия так говорила.
Я подавилась.
— Это ложь, — сквозь зубы произнёс Лев.
А перед моими глазами встала Поля. Совсем не похожая на отца. Ни внешне, ни умом, ничем вообще. В отличие от Давида, которые стал маленькой копией. А что если…
— Камила, убирай из глаз этот загадочный блеск — это неправда, — осадил меня мужчина.
Я поджала губы.
— Ты проверял? — спросила прямо.
Как же он злился. Смотрел на меня с яростью, хоть и говорил спокойно.
— Камила, — его зубы скрипнули.