Проклятие тайных желаний (СИ)

А ведь это не шутка... Увы.
До меня только сейчас доходит, что раз Неро на мне не женится, то я никогда не буду в безопасности из-за его сумасшедших фанаток.
А среди них и эльфийки высшего уровня.
Жену они точно не тронут, а любовницу спокойно устранят.
Но жениться для Неро значит потерять все. Он на это не пойдет.
Когда я проспорила на «просто отношения» с ним, я почти подписала себе смертный приговор... Сама.
— Будем заниматься любовью, как в последний раз. А в перерывах будем бить друг другу сердца. О, безумие еще никогда не было таким интересным! — Неро коротко и жарко целует меня в губы.
Он сплошная противоположность: говорит, что не хочет секс, а сам меня возбуждает.
Или ему просто нравится целоваться?
Я же совсем ничего о нем не знаю.
Хотя возможно, когда я узнаю все его мрачные тайны, мне будет проще его бросить.
Бросить и этим спастись.
— Не бить сердца, Неро. Я не буду намеренно тебе изменять, мой милый, — зато вслух у меня язык не отвалится поддержать эту безумнейшую игру.
Это, как дикий танец, когда на лицах сладкие улыбки, а за спиной у каждого кинжалы.
Запретный и оттого остро желанный.
— Я понял, земляничка. Ты хочешь вести себя естественно. А от меня ты хочешь, чтобы я просто скрыл весь свой цинизм. Хорошо, давай так. Только не пожалей об этом. А то ты решишь, что я герой фильма, а я останусь собой: довольно ушлым и циничным мужиком. Знаешь, сколько женщин я бросил? А ведь мне верила каждая, — Неро вздыхает. Как будто искренне.
— Угу. Я уже сказала: хватит играть мерзавца. Не порти образ. Устрой мне сказку. А то, что сказки не длятся долго — я знаю. Заниматься сексом, а тем более любовью с отпетым мерзавцем я просто не смогу, и весь наш эксперимент провалится. Может, ты меня сразу другому старшему жрецу передашь? Раз секс со мной скучный, а сама я тебе противна?
— Хватит, малыш. Ты моя. А пока ты со мной, тебе ничего не грозит. Будем естественными. Ты-то от меня ничего не скрываешь, а я... Увидишь сама, какой я на самом деле.
Ничего не скрываю?!
Вообще-то я скрываю, что собираюсь разбить ему сердце.
Хотя уже нет: я недавно сказала это Неро как шутку.
Мог ли кто-то из моих подружек сходить к нему и передать ему спор?
Никто из девушек с того вечера так и не объявился. Конечно, я дома практически не бываю, а раньше они приходили, поскольку мы все соседки, но...
— Я хочу подарки, милый. Что ты мне приготовил? — нужно срочно отвлечься.
Думать о том, что Неро действительно знает все и может стереть меня в порошок, жутковато.
Если ему нужно, он ни перед чем не остановится. Я-то знаю.
— Нам обоим, земляничка. Мне доставит нереальное удовольствие на тебя смотреть. Встань с кровати и ничего не бойся. Это не больно.
Больно?!
Но я послушно вылезаю из-под одеяла.
Как могу, грациозно. Хотя я совершенно голая, а у эльфов не принято так ходить.
Моя нагота дико меня смущает.
Изумленно вскрикиваю: прямо на мне, лаская шелком кожу, появляется дивное платье. Черное с пышными красными розами. На ногах — красные туфельки на изящном, но устойчивом каблуке.
— Хотела бы я научиться... делать так.
Неро смотрит на меня внимательным оценивающим взглядом — ой, я это вслух сказала?
— Твоя красота совершенна. И заслуживает оформления под стать. Учиться долго, земляничка. И сложнее, чем танцевать. А ты еще даже танцы не освоила.
Да чтоб его, язву!
— А ты — балбес.
— Почему это балбес? — лицо Неро вытягивается.
Он сидит в постели наполовину под одеялом, демонстрируя свои умопомрачительные плечи, мощную грудь и убийственно прекрасные кубики пресса.
Я ловлю себя на преступном желании провести по ним языком.
Ну да, скрывать глупо: я хочу жреца.
Возможно, мое необдуманное желание потанцевать в казарме у воинов тоже было связано со страстью к красивым сильным мужчинам.
Которые могут нагнуть и...
— Чему это ты так мечтательно улыбаешься? — я вздрагиваю, поскольку Неро уже стоит прямо рядом со мной.
Полностью одетый в свои черные гадкие тряпки.
 
Преступник, такое тело скрывать!
Ой, я не сказала ему, почему он балбес.
— Балбес ты и есть. Заканчивай меня подкалывать. А то я обижусь. И домой уйду.
— Родителей хоть предупредила, бедовая?
— Неа.
И действительно же!
Я решаю связаться прямо с папой. В конце концов Неро им сам сказал, что проверка Дара несколько дней займет.
Мысленно говорю:
— Папа, старший жрец объявил, что мне нужно в храме оставаться. Зачатки Дара он обнаружил. Передай это маме и всем, чтобы не беспокоились.
Папа отзывается:
— Ари, жрецы там тебя не обижают? Не принуждают к каким-то гнусностям?
Эх, папа...
— Нет. Часть слухов про храм преувеличена ради большего интереса прихожан. Вы сами там как?
— Зарабатываем на Сантосе. Он нас будто благословил. Спрос на катания огромный. Только клиенты жалеют, что их катаешь не ты, — папа улыбается.
— А вы им намекаете, что я могу внезапно вернуться и покатать? Делайте так, будет больше ажиотажа. Чуток хитрости, пап.
— Хорошо, Ари. Ждем тебя дома, как только сможешь прийти, и очень скучаем.
— Я вас тоже люблю, папочка.
С сестрами поговорю потом, когда Неро не будет рядом.
Да и пока не знаю, как им все подать.
Скрыть ли, что я уже не жрица, или правду рассказать...
Сестры не предадут, но мне самой еще ничего не ясно про эти отношения, которые не отношения, а прогулка по лезвию меча.
И даже Двоюродная Лаиса: как Неро объяснил ей, зачем мне танцы, если обычно жриц учат наставницы в храме?
А если она ярая поклонница жреца, то не опасна ли она для меня?
— Поговорили? — Неро возвращает меня в реальность. Киваю ему. — Тогда еще одна маленькая, но симпатичная деталь. Садись в любое кресло.
— М? — у меня в животе приятно обмирает от предвкушения.
— Массаж головы и прическа, кроха. Дай я тебя причешу. Это приятно.
Мои сестры меня тоже причесывают. Но где этому учился Неро — я начинаю ревновать. У него-то сестер нет.
А потом забываюсь.
Выпадаю из мира от ощущения тотального блаженства, когда чуткие пальцы сильно и уверенно массируют мне голову. И не только голову — плечи тоже.
— Неро... Я сейчас кончу от восторга, Неро... Оох...
— Кто тебе запрещает? Кончай.
Он меня убивает.
Этими прикосновениями и этим голосом убивает всю мою волю.
Мне даже холодно становится, когда массаж закачивается, и Неро показывает мне готовую изящную прическу с заколкой-розой, усыпанной драгоценностями.
Первый раз он увидел меня тоже в розах. И тогда их дешевыми обозвал.
Вот, значит, что по его мнению дорогие...
Отчего-то мне становится грустно.
— Неро... Спасибо. А платье, которое ты порвал... Я его любила.
— Держи, — целехонькое платье точь-в-точь, как мое, ложится мне в руки. — Оставь его тут, и пойдем уже слушать музыку. Незаконно.
Я аккуратно складываю платье на диван. Кстати, где у Неро мне хранить свою одежду?
— Незаконно?
— Да. Возбуждающе незаконно. Невидимками. Сперва мы тайными переходами проникнем в концертный зал. Ты знаешь, что весь храм пронизан секретными ходами? А затееем... Все, больше я ничего не скажу, — и Неро улыбается мне, как отпетый заговорщик.
Как очень красивый заговорщик.
Мужественный с правильными чертами лица.
Я подаю ему руку.
Будем вместе в этом приключении.
Ближайший ход оказывается прямо в глухой стене совсем неподалеку от кабинета Неро. Никогда бы не подумала!
Это не какой-то узкий темный лаз — вполне себе коридор, хотя вероятно только для меня — Неро перегораживает его полностью.
Я иду за ним, замирая в страхе от стука своих каблуков.
— А нам навстречу никто не попадется?
— Будем надеяться, что нет, Армела. Хотя старшие жрецы про эти ходы знают.
— А если они увидят меня?! — мне делается дурно.