Зеркало для никого (СИ)
– Но как ты смогла это снять?
Вместо ответа Анастасия подошла ко мне вплотную и коснулась зеленого кулона, подаренного мне на Рождество.
– Эта безделушка не то, чем кажется, – сказала она надменно, горделиво выпрямив спину. Еще бы она не гордилось, никто не заподозрил в кулоне передатчик. Мои же глаза расширились от ужаса.
– Ты меня использовала! Что будет со мной если кто-нибудь узнает?!
Вспомнились слова Петерсона о том, что Анастасия может подвергнуть меня опасности. А затем и слова Тео «Она ученый, ей плевать на тебя». Видя фанатичный блеск в прекрасных голубых глазах я впервые поняла, что все это время Тео пытался оградить меня от своей чокнутой сестры и делал это единственным известным ему способом: пытаясь отдалиться от меня.
– А ты только и думаешь, что о Рейтинге. Я раскрыла тебе заговор государственного масштаба. Доказала, что все, что мы знаем о Красных городах это ложь! Боже, ты совсем на нее не похожа, она догадалась раньше, вот и удрала, – разочарованно сказала Анастасия. Не похожа на кого? Я бы задала этот вопрос, но не успела, сестра Тео накинула кожаную куртку и собрала свои вещи, бросив на ходу:
– С этими чертовыми камерами неизвестно, когда меня накроют, рада, что хоть тебе успела хоть что-то рассказать. Увидимся в Красном городе, Гель.
Она звонко рассмеялась с каким-то надрывом, а затем стремглав покинула библиотеку. Я побежала следом, ослепленная скудным солнечным светом. Сестра Тео вскочила на своего железного коня и на полной скорости понеслась прочь. Единственное, что я могла разглядеть, глядя в стремительно удаляющуюся спину Анастасии, был ее рейтинг 3.34. Девочка девятка уже давно перестала быть таковой. Мне стало очевидно почему она потеряла всех своих друзей, те испугались, что она утянет и их на дно. Ясно, почему выбирала Слепые Зоны, чтобы со мной встретиться. Она не хотела, чтобы я узнала о ее преступлении до тех пор, пока все еще могла меня использовать. Теперь Анастасия оставила ядовитое, разъедающее мою душу знание и бежала. В том, что я большее ее не увижу не было никакого сомнения.
– Будь ты проклята! – надрывно закричала я на всю улицу, спугнув стайку голубей, взмахнувших вверх, громко хлопая крыльями. Мой рейтинг прыгнул на один пункт вниз, и продолжал падать. Никому не нравятся истерички, никому не нравятся искатели тайн. Я распрямила спину, спрятала мысли и чувства так далеко как смогла и улыбнулась, словно созерцая толстых голубей, которые неимоверно меня смешили.
– Как замечательно, что выглянуло солнце! – Сказала я сама себе вслух надломленным голосом, – самое время справиться о самочувствии лучшей подруги.
Часть два.
Попытка проснуться.
Глава 1
Падение золотой девочки
Прошла неделя с моего открытия о Красном городе. Неделя бессонницы, ночных кошмаров и тревожных фантазий о том, что вот вот за мной приедет машина с мигалкой и увезет в никуда.
Я расположилась в гостиной, поджав ноги на старомодном кресле бежевого цвета и взяв в руки книгу. Выбор пал на «Цветочки Франциска Ассийского» – религиозная литература, очень модная несколько лет назад, когда Мист училась в старшей школе. Тогда подростки увлекались буддизмом, индуизмом, христианством и другими устаревшими религиями. Удивительно, что раньше из-за этой чуши, написанной сумасшедшими стариками разгорались войны. Хорошо, что Толерантность победила.
Моя сестра могла часами сидеть с этой книгой в старой обложке в руке, возможно она делала это и потому, что та отлично оттеняла ее яркие синие глаза. Мама отправилась на пробежку с подругами, оставив на меня толстяка лабрадора, который лениво вилял хвостом и умильно смотрел вечно голодными карими глазами. Папа был на работе, он в последнее время улыбался чуть меньше, чем обычно. Подозреваю, что сохранял лицо для предвыборной компании, когда ему придется все время ходить с улыбкой, потому что улыбки это морщины, а морщины никого не красят. Я читала книгу так, как полагалось при прочтении религиозной литературы, с ироничной усмешкой на губах, и думала о своем. Анастасия пропала, как я и ожидала. Не было ни громкого дела, ни адвокатов, ни появления ее имени среди ушедших. Когда я смотрела на ее профайл, прикрыв глаза, то видела знакомую надпись «Находится на терапии». Почему она не ушла в Красный город, как собиралась?
С профайла Амалии эта надпись пропала, подруга вернулась в школу несколько подавленной, но самой собой, а медикаменты, которые ей прописали не убили в ней творческие способности. Теперь Амалия все время рисовала увиденное в Красном городе, перенося свои страхи и опасения на бумагу. Этот прием назывался сублимацией. Творчество Амалии приравнивалось к бунтарскому и не портило ей Рейтинг. Я не стала рассказывать ей о том, что узнала, не уверенная в том, что ее психика это выдержит. Амалия смирилась с тем, что побывала в самом жутком месте на планете. Сказать ей о том, что показанное из окон дирижабля на самом деле было фикцией и возможно именно мы живем в аду, может окончательно ее разбить. Я и сама еле сдерживалась, чтобы не начать рыдать, рвать на себе волосы и кричать на каждом углу, что нас окружает ложь.
Но рейтинг, свалившийся до восьмерки после нашего разговора с Анастасией и срочная необходимость его восстановить привели к решению взять себя в руки. Хороший рейтинг открывает многие двери, а мне сейчас это необходимо. Анастасия смогла доказать мне, что Красный город это вовсе не Трущобы, где люди ежедневно борются за свое существование, а вполне себе приемлемая среда обитания. Значит ли это, что все, что мы знаем о Зеленых городах – это ложь? И о каком правительстве говорила Анастасия? Она говорила о Законниках? Тогда вскоре мне предстоит серьезный разговор с отцом. Быть может он рвется во власть, чтобы разыскать Мист?
Из размышлений меня вывел мягкий перезвон колокольчиков. Мама вернулась с пробежки. Она вошла, гибкая и красивая как и всегда и на секунду краска схлынула с румяных щек:
– Гель, солнышко, убери, пожалуйста эту книгу. Она такая не модная! – смеясь сказала мама, но я чувствовала в ее голосе едва сдерживаемую тревогу. Конечно, она живо вспомнила о моей сестре, которая вот в такой же позе, с этой же книгой сидела в гостиной. Мист скорее всего разобрался в настоящей системе Зеленых городов, умница Мист владела техникой ничуть не хуже Анастасии. Она могла… Стоп. Мист не просто так ушла в Красный город, она разобралась во всей этой паутине лжи! Вот почему Мист забрала с собой кота. Она знала, что может кормить его и заботиться о нем в городе. Она понимала, что не лишает себя жизни, а просто меняет ее. Но у Мист была я, она знала, что я не дам родителям сойти с ума от потери. А у меня нет никого.
Мама уже убежала в душ. Она немного косила левым глазом, как все те, кто слишком часто проверяет свой Рейтинг. Регулярно ей это косоглазие исправляли, но через год глаз снова начинал смещаться. А если рассказать им все? Рассказать маме, что никаких Трущоб нет, что бояться нечего, что возможно, Зрителей тоже нет. Сможет ли мама принять это знание? Отец точно сможет. Он сильный. А быть может им даже станет легче. Решено. Доверие порождает доверие. Они меня любят, они меня слышат – я сделала уже достаточно ошибок, утаивая от них свои похождения. Я не буду ничего от них скрывать, я расскажу им всю правду, которую узнала от Анастасии. Тогда мне станет легче. Надеюсь, что приглашение Локи на Слепые зоны в Джаз-поэт клуб распространяется не только на меня, но и на моих гостей.
– Мама, какие у вас с папой планы на это воскресенье? – спросила я озорно, отбросив книжку Мист, как только мама вернулась с тюрбаном из полотенца на голове.
– Хочешь куда-то нас пригласить? – она опять закосила глазом в сторону, конечно, доверительная сцена между мамой и дочкой привлекала внимание. Я улыбалась, копируя ее улыбку, пусть Зрители видят, как мы очаровательно похожи.