Повелитель теней. Том 1 (СИ)
Также, в отличие от сидровцев, студенты Академии могли продавать свою добычу самостоятельно. Для всех остальных куплю-продажу ресурсов контролировало Информационное Бюро — оно не только выдавало по запросу координаты Данжей, но и организовывало специальные торги.
Мои размышления прервала приехавшая машина, которая резко затормозила перед воротами Академии. Громко взвизгнули шины, на асфальте остался чёрный след. Открылась дверца, и на улицу выбрался светловолосый парень — наш сосед по люкс-каюте. Мария вздрогнула и повернулась к нему, недовольно нахмурилась.
— О-о-о-о, пушечное мясо, — с насмешкой протянул светловолосый гадёныш. — Сделаю ставку, что вы сдохнете в течение первой недели.
— Ставку? — я приподнял брови.
— А ты не слышал? Здесь проводят небольшие игры, чтобы веселее училось. Ну и чтобы немного обогатиться. Только вам не светят ни деньги, ни богатство. Особенно этому банану, — он усмехнулся, кивнул на Марию и обратился ко мне: — Парень, у тебя был бы небольшой шанс, если бы ты не связался с этим посмешищем. Ты ведь знаешь, что друзей нужно выбирать с умом? Хотя… Ладно, дам тебе возможность выжить. Присоединяйся ко мне. Я — Александр Стахович, и я собираюсь стать самым лучшим студентом на нашем потоке.
Светловолосый протянул мне руку. Мария покраснела от возмущения и уставилась на неё, как на ядовитую змею. Я расплылся в дружелюбной улыбке и пожал его потную ладошку. В первую секунду Александр высокомерно ухмыльнулся и смерил презрительным взглядом Марию, а вот во вторую… Я напитал пальцы магией и усилил сжатие. Затрещали кости, Александр побелел, светлые волосы прилипли к вспотевшему лбу.
— Не. Смей. Оскорблять. Мою. Подругу, — отчеканил я. Александр сдавленно застонал. Надо отдать ему должное: вытерпеть боль от четырёх сломанных пальцев и не закричать — для этого нужно иметь сильную волю. — Мы поняли друг друга?
— Поняли, — пробормотал он, и я его отпустил. Александр подхватил здоровой рукой чемодан и поспешил к воротам.
Мария с благодарностью прижалась к моему плечу и прошептала:
— Спасибо.
— Не за что. Кем бы я был, если бы позволил какому-то хлыщу тебя обидеть?
Она кокетливо улыбнулась:
— О, мы наконец-то перешли на ты?
— Случайно, однако если тебя всё устраивает…
— С самого начала надо было, — отчего-то засмеялась Мария и пояснила, когда я удивлённо вздёрнул бровь: — Я каждый раз, когда ты меня звал на «вы», чувствовала себя почтенной дамочкой лет шестидесяти. С моноклем, тростью и в огромной шляпе!
— Ну, тебе бы пошло. Обязательно подумай о новом образе.
— Да ну тебя! — она шутливо ударила меня по плечу.
Мы подошли к охранникам, показали им документы, и нас пропустили, показав, в какую сторону идти. В этот момент к воротам подъехал грузовик, и из кузова, накрытого брезентом вывалился отряд романовцев в пыльной, грязной и рваной одежде. Следом они выгрузили носилки с раненым бойцом — он был весь перемотан бинтами, правая нога по колено отрублена, левая рука вывернута под невообразимым углом и явно сломана в нескольких местах. Мария рядом со мной громко сглотнула и крепко вцепилась в моё запястье.
— Это же первый курс, — изумлённо пробормотала она и ткнула пальчиком в брелок, висящий на поясе у ближайшего к нам романовца.
Как я понял, романовцы носят особые знаки различия — когти, сделанные под цвет кристаллов, добываемых из монстров. Академия отказалась от погон, чтобы подчеркнуть свою обособленность от армии. Рубиновый коготь — самый низкий ранг, и, как Мария сказала, скорее всего первый курс. Аметист, аквамарин и так далее — по нарастающей. Бриллиантовый коготь, прозрачный, как слеза, — самый высокий ранг, таких бойцов на всей Земле пара-тройка сотен.
— Пойдём, иначе опоздаем, — я мягко подтолкнул Марию в сторону, потому что увидел в глубине кузова несколько чёрных мешков. Как бы она ни хорохорилась, но к такому была не готова. — Смотри, там как раз очередь рассосалась.
В приёмной комиссии мы заполнили несколько формуляров, подписали бумажки на использование личных данных и договор на обучение. Нам пространно рассказали о вступительном испытании, после которого нас официально зачислят в Академию, и предложили два варианта обучения. Первый — очный, четыре года. Подробное изучение магических основ, еженедельные походы в Данжи и проживание на территории Академии. Второй — заочный, всего полгода. Быстрая боевая подготовка, теория магии, походы в Данжи раз в месяцы, без общежития. Конечно же, я выбрал очное обучение, собственно как и Мария.
После того как мы расправились с бюрократией, нам выдали провожатого — видимо, старшекурсника — и выпроводили из кабинета. Вступительное испытание проходило в аудитории номер шесть. Провожатый был загорелым до черноты парнем, с белозубой улыбкой и янтарными волчьими глазами. Меня он проигнорировал — сразу же начал виться вокруг Марии, отвешивая сомнительные комплименты.
— Ох, мадемуазель, вы столь привлекательны, что монстры в Данжах будут ложиться перед вами штабелями, — ворковал он. — Девушки в наших краях — большая редкость. Во всяком случае те, кто выдерживают тренировки и не отчисляются. В абитуриентах девушек много, вы сами увидите, но вот дальше… Ах! — он театрально приложил руки к сердцу. — Вы не представляете, каким счастьем будет видеть столь нежный цветок в нашем засохшем палисаднике!
Я уже хотел было вмешаться и прервать поток слащавой тарабарщины, но в глазах Марии вдруг мелькнули озорные искорки.
— Скромность — это большой минус, — наставительно произнесла она и перешла на занудный тон. — Зачем вы себя принижаете? Вы весьма симпатичный молодой человек. Хорошая такая ромашка в вашем засохшем палисаднике. Вообще-то ромашка — символ любви, чести и верности. Вам очень подходит. Мне кажется, вы будете отличным мужем. Кстати, вы не ищите себе невесту?
Наш провожатый как-то резко замолк, отрицательно покачал головой и, когда мы добрались до шестой аудитории, буквально растворился в воздухе. Только после этого я позволил себе расхохотаться. Мария потупила хитрые глазки и скромно шаркнула ножкой, но всё-таки не выдержала и тоже засмеялась.
— Ну таких побеждать только их же оружием, — сказала она, вытерев выступившие слёзы.
— Да уж, с тобой опасно спорить, надо запомнить, — я кивнул на дверь с золотой цифрой «шесть». — Пойдём?
— Конечно. Отступать поздно.
Мария решительно взялась за дверную ручку, потянула вниз и толкнула дверь. Та с тихим скрипом отворилась. Мы перешагнули порог и застыли. Даже меня пробрало, а ведь я чего только в прошлой жизни ни повидал! Аудитория была… не совсем аудиторией. Мы попали в огромнейшую пещеру, площадью не меньше пятисот квадратных метров. Сделана она была в форме амфитеатра, только в центре вместо арены находилась бездонная яма. Вокруг неё лесенкой располагались лавочки. Атмосфера здесь царила мрачная и тяжёлая. Я чувствовал магические волны — нехорошие волны. С Изнанки в реальность рвалось что-то злое, кровожадное и жестокое.
Под потолком в центре пещеры парил человек в чёрной мантии. На его поясе висел бриллиантовый клык. Десятый, наивысший ранг. Это была женщина — лысая, коренастая, с грубыми чертами лица. Она уставилась на меня и Марию и громыхнула магически усиленным голосом:
— Присаживайтесь. Через сорок минут мы откроем Трещину.
Глава 25
Этот же день, особняк Чурпасова, главный зал.
Граф Чурпасов потерял человеческий вид. Он выглядел как спустившийся с гор йети: лохматый, с красными глазами, опухший с похмелья, в мятом костюме, который скорее напоминал тряпки. Он метался по залу, где обычно устраивал богатые балы, и разъярённо ревел. Его непутёвый сын доигрался и нашёл свой конец в самолёте Москва-Краснодар! У него впереди была целая жизнь, он бы мог столького достичь…
Краем сознания граф понимал, что на самом деле его сын был пропащим человеком. Как и то, что смерть поджидала его за каждым поворотом — в виде бандитов, с которыми он связался, или уродов, которым он проиграл деньги, или дворян, которые вызвали его на дуэль, или… Сына Чурпасова ненавидела вся Москва и за глаза обзывала распоследними словами. Граф и сам проклинал собственного сына, желал ему поскорее сдохнуть, но сейчас… Сейчас помощник доложил графу, что вместе с его сыном на борту самолёта летел мелкий ублюдок Ломоносовых.