Повелитель теней. Том 1 (СИ)

— Пятьсот шестьдесят восемь.
Я закашлялся и выдавил:
— Давай дружить?
— Я не буду пересказывать тебе Устав, — отрезала розоволосая.
— Ты ранила меня в самое сердце, — я схватился за грудь и закатил глаза. — Ну хоть скажи, как тебя зовут?
— Кристина, — она ткнула Егора кулачком в плечо и велела: — А ты не будь такой мямлей и научись защищаться. В романовцы нежные ромашки не идут, а если и идут, то быстро вянут. Они тебе одно оскорбление, а ты им — десять! Пусть захлебнутся. А побить тебя никто не побьёт — струсят. Нарушители Устава вылетают отсюда как пробки!
— Ну, это если есть свидетели, — я поумерил её пыл. — Так что на всякий случай не зарывайся, если не уверена, что сможешь дать отпор самостоятельно. Преподаватели нянчить тебя не будут.
— Я пришёл в Академию, чтобы защищать людей, — вдруг твёрдо заявил Егор, и его четыре подбородка мелко задрожали. — И драться с другими студентами я не буду. Ну, по-настоящему, а не на уроках. Только с монстрами, чтобы защищать. И я не обиделся на обзывательства. Мне было неприятно, что оскорбляют вас. Вы этого не заслуживаете. Вы хорошие. И получается, что вы пострадали из-за меня, а я ведь пришёл в Академию, чтобы…
— Защищать людей, — закончила за него Мария. Её брови взлетели почти до линии волос. Она задумчиво протянула: — Ты очень интересный человек. Я таких раньше не встречала.
— И вообще-то я не толстый, — сказал Егор и уменьшился в мгновение ока. Точнее, сдулся. Вот перед нами сидит огромный парень, весом не меньше трёхсот килограммов, а в следующую секунду — БАЦ! И он превратился в среднестатистического молодого человека, симпатичного и даже слегка накаченного. Мария и Кристина ошарашенно приоткрыли рты, а потом начали ощупывать Егора. Он смутился и пояснил: — Способность у меня такая. Жир — это защитный доспех. Его ничто не может пробить.
— А почему ты ходишь ну… Эм-м-м-м, — Мария замялась и нервно дёрнула серёжку-банан в левом ухе.
— Толстым? — подсказал Егор и сразу же ответил: — А какая разница толстый человек или тонкий? Главное, чтобы был хорошим. Добрым и честным.
— Справедливо, — я кивнул и посмотрел на часы. — Давайте-ка поспешим, уже девять часов, а нам ещё искать триста двадцатую аудиторию.
Мы быстро поужинали и в половину десятого вышли из обеденного зала. Дорогу в правое крыло нашли быстро — достаточно было вспомнить, с какой стороны главный вход. А вот с лестницей на второй этаж всё оказалось куда сложнее. Её просто-напросто не было. Вообще. Никакой. Лестницы. Часы показывали уже без пятнадцати десять, а у нас даже не было идей, как подняться наверх. Не потолок же пробивать? Тем более Кристина сказала, что портить здание Академии запрещено, — отчислят. А ещё странно было, что другие студенты до сих пор не показались.
— А где остальные? — Мария робко озвучила вопрос, который крутился у меня в голове.
— Может, ещё едят? — предположила Кристина, хотя было понятно, что она в это не верит.
В этот момент каменные плиты под нашими ногами разошлись, и мы кубарем полетели в подвал. Я напитал мышцы магией, создавая энергетический доспех, и подхватил Марию на руки, приземлился на ноги и аккуратно поставил её на землю. Егор активировал щиты, снова превращаясь в пухляша, и в воздухе обнял Кристину — он упал на спину, а она рухнула на его необъятный живот.
— Спасибо, — поблагодарила Кристина, заправив за ухо выбившуюся из причёски розовую прядь. — В какую дыру мы свалились? И сколько времени?
— Не знаю. Без десяти, — ответил я. — Знаете, мне кажется, мы не поступили.
— Но преподавательница же сказала… — возразила Мария, но резко замолкла и вгляделась в темноту. — Думаешь, это наше последнее вступительное испытание?
Я промолчал и сконцентрировался, прощупывая пространство магическими импульсами. Вокруг царила кромешная тьма, и можно было полагаться только на магию. Но куда бы я ни поворачивался, везде чувствовал только бесконечные коридоры, из которых несло затхлостью и плесенью. Я пустил несколько импульсов в потолок и пол, но и в этих направлениях ничего не обнаружил, никаких преград — мы словно зависли в пустоте. Но куда же делась Академия?
 
Кристина завизжала и подпрыгнула, оттоптав мне ноги.
— Кто-то дотронулся до меня! — прокричала она.
— А меня кто-то поцарапал, — дрожащим голосом произнесла Мария и прижалась ко мне. Только вот кожа её была холодна как лёд, а грудь не вздымалась от дыхания. Я просканировал её и одеревенел — рядом со мной были только Кристина и Егор. Больше ни одного живого существа. С правого бока, к которому прильнула Мария, была лишь чёрная непроницаемая пустота.
  
Глава 28
 
Аудитория 320, то же время.
За длинным преподавательским столом сидело трое: директор Краснодарской Академии — Виктор Викторович, преподавательница энергетического обмена — Алина Юрьевна, или Лысая, как её многие называли, и декан факультета чернокнижников — Андрей Михайлович. Последний был невысоким, но крепким старичком с кустистыми бровями, кончики которых спускались до щёк.
Они мирно пили чай и разбирали учебный план на год.
— Как вы считаете, в этом наборе отыщется неогранённый алмаз? — поинтересовался Андрей Михайлович. Он преподавал боевое направление чёрной магии и любил сетовать, что уже лет десять ему не попадалось сильного студента, который когда-нибудь — в теории, конечно, — смог бы его победить. Собственно, на пенсию он поэтому и не выходил — ждал достойного ученика, а в промежутках между парами промывал мозги окружающим, что молодёжь нынче не та. Вот в его времена!
Виктор Викторович сделал вид, что не услышал вопроса, — уткнулся в бумаги и даже слегка отвернулся. А вот Алина Юрьевна не успела вовремя притвориться, что очень занята: Андрей Михайлович уставился прямо ей в глаза, слегка приподняв брови. Пауза затянулась. Лысина Алины Юрьевны самую малость вспотела.
— Так что, как вы думаете? — настойчиво повторил Андрей Михайлович, окончательно входя в образ вредного старикашки. На самом деле ему просто нравилось издеваться над коллегами — в Академии у него было мало развлечений: бросить студента в морозилку в качестве наказания да позанудствовать. — Вы же тестировали абитуриентов, когда «открывали» Трещину и якобы сжигали их заживо. Есть какие-нибудь мыслишки?
— Андрей Михайлович, отстаньте от человека, — вздохнул Виктор Викторович. Он уже десять раз проклял тот день, когда занял пост директора Академии, и мечтал снова вернуться в Данжи. Желательно Ж-уровня. Чтобы сражаться с монстрами и позабыть работу в Академии как страшный сон.
— И чего это сразу — «отстаньте»? — возмутился Андрей Михайлович. — Мне с ними четыре года мучиться! Я что, не имею права знать, кого Перун послал на мою голову в этот раз⁈
Алина Юрьевна криво улыбнулась и, вздохнув, сказала:
— Имеете, имеете. Но ничего интересного я поведать вам не смогу. Энергетические каналы у ребят развиты по возрасту. И я не заметила, чтобы из кого-то магия била ключом. Обычные подростки. Чтобы раскрыться, им нужно время и хорошие учителя. Правда…
— Что? — Виктор Викторович отвлёкся от документов и с любопытством взглянул на неё.
— Один парень всё-таки смог меня удивить — поставил очень хорошую защиту. А ещё с такой яростью смотрел на Зубастого Осьминога, словно тот убил его любимую собаку. Хотя нет… — она задумалась. — Нет, он злился не на тварь. Не понимаю…
Алина Юрьевна озадаченно замолкла, но потом всё-таки добавила:
— Пожертвовал собой в числе первых, только подружку свою вперёд пропустил.
— Каков джентльмен, — с иронией усмехнулся Андрей Михайлович.
— Да нет, он даже не сомневался. Его опередил Егор Скворцов, тот мальчишка с повреждением мозга. Так с ним всё понятно — травма мешает адекватно испытывать эмоции. Из-за неё он не может чувствовать страх. А вот Ломоносов… — она покачала головой и заключила: — Странный парень. Да и на Арене так просто не побеждают.