Повелительница Вселенной. Будни бога (СИ)

Взгляд сам собой остановился на том, кто мог либо подсказать, либо помочь в сложившейся ситуации. Повелитель Энджиал с интересом наблюдал за так несвойственным демонам проявлением нежности. Признак слабости? Пусть. Уж кто, как не он, знает Владыку Иштанкарра вдоль и поперёк, видел его разным.
— Повелитель…
— Да уж вижу. Изначальная постаралась на славу. А мы сейчас сделаем так, чтобы её старания не оказались напрасными. Разверни сына ко мне лицом.
Доверчивый демон — явление из разряда мифов, но иного выхода у Шеррахта не было. Да и не должен Энджиал навредить. Вроде бы. В следующий миг, как он выполнил приказ, пальцы Повелителя быстро выплели сложную фигуру, отправив в маленького демонёнка тёмный сгусток. Кариэш пискнул, но скорее от неожиданности и… щекотки? Во всяком случае, болезненных или просто даже неприятных ощущений Шеррахт не уловил. Вновь повернув к себе сына, увидел расцвётшую на груди точную копию его амулета, только вплавленную в кожу, словно всегда там и находилась. Зато магический фон резко снизился до почти приемлемого для такого крохи.
— Это печать. Продержится до совершеннолетия и постепенно сама потеряет силу.
Вот и славно! Но оставался ещё один животрепещущий вопрос.
— Повелитель, почему Кариэш материален? И как он при этом может здесь находиться?
Бог-демон искренне расхохотался.
— Что, никогда с такими не сталкивался? Изначальная сделала вам поистине божественный подарок — твой сын родился универсальным. Он одинаково легко сможет существовать как на астральных планах, так и в материальных мирах, не меняя форму и не подстраиваясь, без необходимости заключения контракта. Цени, демон.
О да, он оценил, и ещё как! Это ж какие перспективы… Но сначала Кариэш должен выжить и вырасти: в мире демонов опасности и недоброжелатели на каждом шагу. Ничего, он сможет его защитить. А Энджиал продолжил:
— Но учти, давая много, Повелительница и спросит строго в случае неудачи. Воспитывай крестника Госпожи как следует, поцелованный Тьмой.
С последними напутственными словами Повелитель исчез, снова бесшумно и быстро: вот только что стоял и говорил, и вот подданные уже вздохнули облегчённо, перестав ощущать давление чужой силы. А Шеррахт всё не мог отвести глаз от сына. А ведь теперь тем более нельзя ни расслабляться, ни останавливаться: его положение — залог безопасности малыша. Владыка обвёл присутствующих внимательным взглядом.
— Приветствуйте моего наследника и вашего будущего Владыку, Кариэша сэт Иссантар!
Демоны снова склонились, признавая ребёнка, но в глазах многих Шеррахт заметил изумление. С чего бы? Что ещё, на фоне уже произошедшего, могло их так удивить? Неважно. Отдав смотрителю дворца распоряжение проводить гостей в пиршественный зал, Владыка развернулся и в сопровождении телохранителей удалился в свои покои. Пусть празднуют сами, а ему надо познакомиться с собственным ребёнком, с серьёзным любопытством сейчас изучающим вышивку на отцовском жилете.
До личных комнат добрались быстро и без задержек: останавливать целеустремлённо шагающего сосредоточенного правителя никто не рисковал. И только после того, как за ними закрылись двери, Зашторр тронул Шеррахта за плечо.
— Ваш венец, Владыка…
Что такого могло случиться с древним артефактом, раз немёртвый счёл нужным обратить на это внимание? Взгляд заметался в поисках места, куда бы посадить Кариэша, чтобы снять венец, но телохранитель протянул к нему руки.
— Я подержу малыша, — на подозрительный взгляд господина демон только улыбнулся — впервые за все годы, что следовал за ним незаметной тенью. — Не волнуйтесь, Владыка, мне приказали присматривать за мальчиком, охранять, пока не научится стоять за себя.
— Повелительница?
Непонятная ирония в потустороннем взгляде.
— Оба.
Что ж, с таким защитником за Кариэша можно сильно не переживать и даже немного расслабиться. Видимо, Тьма и в самом деле приняла его сына в качестве крестника, раз так заботится. Передав ребёнка, Шеррахт снял с головы венец. Да уж, теперь понятны и взгляды подданных, и слова Повелителя о «поцелованном Тьмой»: в центре золотого ромба кристалл сиял не кровавыми отсветами, а непроглядной чернотой.
 
* * *
Нет, я всегда подозревала, а теперь и точно знаю, что мои создания смогут если не узнать, то почувствовать свою создательницу. Первое поколение — точно. Вот и молодой демон, когда-то получивший от меня новую, пусть и иную жизнь, узнал. Сквозь иллюзию присутствия, сквозь облик бога-демона. Искреннее удивление позабавило, но пока воскрешённый демон не выдал моей маленькой тайны, приказала ему молчать. На вопрос, как узнал, что Повелитель Энджиал и я — одно лицо, ответил: при одновременном появлении, он увидел тождественность сил и ауры. А поскольку остальные этого заметить не смогли, осталось два объяснения: либо это свойство моих творений, либо так видят все немёртвые. Хм, последнее надо будет как-нибудь проверить.
Наговорив демону туманных предсказаний о будущем расы и усилив венец-артефакт — я же не собираюсь выпускать этот мир из поля зрения, — убрала иллюзию, а потом исчезла и в облике бога-демона. Пусть Шеррахт насладится наконец появившимся сыном, долгожданным наследником. Он свою задачу выполнил, да и меня немного развлёк. Теперь можно возвращаться в Лируан к моим мальчикам и Лидару. Что-то я успела даже по нему соскучиться. Немного. Надеюсь, за декаду моего отсутствия там ничего особенного не произошло, ведь удержаться и не попутешествовать по изменившемуся Иштанкарру я не смогла.
2 — напоминаю, что от окраса в Иштанкарре зависит градация силы: чем он темнее, тем сильнее демон.
3 — ксэржи — жидкость, заменяющая астральным демонам кровь. Та самая светящаяся субстанция, представляющая собой сконцентрированную жизненную и магическую энергию.
  
Глава 4. Когда силы больше, чем ума
 
— Крис, копуша, давай быстрее — нам надо уложиться в два часа до отбоя!
Крис тяжко вздохнул, но послушно ускорился — скинул обязательную для ношения на занятиях форму, переоделся в простые штаны и рубашку, нацепил назад пояс с любимыми длинными кинжалами, высокие сапоги и помчался на зов Грэга. Искупаться можно будет и после вылазки — всё равно за время тренировки извозятся в грязи по самые уши.
Вскоре троица собралась в коридоре и направилась к выходу из подземелий. В их компании каждый был сам по себе, в отличие от остальных парней, но из-за своей обособленности они старались держаться вместе. Конечно, никто их не шпынял некоторой избранностью — ещё чего, Госпожа же насчёт внутренней вражды сказала сразу и однозначно. А дураков нарушать её волю не было. Да и попробовали бы… Крис ухмыльнулся — пусть с тройкой «любимчиков» и занимались особенно насыщенно, гоняя до мокрых рубашек, но определённые плюсы это давало.
Почему сам попал в эту компанию, он не понимал. Вот Грэг с Крайтом — это да, они стоят её внимания. Рядом с Крайтом даже некоторые взрослые чувствовали себя довольно неуютно, отступая под пристальным, каким-то взвешивающим голубым взглядом. Знал он, что друг взвешивает — как побыстрее и поэффективнее лишить собеседника жизни. Он сам в этом как-то признался, пожаловавшись, что совершенно ничего не может с собой поделать. Грэг вообще был заводилой и самоназначенным предводителем их маленькой компании, фонтанировал бесконечными идеями об улучшении боевых приёмов и грезил созданием новых. Иногда у него даже получалось что-то толковое — сама Госпожа хвалила, а это много о чём говорит.
И он — обычная посредственность, любящая мечи, кинжалы разных форм и размеров. Ну ещё арбалеты и металлические зазубренные кнуты. В общем, всякое колющее и режущее. Что, мало таких, что ли? Да каждый мальчишка в замке готов часами любоваться на хищные обводы смертельного металла! Так что ничего особенного в своей страсти Крис не видел. Но Госпоже, конечно, виднее.
— Ну наконец-то! Времени же в обрез!