Расплата за измену. Случайная беременность (СИ)
Подбираясь к двери, стараясь как можно меньше издавать звуков, выглядываю в коридор. Нюрка копошится ключом в замке. Пытается закрыть дверь, но ей это никак не удается. И пока соседка увлечена своим делом, я прикрываю свою дверь.
– Кто там? Муж?
Как только дверь оказывается закрытой, в прихожей становится так темно, что даже силуэта парня я не вижу. Зато прекрасно слышу его голос рядом со своим ухом.
– Нет, конечно, – с оглушающе бьющемся сердцем в груди отвечаю. – Соседка. Сейчас подождем, когда она уйдет, тогда тебя выпущу…
Зашептала в ответ, но закончить фразу не успела. Женя, притянув меня к себе, закрыл мне рот поцелуем.
Задохнулась его наглостью.
Я, не привыкшая к подобному, в первые мгновения была обескуражена.
Его внезапность вгоняла мой разум в отупение. Мне необходимо было время, чтобы сосредоточится для того, чтобы принять то или иное решение.
Но головокружительный вальс эмоций, который возникал, при соприкосновении наших губ в поцелуе, отбивал все желание думать и размышлять.
Сопротивлялась я недолго, а потом, закинув руки ему на плечи, поддалась эмоциям, которые пульсирующими токами, разбежались по моему телу, заставляя бурлить кровь от адреналина.
Чувство совести свалило к черту на кулички, а чувство стыдливости и того хуже, — лопнуло, как мыльный пузырь. Я не знала, что со мной происходит. Испугалась сама себя, когда сквозь сбившееся от продолжительного поцелуя дыхание, взяла его за руку и сама повела в гостиную.
Женя, перехватив меня за запястье, дернул на себя, остановил.
– Марин, я хочу кое-что тебе сказать, – прошептал в губы, склоняясь надо мной, переплетая свои пальцы с моими и снова целуя меня, порывисто, жадно.
– Еще одно слово, – бормочу припухшими от поцелуя губами, слыша в тишине комнаты наши гулко бьющиеся сердца, – и я передумаю.
Мои щеки пылают, обжигая кожу стыдом. Я такие смелые предложения даже Мише делала редко. А тут, чужому парню, да еще в нашей с мужем квартире.
Но то ли обида на Мишу, то ли ревность, а может все вместе взятое, придает уверенности в том, что я не делаю ничего предосудительного. Раз муж поступает так по отношению ко мне, то я тоже могу себе это позволить – разве это не закон бумеранга.
– Ты мне нравишься, Марин, – сказав эти несколько слов, Женя снова целует меня. Сладко. Нежно.
Закрываю глаза. Льну к его груди ближе. Он, как магнит, притягивает меня, не позволяя отстраниться.
Что за черт!? Почему так?
Из последних сил ускользающий разум, пытается достучаться до мой совести, стараясь найти в памяти хоть что-то светлое, хорошее в защиту мужа, но увы… ничего не выходит.
Миша уже давно мне не делал комплиментов, давно не дарил цветов или дарил только тогда, когда я ему говорила об этом прямо в лоб. Обижалась, дулась, получала требуемое и он снова становился холодным и отстраненным.
Руки Жени опускаются на мою талию. Сжимают ее.
– Позволишь? – голос парня проникновенный, чувственный.
– Да, – отвечаю.
Тишина гостиной наполняется шуршанием одежды, вперемешку с нашим обрывистым дыханием. Сейчас во мне бурлят только эмоции, чувства и желание получить от парня нечто большее, чем просто поцелуи. Я желаю получить его.
Глава 2
Глава 2
Пробуждение дается мне крайне нелегко. Настойчивый яркий свет бьет прямо в глаза. В полудреме поворачиваюсь на бок. Натягиваю на голову одеяло…
Стоп. Черт…
Затуманенный сонным дурманом рассудок включается как по команде, начинает анализировать.
Солнце светит в глаза. Я лежу в кровати, ощущая на коже ткань постельного белья, обнаженная... Ой, уф.. нет. В нижнем белье.…
Не выглядывая из-под одеяла, воровато высовываю руку наружу, шарю рядом с собой по кровати. Пусто. Отлично.
Откидываю одеяло, резко сажусь и, громко вскрикиваю:
– Боже! Как же ты напугал меня, Миш, – хватаюсь за сердце, которое, как сумасшедшее, колотиться в груди, но не от того, что муж вернулся, а от того, что я была этой ночью не одна. Или? Мне все это приснилось? Да нет, не может быть!
Если бы это было неправдой, меня бы сейчас не мучило чувство стыда и совести.
– Неужели? – хрипловатый смех мужа разносится по гостиной. – Марин, давай разведемся, – будничным тоном предлагает Миша, не сводя с меня глаз.
Муж вальяжно раскинулся в кресле, закинув ногу на ногу. На нем ничего нет, кроме полотенца, небрежно обвязанного вокруг бедер.
Я медленно открываю рот, но из него не выходит ни звука. Закрываю рот и сжимаю губы в тонкую полоску, чтобы удержать слезы, подступающие к глазам.
– Это из-за нее? – наконец-то могу говорить, после того, как первый шок прошел.
Я встаю с кровати, покрывало соскальзывает вниз.
Мне нечего было стесняться. У меня хорошая фигура, все на своих местах и есть за что подержаться. Не фотомодель конечно, но я на это никогда и не претендовала.
– Не важно, Марин, из-за кого. Для тебя сейчас главное понять, что я хочу развестись, вот и все, – холодно отвечает.
Я нависаю над ним. Щеки пылают. Тело горит и сердце в груди колотится неистово, разгоняя по крови адреналин.
– Ты не можешь со мной вот так просто развестись, Миш, – цежу сквозь стиснутые зубы, еле сдерживая слезы.
– Ну почему же не могу?! Мне кажется это проще простого, Марин. Я тебе озвучил свое желание, ты должна его просто принять и смириться.
– Но…это неправильно, Миш, – растерянно смотрю мужу в глаза, дрожащие же губы выдают мое волнение. – Разве ты не любишь меня? Ты же только вчера говорил, что любишь! Что же могло такого произойти за ночь, что твое мнение изменилось?
– Я соврал тебе, – недовольно отвечает муж и, отталкиваясь от кресла, встал передо мной во весь рост.
Наши тела на мгновение соприкоснулись. Меня будто током прошибло. Отшатываюсь, делаю шаг назад, а у на лице Мише застывает маска отвращения.
Господи! Это, видимо, мое наказание, за вчерашний проступок. Это не месть была Мише, а приговор мне. Развод — это чересчур страшное слово для меня. Развод. Я не хочу даже мысленно произносить его про себя, чтобы вдруг не накликать на себя беду.
– Миша, – порывисто протянула к нему руки, но муж небрежно откинул их. Отстранился.
– Оденься, Марин. Мне неприятно смотреть на тебя. И даже не думай прикасаться ко мне, – морщит нос. – Сходила б помылась что ли, вся помятая, растрепанная.
Муж разворачивается и уходит. Я остаюсь стоять в полном шоке.
Я смотрю ему вслед. На широкие плечи, мускулистую спину, на которой под бронзовой кожей хорошо просматриваются бугристые мышцы. Тонкая талия, узкие бедра и длинные ноги…Разве не о таком муже может мечтать каждая женщина?!
А потом вдруг меня посещает другая мысль: я тупая дура.
Я-то думала, наивная, что мой муж сидит дома, играет с пацанами в свои сетевые игрушки, бездельничает, под бесформенными футболками и толстовками скрывает свои жирки. Но … глядя сейчас на его фигуру, я понимаю, что он вел далеко не сидячий образ жизни, пускал мне пыль в глаза. Мускулы сами собой не нарастут.
Слезы брызнули из глаз в тот момент, когда Миша скрылся из виду. Значит муж уже давно обманывает меня. Старается для другой женщины, а точнее… для моей сестры Вики.
Нет, я так этого не оставлю. Стираю текущие ручьем из глаз слезы, бегу за ним.
Как он сказал. Помятая? Пошел он со своим мнением куда подальше.
У меня в груди разрастался нешуточным пламенем гнев.
Как он мог со мной так поступить? Предложил мне развод, заведомо понимая, что этим самым уничтожит меня. Ведь я только вчера ему об этом сказала.
Со злостью дергаю ручку к нам в спальню, но дверь вдруг оказывается закрытой.
– Миша! – срывающимся от волнения голосом зову его.
Муж не отвечает.
– Миша, открой! Нам нужно поговорить!
Но в ответ снова ни звука. Ах, он подлец. Мерзавец. Изменщик.