Ведьмы замуж не выходят (СИ)

– Я ее больше никогда не увижу?
Ведьма вздохнула, закрыла глаза, постояла так недолго, вновь вздохнула, открыв глаза, посмотрела бездонным взглядом на лорда.
– Ты нет! А вот жизненная дорога твоего сына, пересечется с ее дорогой. Что будет, не вижу. Отреклась твоя Вириди от своего имени, не ищи с ней встреч, отпусти. Силу что она отдала на заклятье, втройне к ней вернулась. Никогда она не простит тебе смерть своей доченьки.
Слезы вновь проложили дорожки на ведьминых щеках, подняв руки верх, она издала гортанный звук на подобие – кар.
Воронье, севшее на ветви деревьев, встрепенулось, встревоженно закаркав, взлетело, подлетело к ведьме закружило вокруг нее, образуя вихревую воронку и разлетелось в разные стороны испуганно каркая. На том месте, где стояла Серафима, стояла большая ворона, ее иссиня-черные перья отливали зеленью, черные бусины глаз, холодно смотрели на Дарина. Каркнув зло, ворона взмахнула крыльями и полетела, постепенно набирая высоту, вскоре скрылась из поля его видимости.
Дарин окинул бесчувственным взглядом лес, развернулся, зашагал в сторону дома, резко остановился, достал из кармана еще один перстень, надел на палец, закрыв глаза, представил кабинет отца.
Магия портала окутала его, быстро подхватила и перенесла в задуманное им место. Открыв глаза, он некоторое время с непониманием смотрел на отца, который сидел в своем любимом кресле и с кем-то разговаривал.
Дарина, Тар увидел не сразу, не обращая внимания на его внешний вид, расплылся в радостной улыбке.
– Дарин, сынок, как я рад тебя видеть, всю голову сломал, обдумывая, какой подарок приготовить моей внучке.
Дарин нахмурился, настороженно смотря на отца.
– Какой внучке?
– Как какой?! Ты меня удивляешь. Забыть, что твоей дочери скоро семь лет? Правда, она такая крохотная, не растет. Может, чем больна? Так ты скажи, я из столицы целителей закажу. Ничего не пожалею, вылечу нашу кровиночку.
Дарин тяжело сглотнул, смотрел на обезумившего отца, закрыв лицо руками – простонал. «Вот и пришла расплата за грехи наши».
– Спасибо отец, что напомнил, о том, что у моей дочери день рожденье скоро. Куплю ей игрушки, пусть порадуется.
– Правильно сынок, а теперь ступай, не мешай мне, мне еще нужно мужа ей подобрать, да, чтобы по крови не ниже Ир Сальских был.
Дарин развернулся, размеренным шагом покинул кабинет отца. Зайдя в покои матери, успокоил ее, как мог, пообещав найти целителей для отца, хотя понимал, что это бесполезно.
Потекли бесконечные годы лорда младшего, наполненные пустотой и заботами об угодьях. К Ведьминому лесу Дарин больше не приближался. Объезжая свои угодья, придерживал коня, с тоской смотря на мертвые стволы деревьев, закрывал глаза и в молчании кричал. «ВИРИДИ! ВИРИД-И-И-И».
  
Глава 8. Неожиданные подарки судьбы
 
Вириди остановилась, радушная улыбка расползлась на ее лице. Погладив рукой свой большой округлившийся живот, вытерла капельки пота со лба. Подхватив корзину, тяжело зашагала, переваливаясь с одного бока на другой.
Сев на поваленное дерево, достала из корзины пирожок, вонзила в него свои зубы, откусив, стала медленно пережевывать, радуясь лучам дневного светила и наступившему дню. Заслышав хруст веток под ногами, повернулась, помахала рукой повитухе.
Тяжело дыша, Ланда присела рядом с ведьмочкой, успокоив свое дыхание, повернулась, окинула Вириди внимательным взглядом.
– А ну-ка подруга, поднимись, дай посмотрю на твой живот, как-никак неделю тебя не видела.
Вириди кряхтя встала, улыбаясь во весь рот, покрутилась перед подругой.
– Ух,ты, а живот-то у нас уже опустился.
Вириди перестала улыбаться, взгляд черных глаз стал встревоженным.
– Да не пугайся ты так, сейчас твои склянки и мази в деревню отвезу, дам дома указания и к тебе на недельку, а может и меньше. Ух, подруга, я вся прям в нетерпении, так хочется твою доченьку посмотреть. Ты только не волнуйся, сегодня точно рожать не будешь, отправляйся домой, кушай да отдыхай. А я завтра на своей Звездочке к тебе приеду, хватит ей в стойле без дела стоять. Припасов тебе побольше навезу, неизвестно, когда твоя доченька на свет попросится. Да и после родов особо по лесу не побегаешь, опять же ребенка одного не бросишь. Пожалуй, и сегодняшнюю корзину распотрошу, нечего тебе надрываться.
 
Откинув, вышитый ручник с корзины, Ланда стала перебирать продукты. – Так молоко надо, мясо тоже супу себе наваришь, кольцо колбасы…слушай подруга, а давай я тебя до дома твоего провожу, а потом вернусь и заберу, все, что ты деревенским приготовила. Вот я безголовая сразу не подумала.
– Так особо и не тяжело было, сегодня почему-то шибко устала.
– Так это и понятно почему, вон ребенок на волю запросился, вот и тяжело, – Ланда подхватила корзину с продуктами и засеменила по дорожке.
Вслед ей заспешила Вириди, любуясь ладной фигурой подруги и едва успевая за ее быстрыми шагами. В избе ведьмочки Ланда пробыла недолго, полюбовалась стоявшей возле печки люлькой, подбодрила подругу словами и отправилась домой.
Вириди убрала продукты, присев на табурет возле стола, положила руки на живот, задумалась, немного страшили предстоящие роды. Посидев еще немного, она отправилась спать, заниматься делами совершенно не хотелось, да и силы свои берегла.
Утренний приход повитухи принес много шума и болтовни, конечно с ее стороны.
– Подруга, ты лежи, отдыхай, я тебя не потревожу, сейчас сбегаю дров натаскаю, да воды. Опять же пару тазов с собой захватила, один тебе в подарок, ребеночка купать. Всему тебя научу, так что не бойся моя хорошая, наша женская доля такая в муках детей рожать. А хотя ты можешь себе и обезболивающее заклятье прочитать или зелье, какое выпить. Есть такое?
– Не буду я ничего пить.
– Не хочешь как хочешь, пойду тогда Звездочку расседлаю, да сена с овсом ей дам.
После ухода Ланды в избе наступила такая привычная для ведьмочки тишина, кое-как встав с кровати, она неторопливо подошла к столу, посмотрела через окно. Повитуха носилась по двору словно заводная, ее лошадь уже стояла в стойле довольно помахивала хвостом, жуя сено. Из трубы бани тянулся тонким столбом дымок.
Набрав в ведро воды из колодца, Ланда заспешила в избу, открыв дверь и увидев вставшую с кровати Вириди, улыбнулась радушно. – Вот и ты уже встала, сейчас в кадки воды натаскаю, печь растоплю, да чайку с тобой попьем. А может, кушать хочешь?
Вириди прислушалась к своему состоянию, есть, совершенно не хотелось.
– Нет, не хочется чего-то. А баню, зачем затопила?
Ланда захлопала светлыми ресницами, серые глаза хитро блеснули.
– Как для чего, помоемся с тобой, спину тебе натру, ты ж все одна да одна, забыла наверно, когда тебя терли.
Вириди отвернулась, почувствовав, как щеки опалил предательский румянец. Разве можно забыть ласковые руки ведьмака, так проживет он на белом свете и не узнает, что бросил свое семя в забытом всеми Богами лесе.
– Ты чего подруга приуныла, давай кружки ставь на стол, сейчас хлеба нарежу. Вон смотри, какие караваи печет Кира, – Ланда разрезала хлеб, показывая ведьмочке белую пушистую мякоть. – Всем бабам на зависть. Уж до чего она спорая, да ладная девушка. Чужих деток не обижает, да они с кузнецом уже общего дожидаются.
Вириди вдохнула аромат свежести хлеба, разнесшегося по избе, рот сразу наполнился слюной. Присев на табурет возле стола, она отщипнула кусочек от буханки, поднесла к носу, втянула ноздрями душистую выпечку, пахнущую маслом, свежей закваской и любовью хозяйки, закинув в рот кусочек хлеба, закрыла глаза от удовольствия. – Ланда, спроси у Киры рецепт, нужно мне самой учиться хлеб печь, дочка подрастет, а мать у нее неумеха, хлеб печь не умеет.
– Ладно тебе неумеха, давай чай пить.
Пока они сидели, пили чай, Ланда пару раз сбегала в баню подбросила дрова в топку.