Ведьмы замуж не выходят (СИ)

– Нам бы тоже очень хотелось это услышать, – Кэмбел вальяжно развалился в кресле, не спуская с ведьмака своих голубых, холодных, прищуренных глаз.
– Да особо и рассказывать нечего. О том, как я встретил молодого лорда, уже поведал во дворе при встрече с вашими стражами, но если вы так усердствуете, могу повторить, – ведьмак откинулся на спинку кресла и со спокойствием вновь стал рассказывать, как повстречал юношу…
– И после того как вы поняли, что юноша ранен, куда вы с ним направились? И не встречался ли вам кто, еще на пути?
– Кроме воя волков я ничего больше не слышал, к тому же вечерело уже, снегопад вскоре прекратился и я решил переждать ночь в лесу. Все-таки на голой равнине это было бы сделать сложнее, да и к тому же хищники могли почуять запах.
– Вы боитесь каких-то волков? Представляю, как вы сражаетесь с тварями из низшего мира, – глухой хохот короля оглушил комнату.
Конар подождал, пока он отсмеется.
– Волков я не боюсь, у меня на руках был раненый юноша, которому необходима была немедленная помощь. Я не знал, как поведет себя при встрече с волками конь незнакомца. Они могли напугать его, и тогда бы мне пришлось разбираться сначала с хищниками, а потом искать убежавшего коня. Раны, нанесенные тварями из низшего мира, смертельны. Юноша истекал кровью и едва дышал, его необходимо было срочно спасать.
– Почему не отправились искать того, кто смог бы ему помочь? И почему были так уверенны, что спасете юношу? Вы ведь не целитель.
– Все верно, я не целитель. Но я ведьмак, и у меня имеются средства для лечения как раз таких ран. Всю дорогу замело снегом. В этих краях я бывал давно и не совсем помню, в какой стороне находятся близлежащие деревни, а про замок я вообще не вспомнил. Нас ведьмаков на постой только простой люд и принимает.
– Выходит кроме волков никого не встречали, – Кэмбел сжал свои длинные тонкие пальцы рук, сощурив глаза, хищно уставился на Конара. – Так в какую сторону вы повезли некроманта?
– Так кто ж в темноте стороны видит? Едва смог разглядеть лес, к нему и повел коней. Там наломал веток елей, развел костер, зашил на боку юнца рану и наложил целительного средства. Ночь переночевали, а утром отправился искать людей, да пытать у них о мальце.
– А в каком лесу вы ночевали?
– Так в лесу и ночевал, а в каком именно указателей не было. Конар понимал, что его ответы на вопросы Кэмбела, больше напоминали танец на бревне, под которым лежат раскаленные угли. Он ловко увиливал от ответов, но скинул его в огонь, лорд Ир Сальский.
– Скорей всего они были в Ведьмином лесу.
Дарин встретился с пронзительным взглядом черных глаз ведьмака, и у него по спине поползли мурашки, а затем в груди вспыхнула ревность. Он нутром понял, что сидевший перед ним мужчина встречался с Вириди. И если учесть тот факт, что на лице и боку сына лежит средство, которым его когда-то лечила, ведьмочка…Дарина, словно облили кипятком, набрав в грудь воздуха, он перестал дышать. «Он видел ее…был с ней …прикасался…». Его мысли лихорадочно подкидывали любовные сцены ведьмака и ведьмочки.
– Ведьмин лес…хм, почему ведьмин?
Дарин глубоко вздохнул, он хотел молчать, но ревность жгла душу, слова сами слетали с его губ.
– Ведьмин, потому что он находится под воздействием заклятья.
– И что такого особенного в этом заклятье?
– Тем, что ни один мужчина не может войти в ее лес.
Кэмбел даже немного привстал в кресле, его светлые изогнутые брови еще больше заострились в удивлении. Голубые глаза сначала обесцветились, а затем они потемнели как грозовые тучи, от разгорающегося внутри азарта.
Конар не пошевелился, он мгновенно понял состояние Дарина, его выдала ревность, исказившая благородное лицо. Уголки губ ведьмака чуть приподнялись, он хмыкнул, чтобы добить лорда его догадками и тем самым дать ему понять, что вот как раз для ведьмака и не существует заклятья, и он-то как раз, и вхож в Ведьмин лес. Сделав безразличное лицо, Конар вновь откинулся на спинку кресла, обдумывая, насколько Кэмбела заинтересовал лес. – Видно кто-то из мужчин прошелся когтями по ее сердцу, вот и выплеснула силу боли на землю, – ведьмак вновь пронзил взглядом своих черных глаз Дарина.
 
Их разговор прервал вошедший черноволосый мужчина, с острым цепким взглядом карих глаз. Длинный черного цвета плащ был перекинут через его левую руку, он посмотрел на Дарина.
– Ваш сын пришел в сознание, целитель его проверил и спешу вам сообщить, что жизни лорда Сауэла ничего не угрожает. Мало того, я хотел бы узнать, может кто в курсе, что за средство накладывали на его раны?
– Про лечащее средство вам лучше расскажет ведьмак. Не правда ли, – Кэмбел вопросительно с ухмылкой посмотрел на Конара.
Конар встал, направился к мужчине, представился ему.
– Конар – ведьмак.
– Руэль Шангарский – ректор Рангвургской магической академии.
Дарин тоже вскочил с дивана, подошел к ректору.
– Сын не рассказал, что с ним произошло?
Руэль окинул лорда Ир Сальского уставшим взглядом. – Можно мне присесть, и тогда я расскажу все, что успел услышать. Из-за нервного срыва Сауэла, мы погрузили его в лечебный сон, но уверяю вас, это вынужденная мера и продлится часов шесть.
– Прошу, – Дарин пригласил ректора сесть в одно из пустующих кресел.
Руэль бросил плащ на подлокотник кресла и окинул всех еще раз взглядом.
– Эта была обычная практика для второкурсников. Их разбили на группы по пять человек: три второкурсника, и как обычно для подстраховки с ними отправились третьекурсник маг воздуха Тирон Ар Горский и пятикурсник боевик-огневик Вилонд Эр Таухинских. Мы и предположить не могли, что в небольшой деревушке под названием «Залесная» поселится чокнутая ведьма.
Староста деревни рассудив, что ведьма проживает одна в большом доме, и ей, как-раз сподручней будет с магами, поэтому, он и расселил к ней адептов. Ведьма ласково согласилась. Изба была разделена на две большие комнаты, одну из них она и выделила для адептов.
Три дня адепты ходили в поле за деревню, исследовали место прорыва, а как вы знаете, твари из нижнего мира никогда не появляются дважды в одном и том же месте. Поэтому мы были так уверены в безопасности наших адептов. Ведьма оказалась настолько добродушной и любезной, что даже стала готовить ужин для своих жильцов. Вот на третий вечер она и покормила их так, что они уснули крепким сном.
За те дни, пока адепты блуждали в поле близ деревни, собирая анализ проб земли, воды и растений, ведьма выкопала пять могил и перетащила в них спящих адептов, закидав землей – их еще живые тела. Как у сумасшедшей старухи появилась тварь из нижнего мира, останется для нас загадкой. Ведьма решила побаловать своего питомца, которого прятала в сарае и держала на цепи. Похоронив адептов, она решила, что они уже все мертвы и отпустила тварь к первой могиле, в которой лежал Сауэл. Почуяв в земле запах человечины, тварь стала рыть холмик когтями. Но, у адепта Ир Сальского, скорей всего от нехватки воздуха и страха задохнуться под землей, и пробудился дар некроманта. Когда тварь прошлась когтями по телу Сауэла, он от боли зашелся в крике и выплеснул на тварь магию огня. Услышав вопль своего питомца, а потом, увидев горевшим, ведьма бросилась спасать его, но вот только, попала под зубы и когти разъяренной твари, которыми он разорвал ее пополам. Тварь не умерла. Обгоревшая, она бросилась на Сауэла, а тот в испуге, взмахнув руками, не понимая как, поднял близлежащую землю, и бросил ее в чудовище, которое исчезло под пластом земли. Он с изумлением, стал озираться по сторонам, и похолодел от ужаса, увидев лежащих в могилах адептов, с которыми приехал на практику. Раны его кровоточили, обессиленный, он не мог вытащить ребят. Так и сел на землю возле их могил, держась за свой разодранный бок. К его и нашему счастью, лежащие в могиле адепты, быстро продрогли от холода, вскоре и зелье выветрилось из их тел. Умереть от удушья они не успели, благодаря неожиданно проснувшемуся дару у адепта Ир Сальского, поднявшего землю с их могил.