Ведьмы замуж не выходят (СИ)
Два духа зло буравили друг друга взглядами, но слава Богам разошлись мирно.
Поцеловав рыжую головку Аронда, Рахт растворился в воздухе, за ним исчез и Сигель. В моих покоях надолго повисла тишина, вывело нас из оцепенения легкое покашливание лекаря.
– «Поздравляю вас. Никогда такого не слышал, чтобы у человека было два защитника рода».
Откланявшись, он ушел, а Михель встал передо мной на колени, прося прощения. Если честно я сама пребывала в неменьшем шоке.
Дух Акронского показал свое покровительство, чего не делал уже несколько веков. На тот момент я понял, почему меня так недолюбливал дядя. Когда мы бывали во дворце Ваира Акронского при виде меня, он всегда кривился и быстрей выпроваживал нас. Короля съедала зависть, ведь когда бы у меня открылся дар, то я мог бы пользоваться родовой магией. А это практически – неисчерпаемый колодец, ведь на всем огромном материке остались лишь два источника силы – это магия драконов и магия феникса. Один источник находится в нашем королевстве и его хранитель дух Дар Рахт Акронский, а второй в Финийском королевстве его хранитель дух Дары Ликрии Шиканской. Повзрослев и сопоставив все факты, я пришел к выводу, что только дяде на тот момент мешал союз его сестры с принцем Ликаном.
– Нам в академии рассказывали о двух оставшихся источниках силы. А, это правда, что духи источников могут обращаться к своим истокам и превращаться в дракона и феникса?
– Я не знаю точного ответа, но видел, как во время нашего брачного ритуала по нашим рукам ползут маленькие золотые чешуйки. Золотой дракон отразился на твоей и моей спине. В принципе, это происходит со всеми молодыми парами, заключающими брачный союз, и только у аристократов. На их телах, в основном на плечах проявляется защитник их рода. Раньше магических источников было много, и каждый обладал своей магией и силой. Вот только со временем, они иссякли. В Эйругском королевстве магический источник силы был – Грифон, Мирского государства – Единорог, у степняков – Саламандра, пустыню охранял – Василиск. Сейчас наследники родов могут пользоваться лишь отголосками силы магических существ.
– В академии рассказывали, что хранители источников, это последние из живущих людей, которые имели вторую ипостась и могли совершать оборотничество. Умирая, они заключили магическую силу своей второй ипостаси в источник, для того чтобы магия их рода продолжала жить в потомках. Ты представляешь, какие у тебя родовые корни и магическая сила!
Вириди привстала, от своего умозаключения, в груди все трепетало от волнения, она, пытаясь рассмотреть в темноте лицо Аронда и его реакцию на ее слова.
– Ты – лорд, наследник королевской крови, – не унималась она. – Мало того, ты находишься под покровительством хранителя рода...не понимаю, зачем же ты женился на мне?
– А ты до сих пор не поняла?
Вириди тяжко вздохнула. – Дети, это не тот аргумент, чтобы связывать себя узами брака с простолюдинкой, да еще с ведьмой. Сам посуди. Что скажет твоя родня, когда узнает, кто я такая?
– Я женился на тебе не только из-за детей, а потому что люблю. А то, что ты мне здесь сейчас поведала, я и сам знал и не раз применял. При встрече с северянами я применил лишь малую силу магии. Ты даже себе не представляешь, как хотелось развернуться и показать всю силу и мощь родовой магии драконов.
В комнате повисла могильная тишина, Аронду даже показалось, что он слышит, как хлопают в недоумении длинные ресницы ведьмочки. – Что моя красавица замолчала?
Вириди засопела, уткнулась в его грудь. – Не знаю, что говорить. Рассказываю тебе истины, которые ты и без меня отлично знаешь. Это наверно из-за того, что на меня навалилось все так неожиданно. Я ведь беру Айрин на руки и понимаю, что она не должна быть такой маленькой. Мы не должны были поступать так с ней.
Широкая грудь Аронда поднялась и резко опустилась от тяжелого вздоха. «Сделала вид, что не услышала моего признания. Моя маленькая с глубокой душевной раной женщина не верит, что может быть любима. Моя самая любимая черноволосая ведьмочка. Спасибо Ирида за то, что связала наши судьбы. Спасибо за благословение и детей. Я буду в вечном долгу перед тобой!».
Аронд сжал Вириди до хруста в кости и продолжил разговор.
– Мне тоже тяжело, но это лучшая защита для нее. Ты же видела этого психопата. От таких лучше держать детей подальше. А за остальное не переживай, прибудем в замок там и будем действовать по обстоятельствам. На крайний случай куплю дом для нас.
Вириди вздохнула, поворочалась, устраиваясь удобней на широком плече мужа, обняла его, и улыбнувшись, уснула.
Аронд долго слушал мирное сопение жены. Закрыв глаза, с упоением вдыхал сладкий запах молока, витавшего в воздухе, наслаждался близостью ее тела, горячим дыханием и ощущением безграничного счастья, расползавшегося в душе.
*****
Ведьмак почувствовал, как через него перелезает Вириди, его руки сразу обхватили ее упругую попку, сжали. – Куда собралась моя красавица?
Вириди хихикнула. – Детей пора кормить, проснулись уже, пока кряхтят, если не отпустишь, крик поднимут.
Мужские руки с неохотой отпустили желанную добычу. – Я сейчас, встану, помогу.
– Грудь свою дашь?
– Кхм…– губы Аронда разошлись в улыбке. – Пеленать помогу.
– Спи, я сама справлюсь, – Вириди прошлась рукой над лицом ведьмака, улыбнулась от вида, вновь провалившегося в сон мужа. – Поспи, защитник наш, муж…кхм, – ведьмочка едва коснулась своими губами больших губ ведьмака.
Элерия проголодалась и разразилась громким плачем, привлекая к себе внимание.
– Сейчас моя хорошая, сейчас моя доченька, – Вириди взяла дочь на руки, села в кресло, достала свою тяжелую налитую молоком грудь, подсунула сосок к искривленному в крике ротику дочери. Элерия, с жадностью набросилась на материнский сосок груди, обхватив его своим маленькими пухлыми губками рта, принялась, усердно есть.
Айрин покряхтывая, дожидалась своего времени, девочка на удивление была терпеливой и не голосистой в отличие от Элерии.
Накормив и перепеленав дочерей, Вириди уложила их в колыбель спать. Зайдя в соседнюю спальню, поправила сползшее с кровати одеяло, укрыла им сына.
Прикрыв тихонько дверь, она прошла в ванную комнату, умылась, переоделась и отправилась помогать хозяйке дома в приготовлении завтрака. По дому медленно расползался запах кипяченого молока и сдобной выпечки.
Ольха, подняв голову, с удивлением смотрела на застывшую у порога гостью.
– Ты чего такую рань встала? Детки малые, спала бы себе, пока они спят, а вот как подрастут, тогда и глаз не сомкнешь думами о них.
– Да не спится, что-то…переживаю.
– И то понятно, с тремя детьми в дорогу, да еще с такими крохами, – хозяйка дома покачала головой расстроено. – Раз спать не хочешь, давай собирай в корзину припасы. Я тут вам в дорогу приготовила немного продуктов. Вон тряпицы лежат, бери и заворачивай все, что на столе лежит, и в корзину, складывай. Путь у вас неблизкий, все пригодится.
Вириди со смущением, взяв чистый ручник, стала обворачивать им: большой шматок сала, за ним последовали вяленая конина, два каравая душистого хлеба, три кольца копченой колбасы, два десятка яиц сложила в отдельный туесок. – Мне как-то неудобно.
– Ишь, чего удумала, неудобно ей. Ты думаешь, я не знаю какими ты зельями силы, моего зятя поишь. Мне ж дочка все рассказывает. Мужик он заботливый и добрый, на руках мою Киру носит. Если б не ты, уж и не знаю, познала бы моя доченька счастье материнства. У Гарна детки хорошие. Вот только и Кире нашей хочется, своих детишек на руках покачать, да прижать к материнской груди. Да, что говорить, сама все понимаешь. Так что благодарна я тебе всю жизнь буду. Ольха отвернулась, вытерла фартуком сбежавшие по щекам слезы счастья.
На кухню влетел заспанный Имран, огненно-рыжие волосы на его голове напоминали воронье гнездо. При виде матери, взгляд сонных черных глаз потеплел. – Мам, а мы когда поедем?