Клятва Ненависти (ЛП)
Я достаю аптечку из ванной и смачиваю тряпку. Тихо и осторожно я сажусь на пол рядом с диваном и начинаю очищать ее лицо. К счастью, она не просыпается. Не думаю, что смогу выдержать, если она будет наблюдать за мной, пока я занимаюсь этим. Черт, я не думаю, что вообще смогу выдержать ее взгляд на себе, и опять же, я не понимаю почему.
Почему это так тяжело для меня? Видя ее такой, я должен чувствовать себя лучше. Знание того, что она была с Томасом последние несколько лет, не должно иметь для меня значения. Все это не должно иметь для меня значения. Она не должна иметь для меня значения.
Когда я заканчиваю промывать ее раны, я поднимаюсь на ноги и натыкаюсь на журнальный столик позади себя. Шум будит ее, и ее глаза открываются. Она смотрит на меня, словно собираясь что-то сказать, но ее губы не шевелятся. Тогда я решаю заговорить вместо нее.
— Ты уверена, что тебе не нужен врач. Ты тяжело дышишь. Мне не нужно, чтобы ты умерла на моем диване.
— Я в порядке. Это просто ушиб ребра. Все будет хорошо, — говорит она, в конце ее голос ломается. — Я не умру из-за этого. Со мной все будет хорошо.
Я не уверен, пытается ли она убедить себя или меня.
Я уже собираюсь повернуться и уйти, когда она кашляет. Ее лицо искажается в маску боли, когда она закрывает рот рукой. Как только она отдергивает руку, я вижу ярко-красное пятно на ее ладони. Гребаный Христос.
— Ты не в порядке. Ты кашляешь кровью. Поехали, я отвезу тебя в неотложку.
— Я уверена, что все в порядке…
— Вставай, — рычу я, не давая ей закончить. Когда она пытается самостоятельно встать, я замечаю, как ей тяжело. Поскольку она едва может подняться на ноги, я хватаю ее под мышки, как ребенка, и осторожно тяну вверх.
Я помогаю ей дойти до грузовика, и мне приходится поднимать ее на сиденье. Она морщится при движении, но не жалуется.
— Ты упала с лестницы, поняла? — спрашиваю я ее, когда мы уже почти добрались до места. — Я не могу привлекать копов. Они сейчас пытаются найти что-нибудь, что можно на меня повесить.
— Поняла, — сразу же подтверждает она. Я беспокоюсь не столько о том, что Пенни будет лгать, сколько о том, что какая-нибудь добропорядочная медсестра позвонит в полицию и скажет, что я ее избил.
Я хочу спросить ее, почему. Почему она осталась с ним, и почему она позволила ему уйти от ответственности за ее избиение. Действительно ли она так сильно любила его?
Столько вопросов, но я не осмеливаюсь задать их вслух, потому что, по правде говоря, я не хочу знать ответ, в основном потому, что я не готов его услышать.
Глава 13
Пенни
Как только женщина за стойкой регистрации увидела нас, она провела меня в отдельную комнату в задней части. Я не уверена, кого именно — Райдера или меня — она не хотела видеть в приемной. Возможно, нас обоих. Мое лицо выглядит так, словно я только что провела десять раундов с тяжеловесом. Райдер одет как обычно: ботинки, джинсы, темная футболка, демонстрирующая все его татуировки, и жилет с нашивками, говорящими всем, что он вице-президент байкерского клуба.
Я уверена, что единственная причина, по которой никто не вызвал полицию, в том, что у Райдера нет синяков на костяшках пальцев. Поэтому я рада, что он не ударил Томаса.
Мы были одни в маленькой комнате в течение, кажется, целой вечности. Я лежу на узкой больничной кровати, а Райдер сидит в углу комнаты на стуле, который кажется слишком маленьким для его крупной фигуры. Он также выглядит крайне раздраженным и раздосадованным тем, что находится здесь.
Тишина между нами тянется, как бесконечные крошечные белые плитки, из которых состоит потолок. Я начала считать их некоторое время назад, и мне уже дважды приходилось начинать сначала, потому что я забывала, на каком номере остановилась.
Наконец дверь открывается, и в палату входит женщина в халате. На вид она моего возраста, что является ярким напоминанием о том, какое будущее могло бы быть у меня, а не о том, где я сейчас.
— Привет, я Эми. Я буду вашей медсестрой сегодня, — говорит она.
— Привет, — говорю я так тихо, что мне кажется, она меня вообще не услышала.
— Мы собираемся поставить капельницу и дать вам обезболивающие препараты. И доктор придет и осмотрит вас, как только у нее появится возможность, — говорит медсестра, одаривая меня натянутой улыбкой. — Но сначала нам необходимо, чтобы вы сдали анализ мочи.
— Хорошо… — я поднимаюсь на кровати, не обращая внимания на резкую боль в боку.
— Я помогу вам дойти до ванной, — объявляет медсестра, на что Райдер вздыхает с явным раздражением. Медсестра либо не слышала, либо ей все равно. Она продолжает помогать мне подняться и выводит меня из палаты. У меня возникает желание взглянуть на Райдера по пути к выходу, чтобы уверить его, что я не собираюсь ничего говорить, но я не делаю этого, потому что не могу больше видеть ненависть и разочарование в его глазах.
Как только за нами закрывается дверь ванной, медсестра хватает меня за плечи и притягивает ближе.
— Вы можете рассказать мне, что произошло. Не бойтесь. Мы можем вызвать полицию в кратчайшие сроки. Я могу вывести вас отсюда прямо сейчас…
— Это был не он, — перебиваю я ее. — Он не избивал меня, и никто из его друзей тоже, если вы так подумали.
— Но кто-то же это сделал. Вы не падали с лестницы. Никто здесь вам не поверит.
— Они должны поверить, потому что это единственная история, которую они получат от меня.
Медсестра глубоко вздыхает, качая головой.
— Я отпущу вас только в том случае, если вы поклянетесь, что с этим парнем вы в безопасности.
— Да, — мне не нужно думать над ответом, потому что я знаю, что с ним я в безопасности и всегда буду. — Он никогда не причинит мне вреда.
— Вы уверены?
— Абсолютно. Это он спас меня и привез сюда, хотя я не хотела ехать.
— Что ж, я рада, что он привез вас. Мы хорошо позаботимся о вас здесь, — она искренне улыбается мне, и впервые за долгое время я тоже улыбаюсь. Я так давно не улыбалась, что это кажется мне чужим.
Она помогает мне сходить в туалет, и хотя я знаю, что ее работа — заботиться о людях, у меня возникает ощущение, что она сделала бы это, даже если бы это было не так. Это проявляется в том, как бережно она держит меня, следя за тем, чтобы я не чувствовала боли, когда двигаюсь. Ее прикосновения настолько успокаивающие и добрые, что искренность их переполняет меня, и я едва сдерживаю слезы. Ее забота и искреннее внимание ко мне, человеку, которого она не знает, заставляют мое сердце разрываться от неожиданной радости.
Когда мы закончили, она помогает мне вернуться в комнату и лечь на кровать. Я украдкой смотрю на Райдера, который бросает на меня суровый взгляд.
— Мне нужно, чтобы ты разделась и надела этот сексуальный наряд, — говорит она, протягивая мне больничный халат в бело-зеленую полоску. — Тебе помочь переодеться?
— Нет, спасибо. Я справлюсь, — она уже сделала достаточно, и я уверена, что у нее есть дела поважнее.
— Хорошо. Я собираюсь отнести это в лабораторию. Они просто сделают тест на беременность. Стандартная процедура, перед рентгеном.
При словах «тест на беременность» воздух вырывается из моих легких, а горло сжимается. У нас не раз был незащищенный секс, и я приняла таблетку экстренной контрацепции только в тот первый раз.
Эми, должно быть, замечает тревогу, написанную на моем лице.
— Как вы думаете, вы можете быть беременны? — спрашивает она.
— Я-я не знаю, — признаюсь я, не решаясь взглянуть на Райдера.
— Ну, для этого и нужен тест, — она кладет свою руку на мою и слегка сжимает прежде, чем повернуться, чтобы уйти. Она выходит из палаты, оставляя нас с Райдером наедине в тягостном молчании и ужасном напряжении.
Глава 14
Райдер
Тест на беременность. Два простых слова, которые заставляют мое сердце биться в неестественном ритме. Беременность подразумевает малыша, ребенка, родительство… Я — родитель. Маленькая больничная палата внезапно становится еще меньше, стены грозят поглотить меня целиком.