Реактивация 2 (СИ)
Радостная весть пришла с пленума — Казахстану разрешили перестроить республиканскую энергосистему. Проект мощный и затратный, но доходы от продаж хлеба и мяса однозначно позволяют его внедрить в течении двух пятилеток. Вроде мелочь, но глупо когда-нибудь оказаться страной, имеющей большой импорт электроэнергии одновременно с такого же размера экспортом. Ну и на создание нескольких СП тоже дали одобрямс. Самые верхние верха нуждались в зарубежной поддержке Программы мира во всём мире. Интересы частников будут эдаким дружественным лобби, пусть даже не очень влиятельным в Японии и Италии. А уж когда начнут действовать две травяные лечебницы (в Талгаре и Алмарасане), постепенно можно будет присадить состоятельных иностранцев на "иглу".
Перед отбытием Старков заглянул к "дочке".
— А у нас бабушка в гости приехала и уже ругается, — наябедничала Алёнка, — говорит, что дома нужно носить домашнее, а оно не такое нарядное.
Умоляющий взгляд девчушки требовал немедленного разрешения проблемы. Иначе кирдык создавшемуся авторитету. Что это за папа такой, если не балует свою маленькую принцессу?
— Оксана Богдановна, может ещё и для дома накупим? — спросил Олег, надеясь легко решить проблему.
— Ты мне внучку не порть, иначе капризуля вырастет. Куда ей ещё нарядов, и так весь шкаф забит.
Пришлось смириться с диктатом.
— Алёнка, бабушка права, но мы всё равно победим! К осени ты подрастёшь и придётся весь гардероб заново заполнять. Так что и овцы будут сыты, и волки целы.
Колокольчик смеха возвестил, что микронарод согласен потерпеть, раз уж такое дело. Обе старшие Хольстремши махнули рукой и позвали умника за стол…
Отъезд в Тургень — дело серьёзное и обстоятельное, не абы как. И вспомогательную гитару не забыть, и тетрадки с ручками, а уж свежего хлеба обязательно прикупить для дедушки с бабушкой. Увы, но новую пекарню в селе пока не построили, хотя надо бы своим подсобить по блату. Тем более, что старой пекарней дядя Боря заведовал, родственник всё-таки. Внутри рода шла конкуренция между его женой и мамой Олега. Обе очень красивые тётки, но кто-то красивее по идее. Вопрос бесконечно обсуждался, правда в свободное от всякой другой байды время.
Можно, конечно и автобусом доехать, всего-то шестьдесят километров пути с бесконечными остановками, но юный, слегка, мажор вызвал такси на родительский адрес."…Шагабутдинова, бывшая Кордонная…угол Шевченко…спасибо…" Названия улиц менялись, но лучше уточнить на всякий пожарный. Использовать ШД-шника дешевле, но не намного. Конечно, старые жёлтые номера с буквами ШД (частники) уже не применялись, всё больше АТА, АТБ, АТВ, ну и круть, АТГ(государственная). Однако в разговоре по-прежнему звучало "ШДшник". В самом Тургене пришлось расплатиться, как положено, в оба конца — 12 рублей и трёшка сверху. С одной стороны, понты, с другой, и удобнее, и деньги на поездку раз в квартал имеются. Тем более, приятно порадовать бабуленцию всякими гостинцами из города. Особенно, совершенно свежим вкуснючим алма-атинским хлебом!
— Здравствуйте, родные, какое у вас "ничего", кал калай?
Казахский язык только казахи толком понимают, но применяют все нации Казахстана, ради выкрутасов. Шмын не знал перевода выражения "кал калай?", поэтому считал, что вопрос о здоровье. Если кал хороший — значит и всё остальное отлично. Действительно, если есть чем какать, значит в доме имеется еда. А коли есть что кушать, получается, что есть деньги. Сами деньги из воздуха не родятся, нужно работать. Ну и как будешь пахать, коли здоровье неважнецкое? Общий вывод: в паре слов огромная мудрость заложена. А что делать, если казахи долгие годы обходились устной речью, вот и перещеголяли лакедемонян в насыщеном краткоречии. Одна фраза "барса кельмес" многого стоит, ту же песню "Уч кудук" переплюнет по смысловой нагрузке и содержанию. А уж совсем непонятное "ебтеп-септеп"… Лучше просто применять, не заморачиваясь с глубинами.
Внука приютили, расцеловав и пожав руку, поназадавали вопросов и отправили погулять в саду (кстати, вишнёвом), пока второй завтрак не будет готов.
Пара дней тишины, уюта и природы, что может быть лучше? Шмын сбежал от наваливающейся всё больше ответственности и забил на неё, найдя откоряку класса "принести пользу селу". Сено необходимо в любых количествах, даже если будет накошено относительно немного по сравнению с мировой революцией. Переехав в Тау-Тургень парень убедился что деревенское сильно своей стабильностью. Те же люди, те же разговоры, те же вечно бродящие туда-сюда куры, то квохчащие, то кудахтающие. Та же пыль и те же мухи, заразы.
Дом немцев дождался хозяина, не развалился, не испачкался. Соседка по-чесноку следила за порядкам, даже в оранжерее всё путём: цветы растут, ждут, когда их срежут и в город отвезут на продажу. Старков иногда выделывался, представляя раздумья тех, кого считают неодушевлёнными предметами. Например, о чём думают сигареты пока живут в пачке? Небось мечты попасть наружу и стать ценнейшими составными тамошнего социума. Никто же не думает, что его попользуют и выбросят. Да и не хочется стать вонючим окурком, не для этого же наверное создавали. Поэтому, если в пачку вернётся, на время, недокуренный огрызок, то ясно, что он просто лузер и врёт, дабы свою никчемность оправдать.
Жаль, что Валентина урыла в Талгар, поближе к клинике. Придётся самому травничать. Зато оставшиеся немцы, родственники Любы-старшей, уже вовсю кооператорствовали. Аульные казахи клана Казымбетовых поставляли им классные кожи, на Тургенском ремзаводе открыли кооперативный цех по производству металлической фурнитуры и пряжек. Кама посредничал, заказывая в Гусь-Хрустальном вполне качественные разноцветные стразы. Ремни получались "хэндмэйд", но очень достойного качества. Итальянские дистрибьюторы, оба, забирали всё, чтобы добавить в свои магазины эдакую азиатскую бижутерию. Дабы клиент, купив джинсы, мог сразу и "белт" подобрать — хоть под цвет глаз, хоть для толстого живота. И кто говорит, что в советское время секса не было? Всё можно, только не жульничай и не пытайся работников припахивать за три копейки. Тут вам не здесь, то бишь не Папский район Узбекской ССР, с зинданами и своеобразным рабством.
Вот и нужная гора, выделенная председателем поссовета, а на ней одинокий косарь, скосивший от обязанностей прогрессора. Сразу вспомнились битлы: "The Fool on the Hill". А что, типичный "глупец на холме", всё как в песенке-чудесенке, зря ответственная окружающая среда битлов хает. У них, кстати, есть песни и критические, и сатирические, и злободневные, только вдумываться нужно. Вон, одна так и называется "I, me, mine", что в переводе "Я, мне, моё". А в другой вообще отпад, на тему "каково мадонне с младенцем в современном обществе". Типа "автобус уехал, не дождавшись, и теперь пакеты лучше бросить, чем тащить", горько и грустно, что ни говори. Хотя про пакеты вроде у "Уингс"? А уж как возмущались училки, когда появилась рок-опера "Иисус Христос — суперзвезда". Это религиозно, это отвратительно! Ага-ага, щаззз! Там в первой же арии Иуда прямым текстом поёт "мы не считали тебя богом, ты всего лишь человек". Но как педсовету вжевать, если они по-английски не шпрехают? Антирелигиозное произведение, шайтан вас раздери.
Глава 4
Глава четвёртая
Из новостей по радио пришло сообщение о том, что америкосы запустили станцию "Скайлаб". Одна из причин была связана с русскими, то бишь с договоренностью провести совместный эксперимент. А что, на Луне уже двенадцать астронавтов побывали, мусор пособирали и домой привезли, пора и честь знать. Всё равно никаких альенов не нашли, как и инопланетного хабара. Чего деньги зазря тратить, вот и спланировали будущую миссию "Союз-Аполлон". Правда, этот "Скайлаб" не очень прочный оказался, да ещё и перекислороденный. Прикол, но советские скафандры из-за этого рисковано применять на пендосской станции. Леонову и Кубасову спецполимер разработают, чтобы не самовозгорелись. Сама станция недолго пожила, лет шесть, не больше. После чего грохнулась на головы австралийцев. Больше американцы с такой техникой не связывались, ибо в коленках слабы.