Реактивация 2 (СИ)
В конце сентября Олега бумкнули по голове, предупредив лишь о том, что нужно одеться нарядно и соответствовать. Хорошо, что модельерши уже пошили новую одёжу взамен той, которая стала невлезаемой, а Таня поработала над его тыквой, заросшей волосами. С самого утра в школе гудели по поводу какого-то торжества, а потом загнали в актовый зал. На сцене появились солидные дяди в партийных костюмах и затребовали Старкова. Что делать, пришлось топать к ним. Короткая речь на тему помощи города деревне (хотя кто кого кормит вообще-то!) закончилась бравурной фразой:
— Олег Старков награждается…
Вот оно что, медаль "За трудовую доблесть", как у Жоры Камикадзе. Ни фига себе пельмень, теперь можно и повыпендриваться небось. Попаданец не совсем соответствовал тем общепринятым стандартам, принятым в книгах будущего. Калаш на коленке не разрабатывал (тем более, что сам Калашников ещё в наличие имелся), Политбюро не поучал (лишь исподтишка чего-то предлагал через заднее крыльцо), песен Высоцкого не пел в качестве откровений (их пел сам Высоцкий), Сталину задушевно не рассказывал о ядрён-батоне (нет ни Сталина, ни соответствующих знаний, зато бомбы лежат на складах), даже подмётные письма о предателях не рассылал (так как не знал кто они и как их зовут). Всего лишь хитрил, пользуясь другими, более знающими и умелыми, и жил для себя. Он даже чужих книг не воровал, своего мусора хватало вдосталь.
Хотя и медаль была по барабану, свои имелись. Когда-нибудь, если тот же путь пройти и в Анголе повоевать. Абсолютная нацеленность в Советскую Армию довлела над всеми другими вариантами жизни. Там он был счастлив, потому что не имел проблем с выбором, где всё или по уставу, или отдано приказом. В крайнем случае, вводной класса "огонь слева" или "шишка справа". Придёт весна 1975 года и восемнадцатилетний призывник почапает Родину защищать, желательно в горячей точке. Или грудь в крестах, или голова в кустах. Во втором случае, вообще все проблемы улетучатся. А то вечно что-нибудь очередное не слава богу. Вроде и жизнь поактивнее, но ответственность совершенно излишняя составляющая.
После награждения все поздравили: кто с радостью за товарища, а кто формально. Лишь инструктор райкома комсомола, курирующий школу, остался недоволен. Он точил персональный зуб на негодяя, посмевшего ему отказать в Тау-Тургене, и копил яд, чтобы укусить наверняка, да ещё в самое больное место. Это у кентов-писателей главгеры отправляют письма наверх, а в данном случае инструктор писал анонимные доносы на ГГ, причём даже в Москву. Всё наоборот получается и как с этим жить, если даже не знаешь о скрытых врагах?
Дома не только поздравили, но и наметили сабантуй с приглашение даже деревенских родственников. Олег предложил это сделать у него дома, но отец отверг предложение. Хотелось напоследок организовать застолье в малюсенькой двухкомнатке. Пока только он знал, что вовсю идёт строительство классного кирпичного пятиэтажного дома в районе Муратбаева и Гоголя, где ему выдадут трёхкомнатную квартиру улучшенной планировки. 100 квадратов, итить-колотить, с двумя балконами. Осталось дождаться лета 1974 года.
Из-за школьной реформы среднее образование увеличили до десяти классов, а в качестве эксперимента вернули такую оценку, как "кол" (единицу). В прошлой жизни Шмын стал рекордсменом школы в первой четверти (потом эксперимент свернули), а сейчас обошёлся всего лишь тремя колами. Правда, за один месяц. А чтобы школьникам показать небо с овчинку понагнали практикантов с понтами и высокомерием. Тоже видимо чьё-то "новое слово" решили вдернить в систему образования.
Так Старков сцепился с физиком по поводу теории относительности. Выдал, когда к доске вызвали, прервав творческий процесс написания четвёртой книги. Вызверился и начал морочить голову по поводу парадокса близнецов. В принципе, практикант сам напросился.
— Вижу, Старков, что ты там что-то пишешь. Наверное меня конспектируешь? — и под хохот одноклассников и улыбку учителя обвёл всех гордым взглядом, — расскажи-ка нам, что ты понял о парадоксе. Почему один близнец будет моложе другого?
Зараза, прицепился, чтобы повыделываться. Нет, можно было б и по мозгам дать, но медаленосцам так нельзя поступать. Правда награду Олег не носил — хранил её в заветной коробке из-под ФЭДа. Пришлось включить систему заморачивания.
— Так, если Земля летит со скоростью света прочь от ракеты, значит близнец на ней медленнее стареет. Это естественно.
Тут охренел сам практикант, да и учитель физики, огромный, как человек-гора, тоже задумался. Его списали из универа в среднюю школу за какие-то грехи, но дядька был толковый. Даже научил школьников вести краткие записи во время своих лекций.
— Нет, ты не понял, моложе будет близнец на ракете, — возмутился практикант, — он же летит относительно Земли.
— Действительно не понял, виноват. Вы сказали, что по Эйнштейну и ракета и планета всего лишь движущиеся точки системы, вот я и подумал…
Думает он, умник, когда аспирант твёрдо знает (присылали не только студентов, но и тех, кто на кандидатскую нацелился, даже если она из пальца будет высосана).
— Да, это точки и движутся относительно друг друга. Но мы же рассматриваем ракету, движущуюся относительно планеты.
— Согласен, — подтвердил Шмын, — вы рассматриваете ракету, а я, как другой наблюдатель, рассматриваю планету.
Есть в теории относительности слабость, которая позволяет поиграть на нервах учёных. Вся она привязана к наблюдателю, по крайней мере так объясняют умы с научными званиями. А если оппонент ешё только сам учится, пусть и в аспирантуре, можно и мозги ему поколупать. Тезис о том, что "ракета летит, а Земля стоит" в данной систене равнозначен тезису "Земля летит, а ракета стоит". В теории относительности демократический либерализм и равноправие, между прочим.
— Но это неправильно, Старков. Все учёные знают, что летит всё-таки ракета!
Милое невинное создание похлопало ресницами и наивно спросило:
— А почему?
Учитель ухмыльнулся и явно ждал, как аспирант выкрутится.
— А потому, что… — умник перебрал на скорую руку несколько вариантов и привёл самый простой и доходчивый довод.
Именно такой Олег как-то прочитал в одной научно-популярной книге. Написанной профессором наук, а не абы кем.
— … потому что Земля гораздо больше ракеты.
Победа в дискуссии, научный нокаут и лавры победителю. Пусть знает, что необразованным не место в приличном обществе. Звонок поставил заветную точку в диспуте и Шмын рванул в буфет, не спросясь. Якобы проголодался, да ещё и перенервничал и нужно едой подлечиться.
Кстати, потом выяснилось, что ему почему-то поставили пятёрку, а значит до конца четверти больше не будут вызывать к доске.
И всё бы хорошо, но израильтяне сцепились с арабами. Весь мир начал обсуждать эти события, а партия и правительство опять отвлеклись от дел насущных. Мало того, Австрия повелась на требования арабов и закрыла лагеря для евреев, массово выезжавших из СССР. Хотя, по-честному, она это сделала ещё до начала Войны Судного Дня. Другое дело, что страны ОАПЕК устроили сокращение продаж нефти Штатам и иже с ними. Три доллара за баррель (меньше чем цена в 1895 году) ушли в прошлое и стали прирастать цифрами. А США пришлось искать других продавцов с дешёвыми ценами. И Голландии тоже, гы-гы-гы. Генри Киссинджер тут же вылетел в Москву, чтобы перетереть с Брежневым варианты прекращения семитско-семитской войны. Чем тут же воспользовались лидеры Казахстана.
Двенадцать серьёзных соглашений с итальяшками и япошками. А куда капиталюгам деваться от республики имеющей свою нефть, которую можно перерабатывать в ширпотреб? Мало НПЗ? Не проблема, понастроят сколько надо. Совместные предприятия? Тоже не проблема, когда будут платить "чёрным золотом" или что там из него получается.
— Мы вам и коммунизм построим, если нужно! — говорят, что фраза принадлежала итальянским коммунистам-капиталистам.