Смерть старого мира (СИ)

Казалось, девушка только моргнула, и снова оказалась в библиотеке. В пустых раскрытых ладонях книги не было, зато перед ней стоял Прайс. Выглядел он, скорее, встревоженным, нежели разозлённым, но Агнесса на всякий случай потупилась.
— Простите пожалуйста, мистер Прайс! Я... признаться, сама не знаю, что произошло, я только открыла книгу!
— Тш-ш, не всё так страшно, юная леди. Вы живы, и, уверяю вас, в сложившихся обстоятельствах это не самое малое достижение! — вроде бы он действительно не был раздражён, и потому девушка осмелилась спросить:
— А... вы не знаете, что это было? Эта... серая равнина, чёрное небо... дерево? — беспомощно улыбнулась она, принимаясь бездумно сплетать и выламывать пальцы, и внезапно ощутив, как по ним стекает вода. Опустив взгляд — ошарашено отметила, что она вся целиком, от макушки до пят, мокрая. То-то так неуютно! И стыдно...
— Загранье, равнины Мёртвых, полагаю, — почти равнодушным тоном прокомментировал мужчина, с большим вниманием изучая книгу, нежели промокшую Агнессу.
— Но... туда же могут только демонологи, разве нет? Или маги. Обученные, — хорошо подкованная «в теории», девушка заподозрила Прайса во вранье, и потому ещё пуще удивилась, когда тот кивнул.
— Да. Всё так. А ещё некоторые одарённые личности, когда им в руки попадает «Малая книга Имён», — в подтверждение своих слов он развернул фолиант фронтальной частью к Агнессе, и та с замиранием сердца прочитала озвученное название.
— Невероятно! Всё это время... она была здесь? Я читала про неё! В школе, конечно, ничего такого не преподавали, но, знаете, чисто теоретически ведь никто не может запретить читать дополнительную литературу? Так вот, нам про неё говорили, но я не представляла, что книга по Именованию, тем более — младшему, может перенести человека за Грань! — девушка тараторила, не в силах остановиться, и во все глаза смотрела на Прайса. Тот рассеянно листал страницы книги, на которые Агнессе теперь было боязно коситься.
— Похвальное стремление к знаниям, мисс Баллирано. Однако, смею заверить, что Имена — это сильнейший раздел Искусства. Случается, что одно правильно выбранное и своевременно произнесённое Имя может сделать то, что не под силу сильнейшему боевому магу, — наставительно проговорил мужчина.
— О-о... — восхищённо протянула она, но тут же сосредоточенно нахмурилась. — И всё же, я точно помню, что описывалась эта книга немного иначе...
— Это расширенное издание, — ровным тоном парировал Прайс, и Агнесса отчётливо поняла, что он что-то недоговаривает. — Но не могу не отметить, что у вас очень хорошая память.
Она зарделась слегка от столь небрежной похвалы, но склонила голову не покорно, а, скорее, упрямо.
— Мой учитель тоже так говорил. А ещё он сказал, что мне обязательно надо попытаться поступить в Бирмингемский университет, потому что у меня высокий показатель... то есть, коэффициент... — запуталась и сбилась, теперь уже краснея от стыда за то, что начала бахвалиться. Прайсе же воззрился на неё с некоторым удивлением.
— Простите? Я не мог настолько отпасть от реальности, чтобы упустить факт того, что в Лондон прибыл древний Род Баллирано. Точнее сказать, что фамилия Баллирано вообще принадлежит к какому-то из благородных Родов. Даже как младшая ветвь.
Агнесса несколько даже обиделась, отведя взгляд в сторону.
— Не вижу ни одной причины, чтобы вы решили меня оскорблять, мистер Прайс.
— Помилуйте, и в мыслях не было! Я абсолютно серьёзно попросил развеять мои заблуждения, буде таковые имеются! — мужчина пожал плечами.
— В таком случае — нет, ваши сведения не устарели. Я... мои опекуны... в смысле, моя семья не принадлежит ни к какому благородному Роду, или Дому, или... не важно. Простите, не вижу, каким образом это относится к моему стремлению поступить в университет, — Агнесса немного чопорно поджала губы.
— Боюсь, самым прямым образом, мисс Баллирано. Видите ли, год обучения в Бирмингемском университете стоит пятьдесят тысяч фунтов стерлингов. И, полагаю, в наше время семья, располагающая подобными средствами, а, равно, и возможностью оплатить все пять лет обучения, смело может требовать внесения своей фамилии в разряд Благородных, — Прайс смотрел на неё странно. То ли встревоженно, то ли... сочувственно? Возможно, последнее было оправдано, поскольку Агнесса после его слов побледнела смертельно.
 
Пятьдесят тысяч фунтов. 
Пятьдесят. 
Тысяч. 
— Вам плохо, мисс? Мисс? — она почувствовала, как чужие руки обхватили её за плечи и слегка потрясли. 
Впрочем, сейчас совершенно любое потрясение было совершенно мизерным и ничтожным, в сравнении с тем, что испытала она, когда осознала, что... шансов нет. Возможности вырваться из нищеты — нет. И детей вытащить она тоже не сможет.
— О, Силы, за что мне это... — ворчливо проговорил Прайс, тряхнув её сильнее. — Вы намерены падать в обморок?
— Извините, нет. Конечно, нет, мистер Прайс, — абсолютно ровным и спокойным тоном проговорила Агнесса, деликатно, но решительно отстраняя его руки. — Мне жаль, если вам так показалось.
Ни одно внутреннее крушение не должно отражаться вовне, это девушка усвоила ещё в раннем возрасте. Потому, дичайшим усилием воли, заставила себя улыбнуться.
— Боюсь, возникло некоторое... недоразумение, — спокойно проговорила она. — Господин Уилфред уверял меня, что хватит и тридцати фунтов — стоимость билета на поезд, чтобы добраться до Бирмингема, и что оттуда я всяко не уйду не обученной. Возможно, он тоже не знал...
Прайс сжал губы в тонкую линию, становясь очень суровым, а затем с шумом вздохнул.
— Ладно, я не любитель давать пустые надежды и обещания... но, клянусь, если бы я брал учеников, не сомневайтесь, что вас бы я выбрал в первую очередь. Но не ближайшие двадцать лет, нет-нет, — пробормотал он, глядя куда-то вдаль, а затем, моргнув, вновь посмотрел на Агнессу. — Вы, всё же, попытайте счастья в Бирмингеме. Есть призрачный шанс, что ваш ИКМР действительно сослужит добрую службу, и вас примут. Но я бы на вашем месте не обольщался.
Агнесса нахмурилась, опустив голову и пристально изучая собственные ногти, срезанные под самый корень, чтоб грязь не набивалась.
— А как же... пятьдесят тысяч? — не сумев сдержать угрюмости, поинтересовалась она.
— Всё ещё стали бы неплохим подспорьем, — усмехнулся Прайс. — И всё же... я знал лично нескольких выпускников, что пришли поступать без гроша. Если заглянете в справочник по истории и разыщете биографию Альфреда Блэка, то местом обучения будет значиться именно этот славный университет. А родился он в семье фермера.
Девушка незаметно прикусила нижнюю губу изнутри, чтобы не застонать — от смеси обиды и надежды.
— Значит, всё-таки можно?
— Да. Грубо говоря — один шанс на десять тысяч у вас есть. В принципе, куда лучше когда вероятность один к миллиону... — мужчина вздохнул, поправляя лямку вещмешка на плече. Руки его были пусты — куда и когда делась книга Агнесса не успела заметить.
— Один к миллиону? Вы что, это же в сто раз меньше! — воскликнула она.
— Да, но, как говорят, один шанс на миллион выпадает примерно каждые десять попыток, — ухмылка Прайса стала куда более заметной и явной. — Попробуйте, мисс Баллирано.
— Спасибо, мистер Прайс! Непременно! — девушка вновь улыбалась легко и привычно, кивнув ему в ответ.
— А, да, чуть не забыл, — порывшись во внутреннем кармане куртки, он достал потёртый бумажник, и вытащил оттуда пятифунтовую купюру. — За труды.
Агнесса нахмурилась, даже спрятав руки за спину.
— Мы договаривались на один!
Прайс насмешливо приподнял бровь.
— Кажется, я недооценил ваш уникальный дар. К тому же, я вас расстроил. Будем считать это компенсацией за огорчение. Тем более, как мы выяснили, деньги вам не помешают. Кто знает, может в один день именно четырёх фунтов вам будет не хватать для чего-то очень важного, м?
— Мы оба знаем, что это так не работает, — всё ещё хмурясь, проворчала Агнесса.