В поисках заклятия

— Он был племянником опорочившего себя бывшего Великого магистра нашего ордена, — объявил наконец Бриан де Фалэз. Голос его был ровным, лишенным всяких эмоций. Он даже не поинтересовался тем, что французский тамплиер делал в Девоне.
— Мы опечалены известием о том, что он умер насильственной смертью. Однако такова участь многих тамплиеров, ибо мы солдаты Христовы, — спокойным, взвешенным тоном заметил Роланд де Вер.
По-видимому, чувствуя, что ему тоже необходимо что-то сказать, Годфри Капра, слегка скривив губы, добавил:
— Хотя он уже не был более тамплиером — он нарушил свой святой обет.
Его товарищи злобно взглянули на него, словно предупреждая Годфри быть осторожнее. Это не укрылось от де Вулфа.
— Значит, вы знали о том, что он здесь? — уточнил он.
— Мы слышали о том, что он в Англии, — уклончиво ответил де Вер.
Вновь повисло молчание, но, похоже, чувствуя, что отсутствие любопытства подозрительно само по себе, де Фалэз и Капра, почти перебивая друг друга, принялись задавать вопросы:
— Как он погиб? — Как это случилось, коронер?
Что-то подсказывало де Вулфу, что он имеет дело с недюжинными людьми, и посему следует на всякий случай постараться опустить подробности и оставить что-нибудь про запас.
— Он попал в засаду во время прогулки по лесу. Должно быть, его убийцы знали, где он остановился, и проследили за ним.
Опять воцарилась неловкая тишина, и Роланд де Вер заерзал на своей скамье.
— Мы не можем делать вид, что это известие нас опечалило, де Вулф. Он уже не был одним из нас, а его семья запятнала имя нашего ордена.
— Должно быть, это у них в крови, раз такими оказались и дядя, и племянник, — прорычал Бриан де Фалэз, не в силах сдержать свой злобный нрав.
Все трое уставились на де Вулфа с откровенным вызовом.
— Я коронер, назначенный самим королем, и хотя я провел дознание сегодня утром, это ни в коей мере не означает, что дело уже закрыто. Я обязан письменно фиксировать все проводимые мною действия и передать их результаты королевским судьям, когда те приедут в Эксетер. И по этому делу расследование далеко не завершено.
Роланд де Вер пожал плечами.
— Желаем вам удачи, коронер. Нам до этого нет никакого дела.
Та надменность, с которой тамплиер открестился от происшедшего, возмутила де Вулфа.
— Он был тамплиером, или, по крайней мере, бывшим тамплиером. Вы — старшие члены этого ордена, оказавшиеся в этом графстве как раз перед тем, как де Ридфора подло убили. Я думаю, что мое желание задать вам несколько вопросов вполне оправдано. Их стоит задать хотя бы для того, чтобы исключить возможные версии.
Де Вер, раскрасневшись от охватившей его ярости, вскочил на ноги.
— Никаких вопросов вы нам задавать не станете, коронер! По крайней мере, ответов на них вы от нас не получите. Наше присутствие в Девоне — это не ваше дело. Мы стоим выше закона. Вы достаточно хорошо знаете наш орден, чтобы понимать: Святой отец в Риме даровал нам неприкосновенность пред властью всех королей и князей Христианского мира, большинство из которых у нас в долгу, как в отношении денег, так и военной поддержки.
Де Вулф в душе хоть и кипел от злости, но не мог не признать, что тамплиеры действительно обладали теми правами, о которых упомянул де Вер. Даже возлюбленный монарх Джона, Ричард, был верным союзником тамплиеров, и не желал слышать о них ни одного дурного слова.
— Разумеется, господа, вы не откажетесь оказать помощь в поимке злодея, который умертвил того, кто, хотя бы в прошлом, достойно проявил себя в рядах вашего ордена, — уже более мирным тоном сказал коронер. — Я знаю де Ридфора еще по Палестине, и мне известно, что он долгое время провел в крестовом походе, показав себя храбрым воином.
Красный от злости Бриан де Фалэз грохнул тяжелым кулаком о скамью.
— И я, и де Вер, так же, как и вы, дрались в Святой Земле. И, тем не менее, после этого мы оставались крепки в нашей вере, возможно, потому, что в наших жилах не течет проклятая кровь де Ридфоров!
Джон не дрогнул перед натиском разъяренной троицы.
 
— Я служитель закона в этом графстве, и мне необходимо разобраться с убийством человека. Я должен задать вам вопрос: почему вы прибыли в Эксетер? И где вы находились два дня назад? Я знаю, что вас не было в этом жилище. — Он ожидал, что в ответ посыплются оскорбления, однако вместо этого услышал лишь молчание. Тамплиеры выжидающе смотрели на своего предводителя, де Вера.
Когда худой, почти изможденный рыцарь Христа заговорил, голос его был холоден и спокоен.
— Мы не снизойдем до того, чтобы отвечать на ваши оскорбительные вопросы, коронер. У вас нет полномочий на то, чтобы спрашивать нас о том, что мы делаем. Вы даже не имеете права спрашивать, какова цель нашего пребывания здесь. Я знаю, что стоящий выше вас представитель закона, шериф Ричард, гораздо больше уважает рыцарей Храма, и мы пожалуемся ему на ваше поведение, чтобы он запретил вам донимать нас и в будущем вашими расспросами.
Нахохлившись, как огромный черный ворон, де Вулф угрожающе ткнул пальцем в сторону рыцарей.
— Шериф никак не может стоять выше меня по должности. Он не имеет полномочий управлять ходом проводимых мною расследований. Я подчиняюсь лишь одному королю!
Де Вер с безразличным видом отмахнулся от его слов.
— Мне нет до этого никакого дела. Если вам так хочется, я пожалуюсь на вас королю, когда мы вернемся во Францию. — Его голос стал жестче, превратившись в свистящий шепот. — Но вы, вне сомнения, согласитесь, что власть папы значительно выше полномочий любого мелкого чиновника, такого, как вы. А теперь убирайтесь, сэр коронер, и больше нас не беспокойте. Вы даже не представляете, насколько опасны те вопросы, в которые вы пытаетесь сунуть свой нос.
Де Вулф, вне себя от нанесенного ему оскорбления, не смог удержаться от последнего словесного выпада, который он нанес, уже направляясь к двери:
— Возможно, один из этих великих вопросов имеет отношение к «страшной тайне», о которой мне говорил де Ридфор.
Рыцари мгновенно вскочили с мест, а забияка де Фалэз даже захлопал ладонью по поясу, тщетно пытаясь нащупать рукоятку меча, оставленного им в своей келье.
— Что вам об этом известно? Что вам рассказал де Ридфор? — отрывисто выкрикнул де Вер.
Коронер шагнул за порог, в тусклый свет серого дня.
— Как и вы, господа, я не отвечаю на вопросы. Я служитель закона, и лишь задаю их.
— Поберегись, Джон де Вулф, — предупредил Годфри Капра. — Ты лишь мелкий, ничтожный чиновник в забытой Богом части отдаленного острова. Однако длинная рука Рима способна достать куда угодно и раздавить тебя как червяка.
Де Вулф пропустил эту угрозу мимо ушей и напоследок сказал лишь следующее:
— Если в вас есть хоть какое-нибудь уважение к смерти, то знайте, что похороны де Ридфора состоятся завтра утром на соборной земле. — Несмотря на душившее его негодование, коронер произнес это с каменным выражением лица. Откланявшись, он направился к воротам аббатства к ожидавшему его Гвину.