А.К. Удар, направленный на себя (СИ)
— Так пока мы ходили… Кто-то…
— Да, и он его видел. Но теперь он нам этого не скажет.
— Почему ты не помешала, раз знала всë?
— Не каждое течение можно остановить.
Вернувшись домой и забросив грязные вещи, Ада присела на мягкий ковер у дивана и задумалась
— Марта вышла замуж за психически больного человека, у которого был неродной сын, хотя, мне кажется, что сама Марта об этом не знала. Дождалась пока мальчишка вырастет и дала ему погибнуть… Наследство? Дом маленький, местечко забытое. Ревность? Муж любил еë, душевно больные видят больше, чем говорят. Если только, она не была в бегах… "Всë будет ровно так, как сказала твоя мама", но Марта не была его матерью, хотя сам Гейл об этом, вероятно, не знал. Или знал? Узнал, что женщина в бегах пришла в дом и заняла пространство. Гейлу было 15… В комнате нет книг с рассказами, старых игрушек, нет даже этих странных плакатов, которыми молодежь завешивают комнаты…
— Адалинда!
— Гейл была как я. Умный, может где-то расчетливый, слегка не в себе.
— Ему было не так уж и много лет. Серьезно?
Вопросительно посмотрев на Софи, Ада запрокинула голову на диван.
— Мне было 11, когда я разъяснила папиному сотруднику его права.
— Точно. Так значит подросток шантажировал приемную мать, и та громко отомстила…
В дверь позвонили. На пороге лежал конверт, на котором был адрес девушки, а рядом "Т."
— Что там?
— "Горе от ума."
Через пару часов по новостям объявили о заложниках в городской школе, Эмер вбежал в квартиру и сделал погромче. Сигнал стал пропадать, а звук искажаться.
— "У тебя 20 часов на то, чтобы узнать, куда пропал владелец машины."
— Машины?!
Протяжный вздох Эмера перебил волнение:
— Мы нашли брошенную машину, сиденье в крови, владелец исчез. А его сын в панике бегает по моему участку и грозится въехать на этой тачке в мой кабинет.
Глава 9
— А он довольно прозаичен, не находишь?
— Если бы я хотела сыграть в искусство я бы отправилась в театр. Спасибо, что забрал, кстати. Ребята, кажется слегка устали.
Адалинда, склонила голову, сидя в машине, у открытого окна и задумалась.
— Ты заболеешь.
— Моросящий дождь освежает мысли. Когда твоя жена вернётся?
— Рита пока поживет у матери какое-то время, не хочу, чтобы она была в городе, пока такое твориться.
Участок был переполнен криками и воплями. Те, кто пытался успокоить паренька давно устали предпринимать какие-либо действия и просто старались заглушить всех остальных. Его нельзя было арестовывать. Эмер Кейн дал прямой приказ дождаться его в участке, но он никак не думал, что всё дойдет до абсурда.
— Какого?! Эй, Сэм, живо в мой кабинет!
— Вы найдете отца, иначе я
— Иначе я засажу тебя поглубже за узкую решеточку до тех пор, пока не пойму, что делать с тобой дальше.
— Ваша сестра, шеф…
— С прискорбием сообщаю, да, моя сестра. Адалинда.
— Я готова слушать.
Адалинда плюхнулась на неудобный стул, сняв шарф и внимательно посмотрела на молодого мужчину. Коричневые ботинки, убитые в хлам, джинсы новые, но совсем не ухоженные. На куртке следы от потушенных сигарет и ужасный запах от всей одежды и тела.
— Мой отец. Он… Уехал вчера вечером, но домой не вернулся. Мама ему звонила, а я нашел по GPS через часы…
— Часы были в машине, Сэм.
— А его нет!
— Ты куришь? — Ада, подошла к пареньку и закинула капюшон от его куртки на голову.
— Что, нет, и что вы делаете? — пробурчал Сэм, скидывая капюшон так, словно на его голове сидела дюжина жучков.
— Ты весь пропах прогорклым дымом. Твой отец состоятельный человек, он не мог позволить сыну новые ботинки?
— Я купил их недавно.
— Мы оба знаем, что это не так.
Адалинда вышла их участка, не став слушать дальнейший лепет сына пропавшего бизнесмена.
Слушать людей, что спешат по своим делам, расталкивая окружающих, — ей также совсем не хотелось. Адалинда вернулась в старенькое кафе, но не выдержав то ли своих собственных эмоций, то ли натиска человека, решившего преподать ей урок — заблудилась в толпе, что скопилась у барной стойки.
— Хватит!
Шум прекратился. Ада поняла, что взоры направлены на неё. Сложив руки в карманы, она задрала нос и гордо вышла. Идти по улице в лёгкий холод и моросящий дождь оказалось приятнее, чем сидеть в участке брата и разбираться с тем, по какой причине послушный сын миллионера выглядел как обшарпанные стены в нищем дворике.
Софи и Хенри в это самое время обсуждали как им быть дальше. С одной стороны — многолетняя дружба, безудержный смех от нахлынувших воспоминаний и моменты… Много совместных моментов. С другой же — неприкрытое чувство лёгкости и покоя, будоражащие прикосновения и яркие блики в глазах.
— Думаешь это хорошая идея? — Софи медленно переводила взгляд от одного окна машины к другому.
Печка стала топить сильнее и окна запотели из-за разницы с температурой на улице. Машина стояла под открытым небом в нескольких километрах от города. Шум, стучащих по крыше капель отзывался в ушах как звонкое эхо.
— Сойтись?
Хенри заметно помрачнел, он знал, что одно неловкое движение, фраза или прикосновение может тут же нарушить спокойствие его подруги и заставить её навсегда забыть об этом разговоре.
— Адалинда говорит
— Не нужно, Соф. Просто скажи мне, что ты сама думаешь.
Отпив глоток кофе из стаканчика в её руках, девушка нашла в себе силы принять поток горячего воздуха.
— Я бы не хотела потерять столь долгую дружбу. Не хотела бы обидеть все наши воспоминания. Но мне спокойнее, когда я не считаю тебя другом, правда пока не уверена, что это значит.
— Это само должно случится, верно?
— Я думаю, будет лучше, если мы просто поплывём по течению.
Когда Кейн возвращалась в свою квартиру — было уже совсем поздно. Темные тучи ночного неба обволакивали город и заставляли вглядываться в лунный свет. Холод, окутавший улицы, словно повторял движения людей, идя вслед за их упрямыми шагами. За поворотом, вдоль аллеи у дома Адалинды, стоял мотоцикл, вероятно недавно, покрывшийся ржавчиной. Парень, стоявший рядом, о чём-то громко разговаривал по телефону и стучал подошвой по асфальту.
— Не буду я делать как она хочет! У нее маразм! Пусть просто успокоится и сидит ждет пока папочка вернётся!
На другой стороне линии, видимо такой же, грубый голос, совсем не был с ним согласен.
— Сэм. Давно вы стоите здесь?
— Мисс Кейн. — голос слегка утих, на губах промелькнула наигранная улыбка.
— Вы приехали затем, чтобы…
— Я здесь за ответами. Вы же, говорят, хороший специалист.
— Расследования, — это дело брата, не мое.
Адалинда уже хотела уходить, как вдруг Сэм достал какую-то бумажку из своего кармана и передал ей.
— «Семьи рушатся от непонимания, а твоя жизнь от знаний.» Что это?
— Это было в моем почтовом ящике, там было сказано, что я должен Вам это передать. Найдите папу, я правда не знаю, что произошло, но хочу выяснить.
— Почему ты не тянешь на сына миллионера?
— Он никогда ко мне не относился с особой заботой в плане баловства и покупки брендовых вещей. Я всего стараюсь добиться сам. Курю на нервной почве, обещал ему бросить.
Молодой человек перекинул ногу через мотоцикл и завёл двигатель.
— Шлем.
— Если судьба разбиться, — я разобьюсь.
Оставшееся время, до прихода полуночи, Ада сидела на скамье у входа в дом. И вдруг поняла, что, если отец хочет воспитать сына мужчиной — он мог воссоздать ситуацию, где у него не останется выбора. Что если это просто мошеннический трюк? А кровь на сиденье? Нет. Здесь что-то не так. Может быть, сын узнал, что его обманом хотят вовлечь в длительную историю? Тогда он бы не приходил ко мне, его слова были ясными, на лице ни доли сомнений. Отец хотел проучить свою семью, но ошибся в том, кому доверял. Враги? Любовница? Еще дети?