Зверь 3 (СИ)
Да, такой вот расклад.
И не надо на меня так смотреть. Если вы считаете это подлостью и низостью, то вспомните — что стоит на кону! Если у этих богов не будет военачальника, то сорвется Рагнарёк! А сорвется это крышесносное мероприятие — не умрут миллионы людей и не перекинется в реальный мир, где останутся в целости и сохранности миллиарды.
А у меня появится Елена Прекрасная… И неплохая награда в придачу…
Так что никакой низости — сплошная выгода для народа и людей. А боги… Они поссорятся и помирятся. Всё вернется на круги своя, когда я вернусь в реальный мир.
Я сидел за обеденным столом, мрачно жевал жареную говядину и размышлял — как бы успокоить игривого Тора до отправки к Хёду? Рядом плюхнулся Локи. Он-то как раз был весел и на явном подъеме.
— Чего такая рожа кислая? Говядина не по вкусу? Или соус не хорош?
— Ага, ты спроси ещё: «Ты чего, мил друг, не весел? Что головушку повесил? Не утайся предо мною! Всё скажи, что за душою!» — ухмыльнулся я, вспомнив стишок из большой поэмы-сказки моего мира.
— Спросил бы, но рифмовать лень. Чего ты сидишь, как сыч? Или за свою служанку переживаешь? — Локи склонил голову на плечо.
— За Чоплю? Да что за неё переживать-то? Она сама за себя постоять сможет, — пожал я плечами.
— Да нет, вон за ту, — Локи показал пальцем на Марину, которая как раз внесла на подносе жареную индейку.
Индейка бесстыже раскинула в стороны поджаренные ноги и явно намекала на что-то непотребное. Марина не намекала ни на что подобное, но маслянисто сверкнувшие глаза Тора ни секунды не спускались с её грудей.
Впрочем, что это я говорю? Марина одним своим существованием намекает на непотребство. У меня при взгляде на неё и достаточно откровенный костюм тоже кровь начинала играть. Что говорить про Тора?
— За эту я опасаюсь, — признался я честно. — Всё-таки её отцу дал обещание, что с ней ничего не случится. А если Тор вдруг не удержится и начнет распускать руки, то девчонка может ему ещё пару раз по хареографии заехать. И на этот раз он вряд ли будет таким уж добрым… Надо бы как-нибудь его отвлечь…
— А как? Играть с ним в спортивные игры бесполезно — он слишком силен для всех нас. Играть в карты со мной он не станет — знает, что все карты крапленые, — развел руками Локи.
— Силен, говоришь? — задумчиво спросил я. — А если… Слушай, как раз на силе мы его и поймаем. У тебя есть какой-нибудь молоток или кувалда?
— Гантеля есть литая. Сигюн занимается иногда пилатесом, вот у неё как раз такая и найдется.
— Богиня? Пилатесом? Откуда вообще слово-то такое знаешь?
— Ну, попался к нам один эльф из реального мира. Вот он и научил всякому-разному. Если бы не был таким жеманным и чересчур слащавым, то мог бы даже и познакомиться с тобой.
— А что с ним?
— Был жеманным и чересчур слащавым, — пожал плечами Локи и не стал уточнять ничего больше.
Он щелкнул пальцами и к нему подскочил незаметный дверг. Я давно этого гнома заприметил — он тоже подавал на стол, но, как и положено хорошему слуге, старался не отсвечивать лишний раз.
— Быстро принеси гантель из комнаты госпожи Сигюн, — проговорил Локи.
— Будет исполнено, — прошелестел дверг, а после испарился.
Вернее, исчез так быстро, как будто воспользовался живицей. Но магии не было, просто он так быстро двигался. Меньше, чем через минуту, дверг вновь очутился перед нами. В руках была атласная подушечка, на которой горделиво возлежала блестящая гантель на десять кило. Солидная такая гантель, с крупными набалдашниками на концах. Я взвесил — ну да, пилатес тут действительно на уровне!
— А теперь просто подыграй мне, — хмыкнул я и поднялся во весь рост, спрятав предмет унижения невыносимого бога за спину. — Доблестный Тор! Эй, могучий Тор! Да отпусти ты Маринку, чего вцепился, как мондавошка в лобок?
— Чего тебе? — неохотно оторвался от девушки возбужденный бог.
— Да вот хотел тебе небольшую молодецкую потеху предложить, чтобы силу показать и размяться перед возможным боем…
— Это я с радостью! Что делать нужно? Как силу показывать?
— А это просто! Вы с Локи возьмете черенки ложки в зубы и начнете по очереди бить друг друга ложкой по макушке. Руками пользоваться нельзя, ногами тоже. Только удар ложкой при помощи шеи и головы! Марина положит ладонь на шею Локи, чтобы тот не отшатнулся, а я также сделаю тебе. Всё честно и без обмана. Так как? Готов рискнуть выйти против Локи? — и тут я добавил козырь. — Не побоишься?
— Что? Меня заподозрили в страхе?!! — взревел Тор и вскочил с места. — Да как ты вообще посмел такое говорить в отношении бога грома и молнии? Я никого не боюсь! Я готов сразиться с каждым и в любую секунду! Для меня нет преград и нет препятствий! Увидел цель — иду напролом! Увидел бабу — взял бабу! Поняла намёк, красотка?
Последняя фраза была адресована не мне. Марина только фыркнула в ответ и пошла к Локи. Тор схватил громоздкий стул и с грохотом поставил его перед богом огня:
— Ну что, готов сразиться, слабак?
— Вообще-то я предпочитаю сражаться интеллектуально, но если другого выхода нет, то да, — пожал плечами Локи. — Я готов позабавиться.
— Тогда готовься к сотрясению мозга! — рыкнул Тор и, схватив ложку со стола, зажал черенок в крепких зубах.
— А вот тебе и готовиться не нужно, — буркнул Локи.
— Пошему это? — из-за ложки у Тора не получилось произнести внятно.
— Потому что нечему сотрясаться, — хмыкнул Локи в ответ.
— Это да! У меня тут шплошная кошть! — ударил Тор себя по голове.
Локи взглянул на меня с тем самым видом, с каким смотрят собаки, когда хозяин вытаскивает из миски недоеденную кость. То есть с глубокой скорбью и печалью, мол, мир так жесток и несовершенен…
А что я? Только посочувствовал взглядом и кивнул в ответ. Большего я ничего не мог для него сделать.
Локи взял в зубы ложку и кивнул Тору, тот кивнул в ответ. Марина встала позади Локи, положила ладонь на шею богу огня, устремила взгляд на Тора и… Я готов поклясться последними трусами, что она ему подмигнула!
Да-да-да! Вот прямо так взяла и подмигнула, как будто соблазняя его!
Вот жеж… Похоже, что тут велась игра как раз на соблазнение бога грома и молнии, а я за неё волнуюсь… Глядя на меня, Локи улыбнулся.
Да, непросто улыбаться с ложкой в зубах, но у него это получилось. Он увидел, что я понял его замысел.
Всё-таки нужно слегка отдохнуть. Как же не увидел такую простую замуту? Как же я сразу не разобрал замысел бога огня? Локи на самом деле с помощью Марины хотел разогреть кровь Тора, чтобы тот возбудился настолько, что увидев свою жену, если не набросился на неё, то всколыхнул бы в груди старые чувства.
Всё-таки секс правит миром…
— Ну, раз вы готовы, то пусть Локи ударит первым? — предложил я.
— Угу, — буркнул Тор. — Шлабакам первый шанш…
После этого он наклонил голову, подставляя макушку для удара Локи. Тот задрал голову вверх, а я легонько тюкнул спрятанной до этого момента гантелей.
Шмяк!
Удар получился не сказать, что сильный, но я только примерялся!
— Ого, неплохо бьешь, братеш! — прорычал Тор, поднимая голову и почесывая ударенное место.
— То ли ещё будет! — прошипел Локи в ответ.
На этот раз бил Тор. Он резко опустил голову, ложка ударила по макушке Локи, но… Удар получился так себе. Локи даже не почесался.
— Моя ошередь! — проговорил Локи.
— Ага, давай!
На этот раз я ударил сильнее!
Дыц!
Тор чуть вздрогнул, я почувствовал это ладонью, но сдержался. Только снова почесал ударенное место. Он не видел, как я замахиваюсь гантелью, не чувствовал моего движения. Только ощущал, как его «бьет» слабый Локи. И это, надо сказать, ещё сильнее било по самолюбию мощного бога. Чтобы какой-то слабак так бил, а у него ничего не получалось?
Локи сделал безмятежное лицо. Такое лицо бывает у человека, который ежедневно буцкает братьев по макушке ложкой.
На губах Марины играла плохо сдерживаемая улыбка. Она смотрела на Тора, и эта улыбка побудила того рыкнуть: