Главное – любить (СИ)

Сёмина светилась от счастья и не сводила глаз со своего ненаглядного Дмитрия, и даже не сразу заметила нас с Корсаковым. Последовали приветствия, рукопожатия. Вскоре к нам присоединились Валька и Гоша с Батоном на руках. Про злосчастную колбасу все слава богу забыли. Да на столе и без неё было полно еды и закусок.
— Хорош, — шепнула мне Сёмина, хитро подмигивая. Комплимент явно предназначался в адрес Корсакова. — Даже нос не задирает, нормально общается.
Саша и правда непринужденно переговаривался с мужской частью компании. Точнее с братьями, Аринкин хахаль что-то сосредоточенно написывал в телефоне, сидя в углу. Почему-то мне показалось, что он единственный, кто чувствовал себя здесь ни в своей тарелке.
Если честно, я и не думала, что Александр третий будет задирать нос. За всё время нашего общения он ни разу не проявлял снобизм и высокомерие, несмотря на свой статус и финансовое положение.
— О чём секретничаете? — к нам на диван подсаживается Валька.
— Аринка дала краткую характеристику Корсакову.
— Ага, десять из десяти, — смеётся Сёмина, — Хватай и беги, пока не умыкнули из-под носа!
— Куда беги?
— В ЗАГС!
Я поперхнулась мартини, которое только что щедро отхлебнула из бокала. Вот ничему меня жизнь не учит! Рядом с таким оратором, как Сёмина, лучше ничего пить.
— Сёмина, давай заканчивай уже, — я нервно одернула подол своего светло-голубого платья с одним открытым плечом. Благо погода радовала майским теплом и располагала к небольшому оголению. А ещё как оказалось, Корсакову не только мои ноги очень нравятся, но и ключицы… Небольшое открытие после Москвы.
Только знала бы Аринка про этот чёртов спор, по-другому бы запела, я уверена.
— Что Сёмина? Сёмина между прочим дело говорит! — не унималась Аринка, при этом стреляя глазками в сторону Димы. Правда тот по-прежнему продолжал что-то напряжённо писать в своём гаджете. — Хотя, наверное, сначала Валька выйдет. Считай, первый шаг вы с Гошаном уже сделали. Свой бизнес у него теперь есть. Значит, деньги скоро рекой польются, и можно будет уже и свадебку планировать, да?
— Арин, я не буду тебя посвящать в подробности бизнес-плана и какие кредиты были взяты для открытия этого Дизайн-бюро, — усмехается Валька, — Просто знай, что в этом плане пункта под названием «свадьба» не значится. Поэтому, выдыхай. Вон, можешь Лизку обрабатывать.
Нашу столь занимательную беседу прервал Вадик, брат Гоши, который решил достать фотик. По традиции, он у нас фотограф на всех совместных посиделках. Потому что, как оказалось, только у него для этого занятия руки растут из правильного места.
— Так, все встаём для группового фото!
— Ты ещё скажи: «встаём на фоне ковра!», — смеётся Поля, приобнимая его за плечи.
— А что хорошая идея, будет кадр в стиле ретро…
— Вадь, у нас нет ковра.
— У Сёминой есть, — вспоминаю я, что у Аринки действительно в квартире можно найти что угодно. — Можем к ней завалиться!
— А ну цыц! Все встаем к стене, там свет хороший, — командует Вадик, доставая из сумки штатив. Мы все покорно выстраиваемся у стены.
Ощущаю на своей талии знакомые горячие ладони. Кто бы мог подумать, что я уже успела соскучиться по его прикосновениям.
— Я соскучился, — будто читает мои мысли Саша и легонько целует в оголённое плечо. Но даже от такой невинной ласки меня бросает в жар.
— А по тебе и не скажешь. По-моему, вы с парнями отлично спелись.
— Толковые ребята. Я посмотрел их работы, мне понравилось.
И когда братья Мальцевы успели своё портфолио за стол притащить?
— Ещё скажи, что уже о сотрудничестве договорился.
— Очень даже может быть.
Краем глаза замечаю, что Аринкин ухажер стремительными шагами выходит из комнаты и расстроенную мордашку подруги, которая молча наблюдает за этим безобразием, слегка закусив губу.
— Срочный звонок по работе, — вздыхает Сёмина. Но по глазам вижу — она уже изрядно раздражена от нелюдимости своего Дмитрия, но держится из последних сил. Зная Сёмину, от великого скандала блондинчика отделяет всего лишь один промах.
 
— Иди сюда, — обнимаю её я одной рукой, чтобы хоть как-то поддержать и сгладить отсутствие этого блондинистого отщепенца. Второй рукой приобнимаю Сашу. Корсаков понимающе улыбается в ответ. Склоняю голову к его плечу и смешно утыкаюсь носом в шею, наслаждаясь ароматом.
— Насчёт три все дружно орём: с-ы-ы-ы-р! — говорит Вадик, выставляя последние настройки на фотоаппарате.
— А почему сразу «с-ы-ы-ы-р»? Ты обидишь Батона! — не соглашается Гоша. Собакен, удобно устроившись на руках Вальки, в подтверждение этих слов громко гавкнул.
— Ты хоть понимаешь какое положение примет твой рот, если ты скажешь «Бат-о-о-о-н»?
— Кто вообще придумал назвать собаку Батон? — спрашивает Полина.
— Гоша!
— Не верю. Гоша назвал бы его Колбасой!
Мы начинаем все дружно смеяться в голос, прекрасно обходясь и без коронной фразы про сыр. Оборачиваюсь к Корсакову и понимаю, что он один из тех, кто сейчас громче всех смеётся, чуть отклонив голову назад. И даже что-то шутит в ответ.
Вписался. Да, он определённо вписался в наш небольшой, но дружный коллектив. Знать бы только надолго ли…
  
Глава 45
 
Первый рабочий день после праздников с самого утра подхватил меня в водоворот встреч, не оставляя времени на раскачку. Вторник обещал быть не менее продуктивным. Но уйти с головой в работу мне не дал Корсаков, который решил забрать меня с очередной встречи в старом городе, чтобы немного прогуляться по набережной.
Видите ли, он соскучился! А всему виной была уже вторая ночь после Москвы, которую мы провели порознь. Хотелось бы верить, что Саша действительно скучал. Потому что я по нему — безумно. К счастью, его майка, на которой ещё хранила аромат парфюма, отлично помогала мне уснуть. Всё-таки отличная была идея «одолжить» её у товарища Корсакова.
Время обеда давно уже миновало, но лишние полчасика перед возвращением в офис я могла урвать. В работе продажником есть свои плюсы, и то, что не нужно было ежеминутно отчитываться о каждом своём шаге, было как раз одним из них.
Тепло стремительно набирало обороты, погода радовала, и было чертовски здорово просто вот так идти, есть мороженое и болтать на отвлечённые темы. Расслабиться, шутить, и отключить голову. Последнее мне было крайне нужно, потому что с возвращением в Самару меня всё больше и больше одолевали тяжёлые мысли.
Вчера вечером до меня несколько раз пытался дозвониться Гордеев. После третьей попытки и нескольких смс, мне пришлось внести его номер в чёрный список. Морально мне это далось нелегко. Всё-таки мы были не чужие друг другу люди. А когда ты так долго делишь вместе и радости, и горести, мечтаешь и строишь совместные планы — одним движением полностью убирать человека из своей жизни казалось каким-то неправильным, некрасивым поступком. Но я не знала, как ещё дать понять, что между нами больше ничего не может быть. Отболело, прошло, затёрлось в памяти.
Возможно, мне уже пора расчищать место для новых ран.
Глядя на Корсакова, с каждым днём в это верилось всё легче. Как бы я не хотела к нему привязываться, но он всё равно оставит значительный след в моей жизни. Такой недолгий, но очень яркий. А потом уйдёт. Иначе просто и не может быть. Ведь я всего лишь проходной вариант, не стоит об этом забывать. Никогда. Но как же хочется забыть…
— Ты погрустнела, — от Александра третьего каким-то непостижимым образом невозможно было скрыть любое маломальское изменение в моём настроении. Я уже не первый раз замечала, что стоило мне отвлечься на какие-то свои посторонние и не самые радостные думы, как он тут же задавал ненужные вопросы. Но не признаваться же ему, что причина моей печали — вновь некстати нагрянувший в мою жизнь бывший? Из-за которого, между прочим, мы только недавно серьёзно ругались.
Помимо звонков Леши, ко мне вчера прилетел еще один привет из прошлого — Инга Шулькевич, моя университетская подруга очень хотела со мной серьёзно поговорить, когда будет проездом в Самаре. О чём именно, подруга молчала как партизан, что только подогревало моё любопытство, но в то же время вызывало лёгкую грусть — Инга, как никто другой была в курсе нашей истории любви с Гордеевым. Правда, когда я в последний раз видела Шулькевич, мы с Лёшей ещё состояли в рядах счастливых влюбленных парочек. Но про все это рассказывать Саше мне совершенно не хотелось. И про то, что я постоянно теперь думаю о нашем с ним неминуемом расставании. Сколько там осталось дней до конца тест-драйва? Даже вспоминать не хочется…