Титановая поступь десятиклассницы 2 (СИ)
— Да не вопрос! Твори и вытворяй!
Как же я мечтала когда-нибудь так сыграть. Правда одежда у меня сегодня была неподходящая. Ну и пофиг. Я не флексить пришла. Тут пати иного плана.
— О, силы тёмные! О, власть великая! О, воины славные! — я с выражением, едва сдерживая смех, артистично взмахнула руками вверх, — Я, ваша Богиня, Дарк Леди Яна единственная и неповторимая, призываю вас! — говорила чётко, громко, ясно, чтобы услышали и запомнили каждое моё слово, — Явитеся! В отаху обернитеся! — а сама зырк вокруг и про себя — «О, зрители просыпаются!», — Я проклинаю всех, кто смерть несёт на благодатные земли Отахарила, — зенки смельчаков сейчас походили на капельки воды упавшие на раскалённую сковороду. Они также катались у чудиков в пределах своих орбиток, —…и обрекаю их на вечные муки, боль, дрожь и страдания. Явитесь! Явитесь! — я коснулась пальчиками туесочка, — В танце кружитесь! — и мои отахи медленно поплыли в воздухе по назначению, каждый к своей жертве, из чудесной «берестяной» посудинки.
А-а-а-а! Какой шикардос!
— Кусайте, травите, хаос несите! — мне сейчас было пофиг, понимали «проснувшиеся хряки» мою пафосную речь или нет… отрывалась по-полной! Так было нужно.
Конечно же, я догадывалась, что в отряде Кемайна могли находиться воины, которым было насрать на пауков. Не боялись и шугаться бы не стали. Прибили бы или вышвырнули подальше. Но я была страшна импровизацией, и именно поэтому устроила весь этот спектакль, чтобы мэнам, независимо от их фобий, достался ядрёный укус от отах.
Ах, да — чтобы при этом ещё и ни один «диверсант» не пострадал.
— Чёрт, — я даже сама немного поморщилась, пропустив через себя состояние прокола кожи острыми клыками. Это мне сейчас было на всё пофиг… Но случись такое в реале и без «Разума», айка вышла бы зачётная! И валялась бы я потом в муках, дёргаясь от судорог.
Кому-то паучье «счастье» прилетело в щёку, кому-то в нос, кому-то в шею… В общем, мои пушистые красавцы умело наказали «святокруглых грешников». И как только восьмилапы завершили своё клыками-кусание и ядопускание, я вновь заголосила:
— О! Вернитесь, мои славные воины! Миссия ваша исполнена! Благодарю вас! Да окутает лагерь «святого круга» тьма-тьмущая, мгла беспросветная! Да поглотит она всяк неугодного Темному Повелителю, подобно чёрной дыре! — ох ты ж, блин, я разошлась… не думаю, что укушенным сейчас вообще было до моих речей. Они походу вообще не соображали, сон это или реальность… — Отныне и навсегда! «Дера отаха»! Ан-де-бе! — и мои «диверсанты» вновь плавно закружили в воздухе, перебирая мохнатыми лапками, и, будто воронкой увлекаемые в туесок, потянулись туда, один за другим.
На прощание, аккурат у входа в палатку, я закрепила ту самую шкурку отахи, которую нашёл староста Нелиасса и, пожелав обитателям — «счастливо» сгнить в муках и судорогах, немедленно испарилась!
Да, я знаю, я — добрая! Спасибо за молчаливый комплимент! — я хихикнула «Разуму».
Вернувшись в дом старосты и пометив крестиком туесок с откусавшимися на сегодня восьмилапами, я отставила их в сторону.
— Кто знает, как отахи будут вести себя в следующий раз? — вполне себе логично рассуждала, — Мне же нужно наверняка, чтобы цапнули и с ядом… Чтобы прям, ух! А у этих, повторно, может случиться «сухой укус», — я вспоминала теорию, прочтённую на форумах про наших Земных птицеедов.
— Твоя правда! — подтвердил «Разум», успев сосканировать состояние пауков.
Блин, — меня всё больше распирало любопытство —…что же там дальше-то?
— «Весело», Яна! «Весело»! — заинтриговал «ИИ», — Намного интересней, чем в твоём Нелиасском исследовательском «лазарете».
У, как меня это взбудоражило!
* * *Средневековье! Тухлое и упоротое средневековье, где всё, что не могла объяснить общая серая масса челяди и их андриндины, последние ловко и умело списывали на ярость духов, проклятия и неистовый гнев богов, заставляя тупорылое стадо искупать свои грехи жертвоприношениями, молитвами и прочей заморочистой хренью, вплоть до отрубания конечностей и вырывания языков. Как во всей этой набожной шизе выживали провидицы типа Эволы, я вообще не представляю.
Идиоты, одним словом, чем, я собственно-говоря и воспользовалась!
— Ауф! Я так и знала, что прокатит! — позабыв про сладкий сон, про еду и воду, возжелавшая зрелищ, раскачивая ножками в воздухе, я сидела на высоком дереве возле Кемайновского лагеря, и с наслаждением, теша своё ЧСВ, пялилась на «живое кино» под названием — «Тупой, ещё тупее» в инопланетной обработке.
Внизу, как мураши, в мыле, носились воины королевской гвардии Лонема. Дозорных нашпиговали по периметру… у-у-у-у… — как в Москве на девятое мая у Красной площади. Чихнуть некуда.
Благо, я на дереве была под стелсом, а то бы давно словила стрелу в свой адрес и не одну.
— Ужас какой! Их чё там, режут что-ли? — меня аж до мурашек пробирали истошные крики, доносящиеся из палатки, где я совсем недавно устроила «танец отах», — В доме старосты все пятеро цапанутых при отлове, просто стонали и троих потряхивало. Правда тот аллергичный был совсем плох… и ему не помогали даже иглоукалывания и обильное питьё.
На моё счастье, все пауки, которые кусали Нелиассцев, в отобранную мной десятку для «диверсии» не попали. У-ф-ф-ф!
— Нужно будет навести ревизию, напомни! — я дала установку «ИИ».
И снова моё девичье нежное сознание царапнули острыми коготками душераздирающие вопли проклятых.
— Что ты хочешь? Им укусы твоих пауков на живую раскалённым ножом выжигают.
— Жесть какая!
— А ты думала? В больничку играть будут? Подорожник приложат, водичкой напоят?
— Я не знаю… чем они тут лечат. Хотя… — я так ясно вспомнила кость в зубах Кнавта после огнестрела, — Если уж короля напоили спиртным и живьём ковыряли рану… То тут…
— Вот-вот! Очищение от проклятия, Яночка, оно такое! Выводят посеянную тобой дурь разными способами, как могут. И молитвами, и заговорами. Цапнули бы отахи руку, не удивлюсь, что её тут же бы и оттяпали. А тут морды. Сама смекай. Не отрубишь же… Так что не удивляйся, если к вечеру, прокажённых вместе с палаткой сожгут заживо… тут и не такое может быть.
— И это меня ещё считают жестокой? Блин! Да я сама душка. Не белая, но пушистая! Походу я их люто закошмарила…
— Не то слово! Довела храпунов до сумасшествия. Мало того, что их всех потряхивает от яда, мужики в бреду такую чушь несут…
— А их ещё и режут!
— И окуривают травами, и водичкой поливают, и кровопускание устраивают.
— Ох ты ж, божечки!
— Ты только прикинь… Все девять в голос твердят, что лично видели тебя… насылающую самые ужасные проклятия. Что к ним из призванной тобой «летающей коробочки», явились «воины в образе пауков» и по твоему приказу отравили их… и что это ждёт каждого, кто двинется на Отахарил… да и вообще никто отсюда живой не выйдет… А уж шкурка у выхода… Все теперь ходят оглядываются по сторонам, под ноги смотрят. Пауки им теперь мерещатся повсюду, даже с закрытыми глазами.
— «Весёлые» дни и бессонные ночи им обеспечены! Гы-гы!
— Ха-ха!
— Да! Зато сегодня им будет не до Нелиасса. А завтра по утру мы шоу повторим! Только в другой палатке… — меня пробрало на ржач, — Ха-ха ха-ха! Палате номер шесть! Да! Да! Да! — как же это было чертовски приятно, — Скорей бы дошло до всех их андриндинов и матарафов. Хочу лично видеть их фэйсы, когда полетит спам из лагеря.
— О-кей! Я тебе устрою!
— Правда, когда это будет? Тут может уже никого в живых не останется. Даже Кемайна.
— Оу! Поверь… эти упоротые пошлют на подмогу! А долетит быстро. Уже в пути! Они за честь «Святого круга» не будут жалеть никого из челяди, разбивающей в поклонах лбы. Разве что сами не попрут воевать.
— Сбегут… как крысы с тонущего корабля.
— Ага!
Ближе к обеду суета вокруг проклятого шатра только усилилась…
Мой скверный план по деморализации и деструкции вражеской армии был в действии! Но это было только начало! Цветочки, так сказать!