Вернувшийся. СИ

- Спасибо, не ожидал, что так быстро и много информации на него нароешь, - спустя некоторое время Герман благодарил Волкова по телефону.
- Да нема за шо! Ты чего хочешь с этим всё делать?
- Есть у меня один знакомый в Москве с большой должностью и связями. Хочу через него организовать проверку из Москвы с приездом людей из Генеральной прокуратуры и ФСБ России. Сам-то я никак, мои корочки у вас не «пляшут».
И это действительно было так. Либо надо было иметь возбужденное уголовное дело, либо попасть в совместную следственно-оперативную группу. А это большой геморрой и «засветка» для Германа, что ему было абсолютно не надо.
- Так может мне помочь с этим? – предложил Волков, но как-то не очень уверенно.
- Нет, спасибо за всё. Сами будет справляться, - Герман понимал Сергея, который явно не очень хотел лезть в подобные разборки, предложил из вежливости.
- Ну тогда успехов, с тебя бутылка, - хохотнул Волков и положил трубку.
Герман меланхолично, но очень быстро печатающий очередное постановление по одному из уголовных дел размышлял о дальнейших своих действиях.
Про знакомого в Москве он преувеличил. Не было у него пока таких знакомых. В прошлой жизни они у него появились только после его переезда в Москву. Но делать с этим Штемпом было что-то надо. И он сейчас продумывал, как ему решить этот вопрос. К концу дня у него сложился план, который он и намеревался реализовать в ближайшие выходные. Только для этого надо было кое-что сделать.
Хорошо, что мать Алекса обезопасили.
После её прилета в Пермь, сын отправил её на знаменитый курорт Усть-Качка на месяц, а она только рада осталась: и подлечится, и с сыном чаще виделась, а то последнее время он все реже бывал в своём родном городе…
 ********** 
 08:00.  Трасса Пермь  –  Екатеринбург 
Под колесами мощного мотоцикла шумел разбитый асфальт, он двигался с максимально возможной скоростью. И если бы не разбитая дорога, то Герман бы гораздо быстрее приехал в нужную точку. Сейчас он дико матерился, объезжая ямы и получая изредка удары в подвеску, когда не успевал объехать ямы. Одновременно получая увесистые удары от большой спортивной сумки, висевшей у него на спине.
В те времена дороги в России были действительно настоящей катастрофой. Это только к концу «десятых» более-менее стали строить нормальные дороги и приводить в порядок старые. Пока об этом стоило только мечтать.
Через пятнадцать минут он благополучно проскочил стационарный пост ДТП на въезде в Екатеринбург, рядом с которым стояла машина ГАИ, но никого из сотрудников не было видно.
- Спять, что ли? - констатировал Герман, готовый выжать ручку газа на руле, если бы его попытались остановить.
Удостоверение было всегда с ним, но показывать его он не хотел. Эта информация от сотрудников ГАИ может всплыть в любой момент.
 Город только начала просыпаться, по улицам двигались одинокие автомобили и грузовики. Рассвело, а он быстро перемещался в сторону необходимого ему района.
Вот он и здесь – район Орджоникидзевский. Фактически состоявший из гигантского завода им. Кирова, во время войны превратившийся в настоящего гиганта. Клепавший оружие для фронта.
Помимо самого завода к нему примыкали пару-тройку жилых кварталов, большей частью частного сектора из деревянных домов и бараков.
В расширении самого завода и строительстве бараков с частным сектором принимали участие пленные немцы, которых привезли после 1945. И немцы достаточно неплохо строили: построенные ими дома ценились жителями города по комфорту и качеству после сталинских. И в чём-то они были получше построенных потом «хрущёвок».
Ему повезло, навстречу попалась старушка, куда-то идущая по своим делам. Он остановился и оказалось, что она совсем не прочь сдать утреннему гостю жилье. Она оказалась владелицей большого деревянного дома с небольшим флигелем на участке и с деревянным же гаражом. Совсем за небольшие деньги для Германа, но неплохое подспорье для бабули.
Несмотря на совсем неновые постройки, здесь было много плюсов, а именно имелось центральное водоснабжение, и канализация, что абсолютно удовлетворяло Германа.
 
 Герман оплатил три дня аренды, завел мотоцикл в гараж, закрыл двери, а потом содрал с мотоцикла клеящуюся пленку красного и синего цветов: аляповато покрывающую мотоцикл. Показался черный матовый цвет металла и пластика.
Его еще устроило, что гараж так располагался на участке, кто его ворота были не видны из дома, что позволяло скрытно выехать и заехать в него, не привлекая внимания хозяйки. Правда она и так убежала, сказав, что появиться только вечером.
Он переоделся во флигеле, вернулся в гараж, открыл привезённую сумку. Вытащил оттуда необходимые ему вещи, потом присмотрелся к гаражу, увидел, что под самым потолком какая-то ниша.
- Вот и отлично, - он, закинув сумку в нишу, которая идеально подошла сумке, откинул сиденье мотоцикла, где была ниша, откуда достал свой черный шлем.
 ГЛАВА 12 
 Изначально Герман еще в Перми решал, как ему отреагировать на нападение на Алекса: устроить бойню или выступить в качестве защитника - решалы, который выйдет на «терки» со Штэмпом.
 Были проработаны многие варианты - принято решение, что выступать в качестве защитника именно от Алекса не совсем правильно. Рано или поздно к Алексу придут и спросят, кто выступал в качестве его «крыши», а это «ниточка», которая рано или поздно приведёт к нему. А это не есть гут, если очень хорошо подумать.
Поэтому Герман принял решение действовать жестко, но без большого количества трупов и крови. Если есть возможность выполнить какую-то работу чужими руками, то так и надо поступить.
В 90-х годах Екатеринбург был одним из самых криминальных городов в России. Что уж говорить, если он стал одним из первых российских городов, открывших счёт заказными убийствам.
В городе образовались три группировки: «Синие» - уголовные авторитеты, которые после отсидки в многочисленных зонах севера Свердловской области, оседали в Екатеринбурге.; «Уралмаш» и « Центр
овые». Отдельно от всех были так называемые «афганцы» - прошедшие Афганистан люди. Большей частью они варились в собственном соку, но другие банды к ним лезть опасались, из-за некоторой отмороженности афганцев. Прошедшие войну, побывавшие под пулями и умеющие убивать – были слишком сильными противниками для всё-таки гражданских лиц.
Банда «Уралмаш» фактически была создана и управлялся двумя братьями Цыгановыми - Константином и Григорием из бывших спортсменов, выходцев из многочисленных спортивных секций в районе Екатеринбурга с таким же названием.
«Центровые» большей частью были из таких же спортсменов, но из центральных районов города Екатеринбурга.
 В 1991 году «уралмашевцы» сцепились с «центровыми». И Григорий Цыганов был убит по заказу Олега Вагина, лидера «центровых». В 1994 Константина Цыганова задерживают и закрывают в СИЗО, но уже через месяц его отпускают под залог, и он бежит за границу. После это руководство переходит к Александру Хабарову. Это «крендель» быстро понял, что криминал - это одно, а вот вхождение во власть – другое. Он помог переизбраться губернатору области Эдуарду Росселю, а год спустя – помогал во время президентских выборов. А в 1999 году совсем обнаглел – официально зарегистрировал ОПС (Общественно-политический союз) «Уралмаш». И все расшифровывали аббревиатуру нового объединения не как она была официально названа, а как «организованное преступное сообщество».
«Центровые» к концу 90-х почти потеряли своё влияние, из-за бойни, которую им устроили «уралмашевцы», но окончательный разгром «центровых» произошел в начале 2000-х, когда оставшиеся члены перешли почти полностью под «уралмашевцев».
Сейчас «центровые» переживала не самые лучшие времена из-за развязавшейся войны, но её численные состав ещё представлял серьезную угрозу. Хотя отдельные части банды уже начали «отваливаться» от них. И новый глава группировки – Климентьев Владимир, кстати, мастер спорта по каратэ и чемпион разных турниров, сейчас пытался «сшить» свою разваливающуюся банду, а также пытался перевести часть их криминального бизнеса в официальный.