Дар волшебного озера (СИ)
— Катарина! — снова рыкнул «отец», проходя мимо меня, остановился у каурой, буркнул, — садись на серую.
— Я… я не умею, — произнесла, с ужасом взирая на серую красавицу со звёздочкой на лбу.
— Катарина! Не выдумывай, — взвился Фергус, вскакивая на лошадь, приказал, — Том, посади её.
— Я Елена! И я не умею ездить верхом! — успела выкрикнуть, прежде чем меня подхватили сильные руки, забросив на серую лошадь. Как я умудрилась перекинуть свою ногу через кобылу, до сих пор осталось для меня загадкой. Но вот я уже верхом, вцепилась в поводья и не дышу.
— Трогаем!
— Куда? Нет, я боюсь! — просипела, оглядывая двор, который заполнил с хмурыми лицами воины. Их было так много, что мне на мгновение стало страшно.
— Спину держи прямо и приподнимись чуть, — раздался знакомый голос и вскоре появился его обладатель, — руки ослабь.
— Не могу… мне страшно, — промямлила, боясь вздохнуть, приглушённо вскрикнув, когда серая чуть сдвинулась, — можно, на телеге поеду?
— Нет, — покачал головой Аластер, хитро сощурив глаза, спросил, — со мной поедешь?
— А на телеге точно нельзя?
— Верхом до замка Фергуса две недели, на телеге станет ещё дольше, — пояснил мужчина, криво улыбнувшись, предложил, — уверен, отец тебе не откажет, и ты можешь ехать с ним.
— Нет, — резче чем нужно было отказалась, мысленно дав сама себе обещание быстрее научится верховой езде, продолжила, — с вами поеду.
— Хорошо, — явно изумился моему ответу Аластер, неторопливо и какой-то животной грацией спешился со своего вороного, в два шага преодолев разделявшее нас расстояние, предупредил, — не бойся.
Бережно, будто я величайшая ценность мужчина обхватил меня руками и с лёгкостью, не опуская на землю, пересадил на вороного, тут же вскочил на него сам, приказал:
— Выступаем!
Лошадь тотчас всхрапнула и двинулась к воротам… и пусть я никогда не боялась высоты, но сейчас меня охватил безотчётный страх. Отчего я невольно своей спиной вжалась в сидящего за мной мужчину, вцепилась в задранный почти до колен подол туники и зажмурила глаза.
— Расслабься, — прошептал Аластер, словно бы невзначай задел мою сжавшуюся в кулак ладонь, вполголоса, будто размышляя, добавил, — хм… твой страх перед Вороном, затмил даже ужас передо мной.
Я ничего не ответила, так как ужас рядом с этим мужчиной не ощущала и его странное замечание меня сейчас совершенно не волновало. Сейчас я думала, как бы не свалится с лошади и не разбить голову об всё чаще попадающих в поле моей видимости острых камней. Мы уже минут десять, как покинули стены замка МакГрегоров и спускались по крутому склону, туда где вдали виднелись заснеженные горы Семергла.
Ехали без остановок, наверное, больше трёх часов. Спина ужасно устала, ноги затекли и, казалось, что я их точно не соберу вместе. И хоть я и не особо напрягалась, внаглую используя мужчину за опору, только, жаркую и твёрдую, но всё же мне было гораздо лучше, чем ему. Ведь Аластеру приходилось удерживать на лошади не только себя, но и меня и это чуточку утешало мою вредную натуру.
— Ты голодна?
— Немного, — не стала отнекиваться, раз взялись меня перевозить, будьте любезны кормить и поить.
— В мешке было вяленое мясо, правда, девушки предпочитают такое не есть, — предложил мужчина, прежде тихонько хмыкнув, — через два часа сделаем привал, здесь нет удобной поляны для такого количества людей.
— А почему так много воинов?
— Это мои люди мы прошли две битвы у стен Тиргаля, и теперь возвращаемся домой, — ответил мужчина, потянув на себя поводья, притормаживая Ворона, — наш путь домой пролегал через земли клана Макферсон.
— И вы, чтобы зря мимо не проходить, решили прихватить с собой Катарину?
— Но прибыв в замок, узнал, что ты сбежала, — с усмешкой продолжил мужчина.
— Хм… раз девушка так не желает стать вашей супругой, может и не стоило её искать? Неужели других девиц не нашлось, а выкуп можно и забрать, — заметила, невольно поёрзав, снова вжалась в мужчину, когда мы стали спускать по слишком крутому склону.
— Желающих стать моей супругой, как ты сказала, немного, — ехидно проговорил мужчина, недовольно засопев над моим ухом, — ни один клан не пожелал отдать свою дочь в проклятые земли… безобразному и жестокому уроду.
— Эээ… — растерялась я, не сразу сообразив, что сказать, поинтересовалась, — а Фергус?
— Твой отец? Он был мне должен и сильных опытных воинов у меня больше.
— Тогда ты мог выбрать любую, почему Катарина?
— Ты была ближе всех, — хмыкнул Аластер, поторапливая Ворона. Мы наконец спустились и теперь двигались вдоль берега моря Есхари.
— Ну да, логично, — насмешливо бросила, тяжело вздохнув, спросила, — далеко ещё до привала?
— Больше часа.
— Ясно… вы говорили про вяленое мясо, а вода ещё есть?
— Вода, вино, — подтвердил Аластер, засунув руку в чуть приоткрытую походную суму, достав небольшой свёрток, — держи.
— Спасибо, — поблагодарила и до самого привала не произнесла и слова, старательно жуя жёсткий кусок чуть солоноватого мяса.
Через час мы всё же сделали привал… у небольшого шумного ручейка, в котором бежала невероятно вкусная, но ледяная вода. На поляне, окружённой вековым деревьями, густым кустарником с сиреневыми мелкими цветами, разбили лагерь. Воины, спешившись, слаженно принялись за работу. Часть мужчин развели несколько костров и уже через минуту над ними были подвешены котлы. Около десяти воинов скрылись среди деревьев. Фергус, батюшка Катарины со своими людьми тоже развели костёр и в подвешенном над ним котле, уже булькало варево судя по доносившемуся запаху это была каша.
Я же, устроившись на большом, нагретым осенним солнышком валуне, прежде с трудом до него добравшись, пила горячий отвар из большой чашки, ожидая обеда. Если я верно поняла Аластера, слушая его приказы, то ночная стоянка будет только часа через четыре. Часть его воинов не стали останавливаться на поздний обед, отправились дальше, чтобы подготовить лагерь и установить шатёр для меня. Что очень радовало, спасть под открытым небом, то ещё удовольствие. Батюшка Катарины странным образом от меня отдалился и даже не смотрел в мою сторону, как и не беспокоился о моём комфорте и это удивляло. Всё же я пока еду к нему в дом, где родилась и жила его дочь и видеть такое равнодушие было дико.
— Хотя… может, ему всегда было плевать на дочь, продал же он её, — задумчиво пробормотала, сползая с валуна, выбирая укромное местечко среди кустов. Выпитая вода, а ещё отвар, требовали свободы. Оглядев снующихся на поляне воинов, убедилась, что никто не видит, куда я отправилась, скрылась за густым диким орешником.
Глава 16
Глава 16
Тропинок в этом лесу не было, с одной стороны, это радовало, риск вляпаться в оставленную кем-то кучу исключался, с другой стороны, приходилось пробираться через высокую траву, перелазить через поваленные деревья, при этом внимательно посматривая под ноги, чтобы не провалится в яму.
Выбрать подходящее местечко, оказалось не так просто, и я всё дальше углублялась в лес, поэтому неожиданно громкий шорох в кустах раздавшийся за моей спиной, напугал меня до ужаса.
— Удумала сбежать, — зло процедил Фергус, торопливо пробираясь ко мне, хрипя и фыркая, словно старая лошадь.
— Нет, — коротко ответила, наконец сбросив оцепенение, удивляясь странному выводу «папеньки». Без оружия, еды и прочих необходимых вещах, чтобы благополучно добраться до ближайшего селения, я навряд ли выберусь из леса.
— И не надейся, что твой Рихард в этот раз тебе поможет сбежать, — сплюнул Фергус, больно схватив меня за руку, прошипел, — у дороги его повесил, что б не другим неповадно было и думать не смели пойти против воли моей.
— Отпусти, — процедила сквозь зубы, выдернув руку из захвата, — я не знаю, кто такой Рихард.
— Не притворяйся! Чего я дочь свою не узнаю, — прорычал мужчина, снова схватив меня за руку, потребовал, — и думать не смей, требовать выкуп!