Отдел примирившихся врагов (СИ)
Взгляд отыскал Рика. Тот стоял неподалёку и одуревше орал в небо. Притопывал на месте, хватался за голову, пытаясь вырвать клок-другой, и снова кричал во всю силу лёгких куда-то вверх.
Кажется, Вэл наворотила дел. Но что именно натворила, ему узнать не удалось, потому как лунный свет перед глазами померк, а звуки в ушах стихли.
Наконец-то боль окончательно растворилась в океане долгожданной безмятежности.
Проснулся Марсель у себя дома. В привычной постели с иссиня-чёрным атласным бельём. Рядом растянулось в позе звезды его навязчивое видение в коротких шортах и спортивном топе. Такое реалистичное, будто настоящее. Он протянул руку и убрал упругий завиток, что падал на щёку и щекотал обсыпанный веснушками нос. Слегка нахмурился, положил ладонь на её обнажённое плечо, провёл до локтя и удивлённо признал: Вэл в самом деле лежала на кровати. Лежала прямо у него под носом. Вся такая аппетитная, как невскрытая шоколадка, которую тут же жутко захотелось съесть.
— Проснулся?.. — сонно пролепетала она на ирашском языке, приподняв голову, и очаровательно потёрла кулачком глаз. — Как ты себя чувствуешь? Мне принести обезболивающее? Сильно болит место укуса?!
— Да нормально я себя чувствую. Вроде ничего не болит, — прохрипел Марсель не своим голосом. Горло царапало от сухости. Да аппетит разгулялся не на шутку — стук чужого сердца разрывал барабанные перепонки, и клыки сама по себе опустились, в предвкушении сытной трапезы.
— Как это не болит?.. Должно болеть! Донна сказала, что у вас метка очень долго и больно приживается. Оказывается, Рикки на ней тоже метку поставил, прикинь? И не сказал ведь, жук! Но он поставил, чтобы обеспечить ей защиту, это немного другое… Да и как это защита должна работать, я не совсем понимаю. Но Донна умная, она ничего не делает просто так!
— Подожди, подожди… Метка? Ты поставила на мне свою метку?
— Ну, понимаешь… ты был таким милым… я не смогла сдержаться! — буркнула Вэл и уткнулась лицом в подушку. Энергично постучала ногами по постели, выбивая из той не пойми откуда взявшуюся пыль. А уже в следующую секунду вновь подняла голову и недоумевающе пробормотала: — Но это неправильно. Метка долго усаживается даже на других оборотнях. А ты всего-то пять дней в отключке провёл. Она не могла так быстро прижиться!
Посмотрев на свою грудь, он заметил ближе к левому плечу парочку круглых следов от укуса. Ранки успели покрыться привычной корочкой и определённо регенерировали — никаких признаков того, что метка плохо усаживалась на нём.
— Не знаю. Я не чувствую боли, — Марсель облизал сухие губы. — А вот есть хочу страшно. Готов целую корову выпить.
Вэл подскочила с кровати и убежала, судя по топоту босых пяток, на кухню. Открылась и хлопнула дверца холодильника, несколько секунд прошло в полной тишине, а потом звякнул таймер на микроволновке, и стопы глухо зашлёпали в обратном направлении.
На принесённом подносе возвышалось десять разогретых упаковок синтетической крови. Очевидно, его образное выражение о корове было воспринято буквально, раз она притащила целых два литра. Решила накормить так накормить.
— Спасибо, лисёнок, — усмехнулся он и жадно присосался к первой пачке, опустошив её меньше чем за минуту. А уже на третьей понял, что голод его мучил не такой уж и сильный — тот окончательно растворился в приятной сытости.
Упав обратно на кровать, на которой Вэл снова разлеглась как у себя дома, Марсель задумчиво потёр место укуса. И правда, совсем не болело. Так странно. Он же вампир, а следовательно, у них по определению должна быть плохая совместимость. Почему же метка так хорошо приживалась?
— Подожди-ка, а разве метка это не из области брачных ритуалов у вас?
— Ну да…
— Мы что-то вроде, — Марсель повернул в её сторону голову, — поженились?
— Больше походит на то, что я тебя женила на себе. — Она широко улыбнулась и с неподдельной радостью объявила: — Теперь все будут знать, что ты мой.
— А в обратную сторону это работает?
— Вы тоже метки ставите? — Вэл взволнованно приподнялась на локтях, замерев на редкость в сексуальной позе. Поскольку она лежала на животе, ему открывался прекраснейший ракурс. Его взгляд сначала прилип к круглой попе, а потом скользнул по обнажённому боку и завис уже на груди, чуть ли не вываливающейся из круглой горловины топа.
— Нет, у вампиров нет меток, — как-то заторможено произнёс он. Слова чуть ли не силой приходилось выталкивать изо рта. В нём снова просыпался аппетит, но иного толка. — А как брат отреагировал?
— Да, как обычно… разорался, что у меня опилки вместо мозгов. Ничего нового не смог придумать, короче. Возмущался, что метку полную поставила, а не временную, — Вэл потянулась к нему, шумно вдыхая будто бы наэлектризовывавшийся воздух между ними, — но я вообще не понимаю этого прикола. На фига ставить временную? Раз уж решились на метку, но сразу надо — нормальную.
— Что ты делаешь?..
Положив ладони на живот, она почти легла на Марселя, щекотно обнюхивая шею.
— От тебя так приятно пахнет…просто с ума сойти…
Её тело источало не менее соблазнительный аромат. Он нажал на лопатки, заставляя Вэл опуститься на него своей шикарной грудью. И наслаждаясь внезапной близостью, провёл руками вниз до упругих бёдер, за которые подтянул приятно тяжёлого лисёнка выше, чтобы уже самому коснуться губами горячей шеи.
— Не понимаю, от тебя таким возбуждением фонит, или я так сильно тебя хочу, что на стену лезть готов, — прошептал Марсель и нежно прикусил пульсирующую жилку.
От застенчивого, прочти проглоченного стона, у него окончательно сорвало крышу. Он резко перекатился вместе с ней на середину кровати, привстал на локти нависнув над раскрасневшейся мордашкой и припал к пухлым губам, созданным для того, чтобы их целовали.
Одна его ладонь осторожно приподняла плотную резинку топа, нахально нырнула под него и легла на восхитительную грудь, не в состоянии охватить её полностью. Марсель стал прокладывать дорожку из влажных поцелуев вниз, одновременно нащупал и сжал между пальцами сосок, сорвав в награду глубокий стон.
— Останови меня, если не хочешь этого, — хрипло шептал он, будучи не до конца уверенным, что в самом деле сумеет остановиться. Совсем не уверен, особенно после того, как Вэл приподнялась, помогая ему стянуть с неё этот абсолютно лишний сейчас топ.
Идеальна. От макушки до кончиков пальцев на миниатюрных стопах. Марсель смотрел на неё и силился понять, как ему могло что-то раньше не нравиться? Слепец. Её тело — произведение искусства, высеченное из мрамора умелым виртуозом своего дела. Каждый миллиметр гладкой кожи внушал искреннее восхищение. Однозначно. Она ему понравилась с первого взгляда. Но его это так ошпарило и испугало, что он принялся отчаянно цепляться за мышцы, которые на самом деле её никогда и не портили.
Марсель стянул с неё шорты вместе с трусиками и стал целовать ноги, неторопливо двигаясь вверх. Почувствовал, как Вэл крупно вздрогнула, когда он ласково прикусил шелковистую кожу на внутренней поверхности бедра, и удивлённо охнула, стоило ему дотянуться до центра удовольствия на женском теле. Он припал к нему ртом, любовно лизал нежные складочки и посасывал чувственный бугорок, заставив стонать в полный голос. И когда она мелко задрожала всем телом, а на ментальном уровне нырнула в цветастый сгусток эйфории, продолжил поднимать выше. Блаженно улыбающиеся губы страстно встретили его, выражая благодарность за доставленное удовольствие.
Поскольку ему никто не торопился помогать раздеться, Марсель самостоятельно снял пижамные штаны и вернулся к ещё не до конца отошедшей от первого своего оргазма Вэл. На него остаточные отголоски пережитого восторга тоже распространялись, поэтому он побаивался, что финиширует раньше положенного — крайне непросто отделить, где заканчивались его эмоции и начинались её.
Устроившись между раздвинутыми ногами, Марсель прижал головку к входу и только попробовал надавить, как вожделенное тело под ним бойко отползло на пару десятков сантиметров вверх. Он поднял взгляд и с удивлением посмотрел на стоящую на локтях Вэл, которая, в свою очередь, глядела на него широко раскрытыми круглыми глазами.