Отдел примирившихся врагов (СИ)

Однако не успели одни громкие новости отгреметь, как явно специально натравленный на них пронырливый журналист умудрился три дня назад заснять метку на Марселе. А заодно нащёлкал целую серию снимков, где эти балбесы миловались. Деваться было некуда, пришлось провести пресс-конференцию, с которой они вчетвером вернулись буквально полчаса назад.
— Как всё прошло? — устало спросил капитан и потряс около уха фляжкой, проверяя, осталось там ещё что-то или нет. Грустно вздохнул и устремил пасмурный взгляд на картину, имитирующую окно.
— Вэл всё время молчала. Да и Марсель больше недовольно зыркал, чем болтал. В основном говорили мы, поэтом, думаю, неплохо. Хотя вопросики они задавали! Чуть ли в трусы мне не залезли!
— Реакция людей понятна и предсказуема. А вот оборотни… они фактически не знают, что с нами делать, — добавила Донна. — Ранее прецедентов, где оборотень поставил бы метку на вампире, не случалось. Да и мало у кого в принципе такое желание могло возникнуть, учитывая общемировую историю. В связи с этим устанавливать запреты на подобные действия не было необходимости ранее. Рикард и Валери не нарушили никаких законов в узком смысле этого слова. А в широком…
— В широком наши телефоны уже три дня разрываются от звонков предков, — подхватил мысль Рик за своей женой.
Вчера он всё-таки включил мужика и ответил на звонок мамки. И узнал очень много новых ругательных слов. У малой, греющей неподалёку уши, аж щёчки заалели. Суть послания удалось уловить сразу. Спорить как-то не хотелось, поэтому Рик согласился на выдвинутый родителями ультиматум: немедленно вернуться домой.
— Тут такое дело…
— Подожди, — капитан встал и подошёл к высокому шкафу у стены, из-за плотного ряда книг вытащил ещё одну фляжку. На ходу пригубил её содержимое и тяжело опустился обратно в кресло. — Ну, давай, рассказывай.
— Маман требует, чтобы я и Вэл вернулись как можно скорее со своими помеченными кралями на родину. Если мы добровольно не приедем, то приедут они… всей стаей. А это под сто семьдесят оборотней. Думаю, что вам такого счастья здесь не надо.
— Не надо, — хмуро подтвердил он и снова отхлебнул. Хотя со стороны выглядел всё ещё трезвым, но слегка заплетающийся язык выдавал, что потихоньку пойло начинало воздействовать даже на такого крепкого мужика, коим являлся капитан. — Поезжайте.
— Вы нам даёте отпуск?
— Ага… отпуск, — невесело усмехнулся он, смотря словно сквозь них. — Всё идёт к тому, что наш отдел к чёртовой матери расформируют не сегодня, так завтра, а меня переведут в глухомань на периферии набираться профессионального опыта… и жена мне тогда гарантированно выест мозг чайной ложечкой.
— Работа в провинции может пойти на пользу вашей нервной системе, которая сейчас активно уничтожается алкоголем, — по-светски любезно заговорила Донна, и тут же замолчала, напоровшись на гневный взгляд.
Капитан ещё немного порасспрашивал о реакции оборотней на гибридность Рика, в частности, его интересовало, как к ней отнесутся в Ираше. Не придётся ли проводить спасательную операцию по экстренной эвакуации их задниц с родины? И определив, что там они будут в относительной безопасности, он отправил их работать.
Хотя работы как таковой в отделе не было — их сейчас в самом деле держали в подвешенном состоянии, ничего более или менее крупного не давали. Даже вечно занятые криминалисты, которые в другие дни по макушечку зашивались в делах, выглядели, как праздно слоняющиеся бездельники.
— Пойдём, я знаю одно место, где нам никто не помешает, — шепнула ему на ухо Донна, отодвинулась и лукаво улыбнулась.
— Пойдём, — зачарованно отозвался Рик и рефлекторно облизнулся, при взгляде на её губы. Теперь эти ярко-красные губы ему предстояло целовать вечность и, странное дело, почему-то мысль, которая раньше казалась страшно удушающей, больше не отталкивала. Наоборот, воспринималась естественной и правильной. Как будто именно к этой цели он и шёл всю свою прежнюю жизнь.
Может, дело в метке, окончательно подчинившей мозги. А может, до него наконец-то дошло, что чувствовало гулко бьющиеся в груди сердце. Впрочем, плевать. Главное, что Рик наслаждался каждой секундой, проведённой рядом со своей женщиной. Она всё так же одурманивающе пахла, ослепляла совершенной красотой. Ему нравилось всё в Донне, даже по-своему очаровательные аристократичные ужимки и подчёркнуто изысканные манеры. С каждым днём он замечал за собой всё больше неожиданных пристрастий. Вчера, например, не на шутку завёлся только от вида того, как она ела малюсенькими кусочками стейк, оттопыривая мизинец. И это всего-то верхушка его сумасшествия с тех пор, как проснулся гибридом.
 
— Стоять, товарищи извращенцы, — тормознул их Грос — единственный в отделе, кто всё ещё умудрялся трудиться в поте лица. Слегка поморщился, читая сообщение на телефоне, и бросил: — Увидите Вэл и Мацика, передай им, что надо съездить в бар на двадцать пятой улице. Там опять не то потасовка, не то страстные танцы. Оборотни и вампиры вроде как сцепились. В общем, пусть съездят, проверят, что там происходит.
— У вас же телефон в руках, — недоумевающе подметила Донна.
— Что, правда? Вот так чудеса, — он поднял на неё безразличные глаза, определённо намеренно провоцируя на небольшой конфликт. — И как я мог его не заметить?
— Мы им обязательно передадим, если увидим, — поддакнул Рик и, прихватив жену за локоть, потащил к выходу. А то сейчас с Гросом зацепится языками, слова за слово, и пропадёт всё желание с ним шалить, а он-то уже настроился.
— Но ты же вернёшься в Саларун? — жалобно хныкал Фабиан. — Ты же не насовсем уезжаешь? Пообещай, что вернёшься!..
— Я бы с радостью взяла бы тебя с собой, солнышко. Но ты же сам знаешь, что наш континент закрыт для вампиров. Вернусь я или нет, зависит не от меня, а от высшего руководства, — мягко ответила Офира и вдруг воскликнула через весь зал: — О, Рик, дорогой, можешь подойти? Мне нужна твоя помощь!
— Иди помогай, дорогой, — кивнула в сторону коллеги Донна с хитренькой улыбкой.
— Да что за день-то такой…
Марсель
Нежно прикусив пухлую нижнюю губу, он провёл по ней кончиком языка и прошептал:
— Посмотрим вечером фильм?
— Что за фильм? — смущённо уточнила Вэл и, привстав на цыпочки, выглянула из-за его плеча, проверяя коридор на наличие посторонних глаз. Хотя сейчас уже не было никакого смысла прятаться. Абсолютно все в Мальдоре знали об их отношениях — и это чертовски приятное чувство!
— Не помню название, там что-то про боевые искусства, — Марсель провёл ладонями по стене вниз и упёрся ими на уровне талии, чтобы у неё не осталось искушения поднырнуть под рукой и выскользнуть из капкана.
— О, звучит здорово!
— Я знал, что тебе понравится, — он поцеловал её в шею. — Поэтому давай сегодня без всяких переработок, договорились?
— Да, конечно, — хихикнула Вэл, подтягивая плечо к уху. Она пыталась увернуться от нового прикосновения его губ, всё больше вжимаясь в стену, а потом вдруг замерла и воскликнула: — Точно! Я же хотела купить пирожок на пару!
— Что? Какой пирожок?.. — Марсель продолжал покрывать невесомыми поцелуями шею, постепенно поднимаясь обратно к лицу. — Потом купим тебе пирожок…
— Нет! Потом не получится, их разбирают до пяти вечера!
— Да и плевать, другой пирожок купим…
— Нет! Я хочу именно от тётушки Виранты.
— Лисёнок, нежели это так важно сейчас?..
— У неё самые вкусные пирожки на пару в Уларке!
— Да первородная тьма! Кто для тебя важнее: я или какой-то сраный пирожок? — его уже откровенно нервировала эта тема. Она совсем, что ли, не чувствовала атмосферы момента? Заладила как попугай со своими пирожками, словно с голодного края. А он так-то тоже уже истосковался по её ласке.
Три недели назад течка закончилась и всё, как отрезало: вообще перестала к нему приставать. Изредка чмокнет где-нибудь в углу, да задницу вечно прилюдно щупает. И совершенно ведь не понимает никаких намёков. Издевается, не иначе.