Жемчужина Великого Леса (СИ)
Последнюю фразу он говорит обольстительным вкрадчивым голосом. Такого я от него еще не слышала. Даже не подозревала подобных талантов. Если бы не знала точно обратное, подумала бы, что и правда у него ко мне есть чувства. Захотелось убедиться, что это действительно он. Приходится приложить усилия, чтобы не оторвать взгляд от плеча. А он продолжает:
— Такая честь быть парой той, которая сияет ярче луны, ярче звезд на небе. Чья улыбка освещает помещение ярче солнца. Чьи губы так и манят к ним прикоснуться. Я счастливейший из смертных. Я уже потерял надежду на то, что мои чувства окажутся взаимными. Я так рад, что ты приняла мои чувства, что готов каждый день возносить благодарственные молитвы нашей Богине. Ты прекраснейшая из всех, кого я когда-либо встречал… Уфф… Он ушел. А то я уже не знал, о чем дальше говорить.
— Ну, ты даешь! Не ожидала, что ты так умеешь.
— Сам не ожидал. Знаешь ли, раньше не приходилось попадать в подобные ситуации. Теперь пойдем в комнату. Постараюсь к следующему разу продумать речь получше. Литературку какую почитаю.
…
Стоит ар Райлону произнести: «Теперь прервемся и вернемся к рассмотрению темы после перерыва», — Торриэль придвигает свое кресло вплотную к моему, хватает мою руку, наклоняется к моему уху и томно шепчет:
— А теперь я буду делать вид, как будто говорю комплименты. У некроманта не настолько чуткий слух, чтобы он смог разобрать, что именно я тебе говорю, поэтому я решил не напрягаться. Не отрывай взгляд от наших рук и делай вид, как будто смущаешься. Ну, или хотя бы постарайся быть задумчивой. И молчи. Молодец. У тебя хорошо получается. То, что нужно. Я вчера зашел в библиотеку и нашел там увлекательную книгу. Называется «Искусство обольщения». Не улыбайся! По идее, читать ее надлежит дамам. Я пробовал найти пособие для мужчин, но то ли эту книгу кто-то взял до меня, то ли у них такие труды не слишком востребованы — не нашел. Но я обязательно продолжу свои поиски. Так вот. В этой книге есть целая глава о том, как правильно ронять платок так, чтобы кавалер его поднял. Верни брови на место! Задумчивый вид. Не забывай. Начинается все с правильного выбора платка — он должен ярким пятном выделяться в месте, в которое дама собирается его уронить. Он должен быть чистым — это очень важно. И зачем-то кружевным. У человеческих мужчин какое-то особое расположение к кружевам? Нужно будет разузнать. Далее. Платок нужно непременно сбрызнуть духами. Потом расписывается, как именно рассчитать правильный момент для этого действа. На половину страницы. Кавалер непременно должен топать в одиночестве. Во избежание путаницы. Дальше все очень серьезно. Учитываются: длина шага кавалера, острота его зрения, то, насколько быстро он приближается. Потом три абзаца о том, в какой позе нужно стоять, этот платок роняя. Там даже есть зарисовки, представляешь? Со стрелочками, какие именно места топырить, и в какую сторону. Потом нужно всплеснуть руками. К сожалению, этот момент подробно не описан, видимо величина всплеска остается на усмотрение дамы. Далее следует надуть губы. Я прямо представил себе это действие. И уже после этого сказать «ой» и прижать руки к груди, сложив ладони вместе, как будто молишься, но так, чтобы эта самая грудь приподнялась. Если ты подумала, что и на этот случай есть рисунок с подробной схемой — так и есть. Не улыбайся! Дальше предполагается, что кавалер поднимает платок, и дама должна его за это поблагодарить. Варианты благодарения, интонация благодарения и выражение лица при благодарении расписаны на две страницы. Знаешь, после этого труда я понял, что зря раньше так мало внимания уделял человеческой обучающей литературе. Это же просто шедевр! До завершения перерыва осталось совсем немного времени. Сейчас я тебе дам дорогущие конфеты из дорогущей кондитерской. Ты должна будешь мне благодарно улыбнуться и начать эти конфеты неспешно кушать. Улови, пожалуйста, разницу — вместо того, чтобы пожирать, как ты обычно это делаешь, неспешно кушать. Если понятно — кивни. Молодец.
Торриэль приводит меня к реке, на берегу которой стоит Академия Магии. Набрасывает на одну из беседок полог, не пропускающий холод, нагревает воздух до комфортной температуры и читает заклинание, убирающее грязь и мусор. Любуется на дело рук своих и удовлетворенно хмыкает. Затем драпирует скамью в беседке покрывалом, а стол застилает белоснежной скатертью. Усаживает меня поудобнее и строго говорит:
— Я сейчас достану корзинку с едой. Помни — не жрать. Держи свой аппетит в узде. У нас по плану неспешная трапеза. Когда он уйдет, сможешь делать, что хочешь, а пока — старайся быть изящной эльфийкой, которая старается завлечь эльфа, который якобы не знает, что ты прожорливый монстр.
Улыбаюсь и киваю. Он скептически смотрит, но корзинку достает. Вынимает из нее два бокала. Глядя на мою поднятую бровь, считает нужным прокомментировать:
— Гранатовый сок. Ничего крамольного.
Потом достает кувшин, видимо, с этим самым соком, несколько тарелок с закусками и фруктами, столовые приборы. И в завершение украшает столик бутонами белых роз. Все-таки пространственные карманы очень удобная штука. Результат его стараний получается настолько красивым, что не могу удержаться:
— Ты невероятный! Не знаю, как у тебя это каждый раз получается. И вроде бы вижу, что магию ты не применял, но все равно не могу понять. Сколько раз пробовала, но так хорошо никогда не получается. В твоих творениях всегда ощущение гармонии. Даже жалко нарушать такую красоту.
— Жалко ей, — польщенно ворчит друг. — Спасибо. А теперь к делу — некромант будет здесь через пять минут. Я слежу за маячком. Но начинать притворяться нужно уже сейчас. Ты хорошо держалась все это время. Я понимаю, что тяжело, но я с тобой. Договорились?
— Да.
— Итак…
Торриэль закрывает глаза. Какое-то время настраивается, а когда смотрит снова, вижу в его взгляде обожание. Начинает рассказывать, что в зиме есть свое безмолвное холодное очарование. Плетет кружева комплиментов. Понимаю, что со стороны он кажется слишком самовлюбленным. Но, возможно, именно в этом и состоит его план? Мне остается только отрешенно кивать и поддакивать в нужных местах. А также пощипывать гроздь винограда и отпивать понемногу из бокала.
Через пятнадцать минут друг удовлетворенно кивает:
— А вот теперь можешь начинать уничтожать еду.
Беру самое, на мой взгляд, вкусное пирожное с фруктами, укладываю на него толстым слоем ветчину и с наслаждением отправляю полученную конструкцию в рот:
— Он приходил?
— Да. Под щитом невидимости. Хороший, кстати, щит — не было бы маячка, ничего не заподозрил бы. Тебе действительно вкусно?
— Конечно! Попробуй! Восхитительно получилось.
— Спасибо, но я воздержусь. Слышал, что во время беременности вкусы могут меняться. Но слышать и видеть собственными глазами, совершенно разный опыт, как оказалось.
…
Слушаю ровное биение сердца Торриэля, вдыхаю его фиалковый запах. Спрашиваю:
— Как все прошло?
— Я сделал все, что мог. Мы подкараулили некроманта, когда он выходил из ресторана, и подстроили так, чтобы он услышал твое имя и рассмотрел, что его произнес я. Дирриэль, с которым мы все обговорили заранее, в это время рассмеялся. Как мы и надеялись, некроманту стало интересно, и он под покровом невидимости проследовал за нами. Я пренебрежительным тоном рассказывал Дирриэлю, что ты уже у меня в кармане. Что купим кольцо, и я сделаю тебе предложение. Дирриэль спросил, точно ли я уверен, что ты согласишься. Я фыркнул и ответил, что не зря столько времени потратил, чтобы пудрить тебе мозги всяческой романтической чушью. Потом разглагольствовал, какие выгоды мне принесет этот брак, в том числе финансовые. И то, что личико у тебя ничего, жалко, грудь маленькая. В общем, старательно изображал мерзавца, пытаясь не врать в фактах, потому что некромант почуял бы ложь. Кольцо я, кстати, купил — тебе понравится. Давно искал подходящее под одно из твоих новых платьев, а тут такая удача. Мы с тобой сделали все, что от нас зависело. У некроманта было время в тебя влюбиться. Было время, чтобы понять, как это, когда ты рядом, и как это, когда тебя рядом нет. У него была возможность поревновать. Он узнал, что тот, за кого ты собралась замуж, тебя не заслуживает. Что ты не будешь с ним счастлива в браке. Теперь все зависит от него. Мы с тобой больше ни на что повлиять не можем. Все, что нам остается — ждать его решения.