Град разбитых надежд (СИ)
— И даже с новым мечом! — подхватил Батлер.
— Джо-о-о! — с восторгом маленького щенка воскликнул Ли, несясь навстречу. Если бы не многочисленные охотники, снующие вокруг, он бы и на шею кинулся.
— Ну что ты, Ли, уже похоронить меня решил? — улыбнулся Джоэл, лохматя свободной левой рукой темные волосы Ли. Напарник вывернулся, нервно и задорно рассмеялся, но тут же замер с окаменевшим от удивления лицом:
— Да это же… это… меч Нейла Даста?
— Да! Он самый. Старик приказал мне убить Легендарного Сомна, — кивнул Джоэл, а после неразборчивых восклицаний друзей вполголоса добавил: — И, сдается мне, он тоже чувствует, что в цитадели творится неладное.
— Мы тоже чувствуем. И творится прямо сейчас, — ответила Энн, но ее слова потонули в гуле передачи, хлынувшей из всех громкоговорителей:
— Внимание, всем охотникам! Следуйте к юго-западным трущобам через Квартал Птиц. Внимание всем охотникам! Точка сбора…
Внешний мир за стенам серого куба мрачной тюрьмы обрушивался лучами весеннего солнца, яркого и по-летнему жаркого. Приказы давили на уши, точно принося волны предгрозовой духоты. Охотников снова просили помочь армии, военным не хватало людей, чтобы обеспечить безопасность города. Джоэл получил короткие указания, как и все члены их группы. На этот раз никого не заставляли присоединиться к мальчишкам-солдатикам, за которых Джоэлу еще в тот раз не понравилось нести ответственность. Слишком уж легко они гибли. «Ну и раздали бы им стимуляторы! Зачем нас дергать? Если, конечно, эти стимуляторы вообще работают», — раздумывал Джоэл, неизменно сопоставляя даты, факты и фамилии. Ничего не сходилось, а его снова кидали не на расследование, а на подавление мятежа. Нейл Даст предупреждал, он чувствовал и знал все, даже не покидая своих подземелий.
— Что там в итоге? — интересовался Джоэл, когда они достигли точки сбора в сожженном Квартале Птиц. Ею стал некогда уютный небольшой парк, где теперь разбили лагерь военные.
Вместо пения беззаботных пичуг слышалась отборная казарменная брань и лязганье оружья. Подтягивали тетивы луков, проверяли механизмы арбалетов, чистили небольшие пушки. Несколько крупных отогнали к самому краю трущоб. Да так и держали с момента бунта, чтобы никто не высунулся из зловонных задворок и не посмел проникнуть туда с предупреждением или оружием. Так друзья Джоэла и не узнали, что на самом деле случилось со стеной.
«Ли слышал, что все в порядке. Уман говорит, что все в порядке. Судья Норт утверждал, что все в порядке. У всех в порядке, кто не видел. А я видел! Может, я сошел с ума? И клинок мне никакой не вручали, и из цитадели не выпускали. Сижу в саду с идиотами и фантазирую вместе со всеми уцелевшими свидетелями Вестника Змея», — недовольно думал Джоэл, с тоской глядя в сторону стены. Из-за рядов кособоких частично спаленных домов далекая башня с охранным механизмом едва просматривалась, плыла через синюю дымку, которую овсяным киселем загущал черный дым непотушенных пожарищ и лагерных костров.
Джоэл протер глаза от попавшей в них копоти, Ли громко чихнул, Энн обругала караульного, худосочного курносого парнишку лет восемнадцати:
— Эй, салага, смотреть надо! У тебя дыма больше, чем огня. Дрова сырые! И кто их так складывает? Навалил абы как! Это ж разве костер! Да что за молодежь пошла!
— Из… извините! — краснея от стыда, захлопотал возле огня парень. Но вымаливать прощение ему не пришлось, потому что отряды охотников позвали к растянутой между деревьев крупной карте. На ней четко отметили, кому какой район зачищать.
— По нашим данным, остатки бунтовщиков расположились здесь и здесь, — говорил усатый офицер. Похоже, тот же, с которым они имели дело во время недавнего бунта. Джоэл уже прикидывал, что поищет в трущобах сбежавшую гадалку да еще разберется при дневном свете с оставшимися ловушками, если их не разобрали саперы.
Внезапно над городом раздался гул сирен, сквозь которые оглушающим набатом отчетливо прорывался голос:
— Внимание всем охотникам! Цитадель атакуют! Всем охотникам вернуться в цитадель! Цитадель атакуют! Повторяю, цитадель атакуют!
— Хаосов мрак! — выкрикнул обычно сдержанный Батлер, в то время как остальные выругались куда крепче.
— Как такое возможно?! — ужаснулся офицер, кидаясь к своей ненаглядной карте. Он наверняка все просчитал и был уверен, что ни один проклятый революционер не просочился через его хитроумные преграды. Он скакал возле карты, точно скряга вокруг сундука с золотом. Но в нынешнем Вермело никакой пользы не приносили ни звонкие монеты, ни выстроенные четкие планы. Все менялось в считанные секунды. Джоэл не успел отдышаться после нехилого марш-броска от цитадели до трущоб через Квартал Ткачей, как пришлось возвращаться почти той же дорогой. Громкоговорители не доносили деталей, в какой-то момент они захлебнулись в гуле снующей по улицам толпы.
— Проклятые твари! — рыкнула ему прямо в лицо толстая торговка, Джоэл пригрозил ей мечом, буквально прокладывая себе путь через сгущавшийся поток людей. Со всех улиц стекались охотники. Военные оцепляли кварталы, но большая их часть сторожила подступы к богатой части города и границу трущоб. Оборона цитадели оставалась за охотниками, а они до сих пор не догадывались, кто напал и откуда.
— Что за ненависть? Что происходит… — недоумевал Ли, едва увернувшись от тухлого яйца. Жители Квартала Ткачей не атаковали напрямую, но многие кричали на разные лады проклятья, некоторые кидали камни, наиболее робкие выплескивали с верхних этажей помои. Попадали все больше на таких же обезумевших от непонятного гнева бунтовщиков. Лица наваливались разноцветным грязным месивом, люди в рабочей одежде выскакивали из ткацких цехов, шахтеры размахивали кирками и касками, хлопали двери заводов.
Джоэл выставил вперед меч, на острие едва не напоролся какой-то обезумевший в своем гневе парень в грязном рабочем комбинезоне.
— Убийцы! Лжецы! — прохрипел он, стремясь засветить в глаз острым куском дерева, вывороченным из оконной рамы. Но Джоэл быстро перехватил руку нежданного противника, заставив его повернуться спиной, и плашмя ударил мечом под коленями, принуждая опуститься на землю и прекратить сопротивление. Парень заорал от боли в вывихнутой руке, судя по звукам, его даже стошнило. Джоэл решил, что на этот раз перестарался при задержании и сломал нарушителю конечность. Но он слишком торопился, чтобы церемониться. Едва он успел отшвырнуть от себя скулящего парня, на его место встали десять других. Дело принимало очень нехороший оборот. Сначала толпа кидалась тухлыми яйцами, но вот уже в ход пошли булыжники.
— Назад! — кричал Джоэл, выставляя меч. — Назад, иначе мы будем вынуждены уничтожить вас!
Клинок отражал яркие солнечные лучи, проклятый клинок Нейла Даста, который к двадцати годам убил больше людей, чем сомнов. И вот Вермело снова вступал в эру бунтов. Джоэл не желал проливать кровь невинных напуганных людей, он видел их лица, видел глаза, в которых плясал дикий страх затравленных зверей. И пока еще не утратил способность испытывать сочувствие.
— Скручивай их! Оттесняй! — командовала Энн. — Что же вы, сучьи дети, забыли, кто вас по ночам защищает! Да чтоб вас всех кошмары сожрали!
Она раздавала тумаки и пинки, на лбу ее уже алела отметила от метко брошенного камня. Вермело быстро забывал своих героев, зато долго помнил мучителей. Толпа захлестывала и напирала. Кто-то нес плакаты, кто-то тут же топтал их, перелезая через головы на узких улочках и стремясь попасть на крыши.
Гарнизон теснил бунтовщиков, где-то раздался пушечный выстрел. Джоэл надеялся, что только предупредительный, он уже отчетливо осознал, что они столкнулись не с бандитами и заговорщиками. Кто же тогда злодеи? Весь город? Он видел перед собой еще недавно добропорядочных горожан.
— Мы должны уйти с улиц! — воскликнул Ли, заслоняясь мечом от нападений двоих или троих крепких мужиков. Они пока чувствовали свою безнаказанность и не боялись, что мечи охотников срубят их поганые головы, в которых вся полученная информация превращалась в ядовитую химеру.