Всполохи на камне (СИ)
Отец ушел к Петру и они проговорили почти час, меня никто не беспокоил и я быстро справилась с письмами и расписанием для начальников отделов. Петровский старший ушёл и я, наконец, отправила документы по электронке и направилась с бумажной почтой в кабинет к Петру Андреевичу, моему начальнику на ближайшие семь дней, как минимум.
Я несколько раз активно вдохнула, выдохнула и постучала в дверь. Тишина. Я в недоумении уставилась на дорогую деревянную поверхность перед глазами. И что мне делать? Постучала ещё. Опять тишина. Может он опять спит?
Решила посмотреть, несмотря на то, что могу получить за это порцию грубости. А вдруг ему плохо там, всё-таки у него недавно было сильное сотрясение мозга. Тихонько открываю дверь, в кабинете никого. Значит он или в зале для совещаний, или в смежной с кабинетом комнате. Я успела заметить, что там вполне себе домашняя обстановка — кровать, диван, плазма на стене, есть санузел.
Пока раздумываю, куда мне направиться сначала, я слышу приглушённый голос Петра, а потом звук бьющегося стекла. Звуки идут явно из смежной комнаты.
Складываю бумаги на стол и уверенно шагаю туда. Стучу в дверь и в ответ слышу знакомый недовольный голос.
— Кто там, черт побери⁈
— Это Лия. Пётр Андреевич с вами все в порядке?
В ответ пыхтение и сопение. Странно.
— Петр Андреевич, можно мне войти?
Снова тишина, но потом я получаю ответ.
— Да войди ты уже!! — опять пыхтение.
Я захожу и вижу посреди комнаты пустую коляску Петра, а дверь в санузел приоткрыта и в проеме, на полу лежит… голова хозяина этого жилища. Вернее, я вижу только темные волосы и… глаза, которые смотрят на меня испепеляюще.
— Что ты замерла⁈ — узнаю знакомую интонацию, значит цел мой начальник.
Быстро подхожу к двери и открываю ее шире и замираю. Пётр лежит на полу… в трусах.
— Лия, ты будешь меня разглядывать или все таки поможешь встать? — снизу раздается голос.
Я перевожу взгляд на лицо мужчины, что весьма непросто. Почти два метра мускулов в боксерах меня, мягко говоря, впечатлили. Мои щеки тут же запылали, сказался таки малый опыт общения с обнаженными мужчинами, вернее его отсутствие.
— Лия, очнись и подгони сюда коляску!
Отмираю и в два шага оказываюсь в комнате, подтаскиваю чудо техники к двери и не знаю, что делать дальше.
— Я довольно тяжёлый, но если ты поможешь мне перевернуться, то я смогу взгромоздится в это чертово кресло! Возьми меня за руку, Лия. — Пётр протягивает мне руку и я, наконец, окончательно прихожу в себя и мы начинаем, очень даже слаженную, операцию по подъему начальника с пола.
Я подхватываю Петра Андреевича под руку и приобнимаю за бок, чтобы помочь ему подтянуться в кресло, а он, хоть и опирается на меня, все же старается на меня сильно не давить.
Под моими руками горячая и, почему-то, влажная кожа, а также совершенно каменные мускулы, в нос ударяет цитрусовый запах. Это рождает очень странные ощущения в голове, в теле. Мысленно приказываю себе сосредоточиться на деле, а не на… теле.
Кряхтим, пыхтим, но мы справляемся. Пётр снова сидит в коляске. А я замечаю, что на стуле у двери лежит рубашка и брюки.
— Что случилось? Почему вы решили мыться среди бела дня? — удивленно спрашиваю.
— Я занимаюсь для восстановления после аварии, — сообщает мужчина, — и спокойно принимал душ каждый раз, но сегодня поскользнулся и вот…
Опускаю взгляд и вижу ссадины на колене Петра. И ещё вижу, что мужчина передо мной крупный… везде.
— Врача вызвать? — обеспокоенно спрашиваю.
— Ссадины обработать? — ухмыляется мужчина в трусах, проследив за моим взглядом.
— Посмотреть не повредили ли что-нибудь, когда падали! — восклицаю возмущенно.
— Я успел сгруппироваться и упал на здоровую половину тела. Так что, все важные органы целы. — отвечает Пётр и направляет свою коляску к стулу с вещами.
26. Пётр
Это просто анекдот! Завалился в душе, как мешок с картошкой! Пытался доползти до коляски или, хотя бы, до кровати, но Лия опередила. Зашла и уставилась на меня, как на манекен в магазине.
Её ножки перед моим носом тоже не остались без внимания, но уже моего, непроизвольно наслаждался видом снизу, а эта обеспокоенная моим состоянием кукла и не заметила ничего такого.
Она сама таращилась на тело на полу, краснела и сердилась за это на саму себя. Тут я солидарен с ней — она тоже меня выводит из равновесия. Кроме очевидных естественных причин, связанных с гормонами, меня изначально что-то раздражало в этой милой и скромной девочке.
Она как вызов, как упрёк моему мужскому началу, циничному и непримиримому. А потом, когда я узнал о том, что Лия ещё имеет отношение к нашей семье, меня уже совсем расколбасило.
Она не знает, что косвенно виновата в гибели другого человека, очень для меня дорогого, и в том, что семья моя разлетелась на части после этого. Умом понимаю, что нелогично наказывать девчонку, но злость и гнев берут верх.
Не может она быть невинной овечкой, за всеми этими большими глазками и красными щёчками скрывается обыкновенная человеческая самка, как и все подобные, охочая до денег и удовольствий.
Вся моя жизнь, мой опыт это доказывают, исключений не встречал. Разница только в объемах желаемого и только. А я, как мазохист ещё и в помощницы Лию взял. С момента, как очнулся в реанимации, я веду себя как-то нелогично, раздражаюсь, потом жалею об этом, потом жалею, что проявил слабость. И так по кругу.
Работа помогает прочистить мозги и я взялся за неё с огромным энтузиазмом, но, похоже, не все так просто. Кризис средних лет у меня что ли? Всё не в радость, все не так.
С этими мыслями я оделся и вновь выкатился в кабинет, хватит мозг себе кипятить, пора действовать.
— Привет Василий! — я набрал своему другу ещё по университету. — Помощь твоя нужна. Заехать сможешь сегодня?
— Здорово Петь, чего случилось? — друг взволнованно прогудел в трубку.
— Случилось невероятное и нужно проверить, так ли это в действительности. — я не хотел по телефону обсуждать свой план.
— Ты встретился с пришельцами⁈ — загоготал Вася.
— Можно и так сказать.
— Ладно, заинтриговал, заеду сегодня!
— Хорошо, жду. — выдохнул я и положил трубку.
Идея пришла мне в голову только что, но я решил сразу ее опробовать. Посмотрим, что получится.
На столе лежит кипа бумаг, которые принесла Лия, а также готовое расписание. Документы рассортированы и сложены по темам и важности. Хм, девчонка-то имеет хоть и небольшой, но мозг, и явно неплохо училась.
— Ладно, пусть живёт, есть ее сегодня не буду, — усмехаясь, проговорил я вслух сам себе, — волк сегодня добрый. А вот завтра… посмотрим.
Просмотрев документы, решаю выехать из кабинета. В приемной Лии нет. Я уже хватаюсь за телефон, чтобы выяснить, куда она запропастилась, когда в следующую секунду моя временная помощница появляется в дверях.
— Интересно, где же гуляла моя помощница? — язвлю просто автоматически.
Лия замирает на секунду, а потом спокойно подходит к своему столу и кладет на него стопку папок, которые она принесла. Потом поворачивается ко мне.
— Петр Андреевич, меня вызвали в отдел кадров по поводу оформления меня в ваши помощницы на период болезни Елены. Это во-первых. — Лия делает шаг в мою сторону и слегка наклоняется ко мне. — А во-вторых, я принесла документы, которые вы запрашивали в отделе. И в-третьих, у меня обед! — завершает речь боевой воробышек, сверкая глазами.
— У моей помощницы график плавающий, поэтому и… — начинаю внушение.
— И поэтому Лена ушла на больничный! — заканчивает фразу Лия.
Я молча смотрю на эту пигалицу. Роста — чуть больше полутора метров, работает у меня едва ли три часа, а уже бунт пытается устраивать. И мне вспомнился момент, когда меня увозили из той районной больницы. Лия невольно проводила меня тогда, стоя у двери приемного покоя.
Я помню свою реакцию на эту девчонку, помню её ножки, волосы, фигурку. Сейчас Лия одета куда лучше, хотя и совсем скромно для возможностей ее отца. Не могу с собой ничего поделать — Лие не доверяю, как не доверяю никому, но здесь ещё и семья завязана. Нет мне покоя, грешному!