На красный свет. Нарушая правила (СИ)
— Ну, как тебе? — на этот раз вопрос прозвучал без тени издёвки.
Я обернулась, встретив изучающий взгляд, от которого стало неловко. Пожав плечами, я спросила первое, что пришло в голову.
— Здесь все дома такие?
— Хочешь прикупить себе?
— Я — не из тех, кто может себе это позволить, — без стыда сообщила я. — Отличная планировка. Не типовая.
— В посёлке нет таких домов. Мой единственный.
— Проект шикарный. Сколько бы ты не заплатил за него — оно того стоит.
— Возможно.
— Точно говорю.
— Поверю на слово. У меня предложение. Давай ты примешь душ, а потом мы поужинаем, — Игорь скинул разорванную мною рубашку, и я зависла, рассматривая татуировки на загорелой коже. Узоры вились по плечам и, плавно перетекая на грудь, создавали нечто похожее на перья, которые складывались в изображение лиса. — Нравлюсь?
Довольный голос вывел меня из созерцательной нирваны, но вместо смущения я вдруг почувствовала желание…
— Очень.
Тут смутился он. Совершенно точно не ожидал прямого ответа.
— Ты красивый мужчина, — решила я его добить. — Тело просто роскошное. Пропорциональные, без фанатизма проработанные мышцы, грамотно и красиво нанесённые рисунки. Полагаю, и на спине есть? — он кивнул. — Не удивительно, что ты так в себе уверен. Девушки любят таких, как ты.
— Таких, как я? — Игорь скривился. — А ты?
— А я не умею любить, — горько улыбнувшись, я развела руки в стороны. — Не повезло тебе нарваться на холодную девку.
— Ты горячая, — возразил, облизнувшись, мужчина.
— Это стресс. И коньяк, — пояснила я очевидное. — Знаешь, я ведь даже секс воспринимаю, как досадную необходимость в отношениях.
— Здорово. У меня появилась интересная задача, — мужчина едва сдерживал торжество.
— Накормить меня и уложить спать. О сексе мы не говорили.
— Настаивать не буду, — пообещал он.
— Предлагать не стану.
— Договорились.
Глава 14
Из душа я вышла закутанная в мужской халат, пахнущая цитрусом и мхом. Странно притягательное сочетание. Обувать тапочки не стала, наслаждаясь ощущением дерева под ступнями.
Стены тёплого оттенка сливок, казалось, светились изнутри, и я поглаживала их, ощущая шероховатость поверхности, пока шла на кухню. Выглянув из-за дверного косяка, я задержала дыхание, рассматривая мужчину у плиты. Он надел мягкую футболку и тренировочные штаны. Трикотаж облегал его тело, подчёркивая форму ягодиц, широко расставленные лопатки, хорошо очерченные плечи. С волос по позвоночнику стекала вода. Я сжала ладонь в кулак, борясь с ощущением провести пальцами по потемневшей от влаги ткани.
Он обернулся и ободряюще улыбнулся. Пойманная за подглядыванием, я качнулась на пятках и прошла в комнату.
— Ты тоже принял душ?
— У меня в комнате забился, но ещё есть в гостевой.
— Это удобно, — скривилась я. Напоминание о второй спальне ассоциировались с квартирой Сержа и комнатой, которую он приготовил для меня.
— Яичница. Это мой предел на сегодня.
— Отлично, — я устроилась на стуле, запахнув халат плотнее. — А чай будет?
— Зелёный?
— Я люблю чёрный.
— Я тоже, — Булатный казался очаровательным, совершенно не прилагая усилий быть таким. Наверное, это его природная особенность.
— Давай, порежу хлеб.
— У меня хорошие булочки, — двусмысленно протянул мужчина и указал на корзинку с бумажным пакетом внутри.
Я отломила кусочек воздушной сдобы и положила в рот. Было очень вкусно.
— Ты встречаешься с кем-нибудь?
— Нет, — я едва не подавилась. — Какая разница?
— Хочу узнать тебя поближе, — Игорь сделал вид, что не замечает моей нервозности. — Ты ведь не часто бываешь в клубах? Я прав?
— Да, — нехотя признала я. — Не люблю такие места.
— И ведь не случайно зашла в тот зал?
— Я не хочу об этом говорить, — мой голос сел.
— Скажи мне, милая, — Игорь поставил передо мной тарелку. — Ты собиралась заняться сексом с теми парнями, в туалете?
— Нет! — я попыталась вскочить, но он ухватил меня за плечи, усаживая обратно.
— Скажи мне, — жестко продолжил Булатный, не позволяя вырваться. — Ты заигралась и потом отказала?
— Отпусти меня, — прошептала я и запрокинула голову, встретившись с ним взглядом.
— Ответь.
— Я не знала… пыталась уйти, — ухватившись за его руки, я попыталась скинуть их.
Мужчина перехватил мои запястья и помрачнел. Длинные рукава халата до этого скрывали то, что я постоянно прятала под браслетами. Шрамы. Игнорируя моё сопротивление, Булатный вывернул мои руки к свету, чтобы рассмотреть кожу.
— Откуда?
— Ты сам понял, — прошипела я злобно. — К чему расспросы?
— Ты — суицидница?
— Пошёл ты…
— Отвечай!
— Так говорит доктор! — я черканула ногтями по горячим ладоням, и мужчина отступил. — Кто я такая, чтобы спорить? — рассеянно взяв вилку, я ткнула в желток. Он растёкся по белому фарфору. — Ты помнишь всё, что с тобой происходит?
— В студенчестве, когда было много портвейна и пива… — задумчиво протянул Игорь и обошёл меня, садясь напротив. — Ты на учёте? Кто врач?
— Что? — я уставилась на наглеца, не веря своим ушам. — Это что, допрос? Я не обязана отвечать! Ты мне — никто!
— Но это не мешает тебе сидеть на моей кухне, в моём халате и есть ужин, приготовленный мной.
— Я не ем, — толкнув тарелку, я скрестила руки на груди.
— Тебе сложно мне ответить?
— Это слишком личное.
— Дорогая, я забирался тебе под трусики и возможно чуть позже ты сделаешь то же самое со мной.
— Хам, — я задыхалась от возмущения.
— Снимай халат, и я тебя трахну на столе, — спокойно предложил этот наглец.
— Ты больной!?
— Вот это было хамство. А до того я выяснял информацию. Для твоей пользы.
— Достаточно, — заявила я, демонстративно поднимаясь. — Твоё предложение о ночлеге в силе?
— Да.
— Гостевая, наверняка, на втором этаже. Я права?
— Вторая дверь справа по коридору, — холодно подтвердил Игорь.
— Булочки я заберу.
Подхватив пакет, я гордо подобрала волочащиеся полы халата и пошла к лестнице. Надеюсь, она не рухнет под моими ногами, и я не навернусь по дороге.
Комната была очень уютной. Окно выходило на дорогу. Я закрыла жалюзи, откинула покрывало с постели, заглянула в душевую, поняв, что Булатный пользовался именно этой. На зеркале осталась испарина, а на полу — влажное полотенце.
Раздевшись, я забралась под одеяло и свернулась калачиком. На потолке мелькали тени. Зажмурившись, я решила представить себя дома, но от этого стало ещё страшнее.
Тихие шаги я услышала спустя минут пятнадцать и замерла в тягостном предвкушении. Хозяин дома постоял возле двери пару минут, после чего пошёл дальше по коридору. Не знаю, чего во мне теперь было больше — разочарования или облегчения.
— Сволочь, — прошептала я и накрылась одеялом с головой.
Глава 15
Утро началось с громкого смеха, доносящегося с первого этажа. На парковке стоял мотоцикл. Отсиживаться здесь вечно я не могла. Это было глупо.
Умывшись, я снова набросила халат и вышла в коридор. На дверной ручке снаружи висело моё платье, и к плинтусу сиротливо прижались туфли. Искушение было слишком велико и, точно зная, что Игорь внизу, я зашла в его комнату. Разворошённая постель явно свидетельствовала о том, что мужчина провёл бессонную ночь. В груди разлилось незнакомое приятное ощущение.
Решив быть наглой до конца, ведь переживать о загубленной репутации было уже поздно, я порылась в высоком шкафу и выбрала себе белую рубашку из десятка висящих на вешалках. Она доходила мне до середины бедра. Я стянула её узлом под грудью, а рукава прекрасно закрывали отметины на запястьях. Браслеты остались в душевой внизу. Одёргивая несколько смятую ткань платья, я осматривала стол у панорамного окна. И тут я зависла. Чертежи. Много. Листы бумаги, исчерченные схемами, набросками и расчётами, а на мольберте, у самой стены схематичный рисунок дома над рекой. Подхватив карандаш, я нанесла несколько штрихов, добавив балку и крепление под навесом, над ступенями. Затем я увеличила раму… и очнулась. Это было слишком. Слишком интимно для любого, кто понимал в творчестве и творении. Свернув волосы, я закрепила узел карандашом и побрела к выходу. Теперь я знала, в чьём доме оказалась. Конечно, я должна была вспомнить раньше. Его имя часто произносили на лекциях, его работы приводили в пример. Однажды я мечтала по окончании института пройти стажировку именно у него. И как у одной из лучших на курсе, мне наверняка бы это удалось. Только всё в прошлом. Того будущего, которое я когда-то строила, больше нет.