Бунтари элитной академии (СИ)
– Не получится, – я прикусила губу Даниила, слегка оттянув ее, наши языки случайно встретились, и меня словно прошибло разрядом тока. В глазах все поплыло, дыхание сбилось, сердце готово было выпрыгнуть из грудной клетки навстречу новым ощущениям. Эта близость сводила с ума.
– Проверим? – самодовольно сказал Новиков. Его рука скользнула по внутренней части моего бедра, и когда она прошлась в том самом месте, я чудом сдержала стон, рвущийся наружу. Тепло разливалось по всему телу, подобно горячительной смеси. Между нами, казалось, летали искры, отсчитывая секунды до атомного взрыва в легких.
Застежка на штанах расстегнулась, облегчив дыхание, но сковав все органы от дикого смущения. Я поддалась вперед, хотелось оказаться еще ближе, хотелось почувствовать его возбуждение.
– И ремень-то не нужен, детка, – шепнул Даня, коротко поцеловав меня в губы. Нежность переплеталась с безумной страстью и голодом. Я подалась вперед, в надежде утолить жажду, целовать до исступления и стонов, но Новиков не дал мне такой роскоши: он резко отступил.
– Подумай о своем поведении.
– Что? – выпалила я.
– Добрых снов, – кинул он напоследок с усмешкой, словно игрался со мной, словно таким образом пытался показать свою власть над моим телом и душой. И, черт возьми, у Дана это отлично получилось.
Глава 30. Арина
День выдался довольно серым: небо затянуло тучами, погрузив академию в полумрак, пары отменили из-за внепланового собрания, а Новиков вовсе пропал, тем самым подарив новую порцию тревоги. И пусть Леся сейчас была в безопасности – пребывала в лазарете с Дашкой и постепенно вспоминала, что произошло, – я не могла найти себе места. Выйти из игры невредимой ей удалось совершенно случайно. Дмитрий Константинович сорвал жуткое мероприятие, а после неравнодушный студент помог спуститься Дроновой с конструкции.
Единственный из всех присутствующих. Один из полусотни!
Не оставалось сомнений, что академия полна нехороших людей и уже привыкла жить по правилам братства. Что говорить, ведь сам директор закрывал глаза на очевидные преступления. А быть может, вовсе их разделял.
И пусть Даня настоял, чтобы я не вмешивалась, но внутреннее чутьё подсказывало: один он не справится. Я не могла оставаться в стороне. Больше нет.
Покинув комнату, чтобы немного развеяться и найти Новикова, я поняла, что больше не чувствую себя в безопасности. Давили не только стены, но и фантомные взгляды, от которых было сложно избавиться. Казалось, за мной наблюдают везде: в библиотеке, столовой и даже женской уборной. Мои подозрения подтвердились, когда хозяева этих взоров преобразовались в тени, преследующие меня повсюду.
Чёртово братство.
Они ходили по пятам, превратив слежку в очередную забаву. Я видела Егора, что мелькал в толпе студентов, подобно призраку; слышала мерзкий смех Вовы, который эхом проносился по коридорам. И, кажется, ощущала Андрея у себя за спиной, когда стояла в очереди за чаем. Было ясно одно: меня нарочно изводят. Играются, преследуя свои идиотские цели. И так как Новиков отсутствовал, я решила выйти во двор, решила выбраться из мнимой ловушки.
Улица встретила меня прохладой. Усевшись на покрытый многолетним мхом бортик фонтана, я жадно втянула воздух. По исходившим изо рта облачкам пара поняла, как сильно была взволнована. Дрожь пробирала до костей, а пальцы посинели от холода. Но мёрзнуть здесь было куда лучше, чем вздрагивать от любого шороха.
Да уж, в этом месте скучать не приходится.
Ещё каких-то полгода назад я и подумать не могла, что моя жизнь перестанет быть томной, домашние проблемы лишатся значения, а каждый новый день будет походить на этап выживания. Полгода назад я и мысли не допускала, что в современном мире есть место абсурдной несправедливости: когда людей лишают всяких прав, играют с их жизнями, а тот, кто обязан предотвращать подобное, не видит этого или попросту не хочет замечать. Немыслимо!
Понимание, что Леся могла стать их жертвой, отражалось болью в сердце. Мне не хотелось мучать её бесконечными расспросами, ведь ей и самой сейчас нелегко. Я обязательно её поддержу, но позже. Сейчас подруге нужен только покой.
Впрочем, я тоже хотела побыть в одиночестве. Собраться с силами и, наконец, разработать собственный план, где не будет места запретам Даниила. Он беспокоился обо мне, я знала, но именно поэтому Новиков не мог мыслить холодно. Даня сбивался с цели, как только мне угрожала опасность. Вывод напрашивался сам: мне нужно его поддерживать и в тоже время действовать самостоятельно.
Пока главной целью был телефон, что прятал в тайнике Рогов…
Стоило подумать об Альфе, как мысли тут же материализовались. Послышался треск сухих листьев, а после перепуганная стая воронов закружилась в небе. Я вся напряглась, осознав, что меня настигли и здесь.
Мир снова стал вращаться, подобно адской карусели.
Подскочив с места, я метнулась к входу в академию, но тут же осеклась, заметив на крыльце Егора. Он явно ждал меня, вальяжно облокотившись на перила. Сомнений не осталось – на меня открыли охоту.
С чего вдруг они переключились на меня?
Сменив курс, я направилась к аварийному выходу, но тот как назло был заперт. Последняя возможность вернуться в академию, не встретившись лицом к лицу с пятёркой, ускользнула сквозь пальцы. Как и уверенность в том, что Андрей не причинит мне вреда. Справедливости ради, я никогда не была в этом уверена.
Паника стремительно нарастала, выталкивая здравый смысл.
Торопливо обойдя здание, я юркнула в открытые ворота, всё ещё надеясь остаться незамеченной. Впереди был только лес, в дебрях которого проглядывалась заброшенная постройка. К ней я и направилась.
Спокойно, Арина. Не поддавайся на их провокации.
Но мой шаг ускорился, когда за спиной послышался мерзкий гогот. Казалось, мне дышат в затылок. Посторонний шёпот заполонил голову. Сама того не поняла, как пустилась в бег, тем самым приняв правила игры. Ведь убегая, я лишь подтверждала статус жертвы, невольно потакая прихотям Рогова.
Остановившись напротив старого заброшенного амбара, еще раз оглянулась. Сердце ходило ходуном, а страх сковывал легкие. За спиной послышался хруст, с дерева сорвался ворон, пролетев прямо над головой.
Меня явно настигали. Предполагать для чего всё это затеяно не представлялось возможным. Они охотились, я была жертвой – точка. Мне ничего не оставалось, как скрыться в трёхэтажном здании и молиться о том, чтобы парни оставили меня в покое; прошли дальше вглубь леса, решив, что я притаилась именно там.
День однозначно выдался мрачным. Впрочем, как и все дни в «Валькирии».
Дернув речку деревянной двери, я оказалась в полумраке заброшенного строения. Из-под разбитых стекол местами проникали лучи светового дня, а вместе с ними и вой ветра. В воздухе застыла строительная пыль, сырость и запах чего-то горелого. Я скрестила руки на груди, сглотнув.
Господи, что я тут вообще делаю?
На улице раздались знакомые голоса. Не думая ни секунды, проскочила на третий этаж. Металась между полуразрушенных стен, оконных вырезов и каменной насыпи. Пол под ногами скрипел, а морозный воздух проникал под одежду. В панике я пыталась найти убежище, однако воображение играло в злые шутки со мной: то померещилась чья-то тень в проходе, то раздался глухой звук, заставляя резко обернуться.
– Она сюда зашла? – пронесся эхом с первого этажа мужской голос. Кажется, это был Ковалев.
Сердце ухнуло в пятки, сжимаясь в тугой комочек. Казалось, братство вот-вот настигнет меня, казалось, еще секунда и я попадусь. Ладони сделались влажными, практически мокрыми, я протерла их об ткань брюк и дернулась вглубь длинного темного коридора.
Проклятый скрип старого напольного покрытия выдавал меня, а может это страх издевался над разумом. Я то и дело оглядывалась, спотыкалась, передвигаясь практически наощупь. Темнота затягивала, подобно бездне, нагнетая и без того жуткую атмосферу.