Неужели это ты! (СИ)

— Я дура, что не призналась, — шепчу я и ищу в глазах любимого поддержку.
— Я могу понять тебя, любимая. — Руслан встаёт и присаживается рядом со мной на колени. — Понимаю, тогда ты не доверяла мне, и понимаю, почему именно псевдоним.
— Я не могла под своим именем публиковаться, родители мне бы не дали, — признаюсь я.
— Я на тебя не сержусь совсем, — искренне произносит он. — Я восхищаюсь тобой и твоим талантом.
— Спасибо тебе и прости, пожалуйста, — шепчу я и обнимаю любимого.
— Всё хорошо, — кивает Ру, обнимая моё лицо двумя руками. — Я люблю тебя!
— Я тебя люблю, спасибо тебе за всё, — отвечаю я и целую такого родного человека, изменившего мою жизнь.
— Но злодеи ещё не наказаны, — улыбается он.
— Их конец близок, — усмехаясь напоминаю я.
Наконец-то можно вздохнуть спокойно, отпустить тайны и секреты, просто наслаждаться жизнью.
  
Глава 32
 
Утро вечера мудренее…
Я так переволновалась из-за разговора с Русланом, что не помню, как уснула. Парни ещё что-то обсуждали, но у меня не было сил слушать их и участвовать в разговоре. Я ушла к себе в комнату, пожелав всем “спокойной ночи”. Руслан хотел пойти со мной, но я знаю, что брат намеревался с ним поговорить и оставила наедине.
Когда они разошлись — не знаю, только почувствовала что-то тёплое и уютное рядом с собой. Не просыпаясь, теснее прижимаюсь к самому любимому человеку.
Утро будит меня ароматным запахом кофе, который заставляет встать с кровати. Даже песни Эль сегодня не слышала, или же белочка спала тихо, хотя такого в нашей квартире не бывает.
Заглядываю на кухню, Руслан стоит спиной ко мне и что-то увлеченно готовит не замечая меня. Эль как всегда рядом с ним, а точнее сидит на его плече и внимательно следит за процессом готовки. К такому меня жизнь не готовила: что надо делить своего мужчину с мохнатой пронырой.
Тихо подхожу к нему и прижимаюсь к его спине. Вдыхаю такой любимый дерзкий горьковато — цитрусовый аромат, который я так его люблю. Он так подходит Руслану и полностью с ним сочетается.
— Доброе утро, любимая, — Ру оборачивается ко мне и нежно целует. — Мы тебе завтрак готовим.
— Доброе, я заметила, — говорю я и пытаюсь подглядеть, что такого аппетитного он готовит. — Запах кофе заставил меня встать с кровати. Что там у тебя вкусненького? Я ужасно голодна.
— Вначале иди и умойся, а потом тебя ждёт самый вкусный завтрак на свете.
— Я быстро, — киваю я и целую Ру в щёку.
Иду в ванную, стараюсь как можно быстрее привести себя в порядок. После забегаю в комнату, чтобы одеться, сегодня выбор пал на красные брюки и белую футболку с надписью на корейском языке.
Прихожу на кухню в тот момент, когда Руслан ставит на стол горячие кружки с бодрящим напитком. Стол уже накрыт на двоих, брата не видно. Странно, он же говорил, что в отпуске до конца месяца.
— Руслан, а где Олег? — интересуюсь я. — Он же говорил, что в отпуске.
— Не переживай, он поехал по каким-то важным делам в фирму деда, — успокаивает меня любимый.
— Опять дед хочет втянуть его в свой бизнес, — с улыбкой выдаю я.
— Сказал, приедет, как только сможет.
— Хорошо.
— Какие у тебя планы дорогая? — задаёт вопрос Ру, накладывая мне в тарелку аппетитную яичницу с беком. Всё-таки как сексуально, когда мужчина умеет готовить, мне повезло в этом плане.
— Я хочу поговорить с тётей, но надо под её время подстроиться, — делюсь я. — А то я забываю, что у них на два часа меньше, чем у нас.
— Мне надо немного поработать, но я буду из дома это делать, — сообщает Руслан. — Проверить сроки и типографию, тебя одну я не оставлю.
— За меня не переживай, мог бы спокойно ехать на работу, — произношу я.
— Нет, я успокоюсь, только когда твои родственнички исчезнут, а пока ни на шаг от меня, — угрожающе говорит он.
— Хорошо, дорогой, как скажешь, — спорить с ним совсем не хочется. — Я поговорю с тётей, потом решим, как действовать, — решаю я и допиваю вкусный кофе. — Спасибо, дорогой, за завтрак, всё было очень вкусно, — целую Руслана.
 
— Я рад, что тебе понравилось, — улыбаясь, отвечает он мне. — Я здесь поработаю, не хочу мешать твоему разговору с тётей, всё же это касается вас двоих.
Помогаю Руслану убрать на кухне, он приносит свой ноутбук и погружается в работу, я замечаю название книги, над которой он сейчас усиленно работает, и у меня сердце замирает. Ведь это моя история. Как я рада, что больше ничего не скрываю, даже дышать стало легче. Знаю, любимый сделает для моей книги всё самое лучшее. Я уверена в нём.
Дедушка заранее оставил мне телефон тёти. Честно, мне ужасно страшно говорить с ней после стольких лет молчания. Я боюсь, вдруг тётя на меня обиделась, но я знаю, это не в ее характере. Она всегда была за честность и правду. Понимаю, почему маме было выгоднее меня оставить здесь, с Олегом, ведь в Лондоне я точно встретилась бы с Амелией.
Эмоции успели отступить, и осталось только желание расставить всё по своим местам. Хочется взглянуть в глаза своим родителям и увидеть хоть малейшее сожаление, но я сомневаюсь, что это чувство им знакомо. Такие люди не умеют жалеть о чём-то. Они игнорируют нормы морали и совесть, просто идут вперед.
Смотрю на время, чтобы точно не ошибиться и не позвонить не вовремя. Я помню, что тётя всегда просыпалась рано, выходила на пробежку. Она всегда мне говорила: “Бег — освежает мысли, отпускает эмоции, позволяет посмотреть на ситуацию с другой стороны”.
Амелия младше мамы, однако была опорой бабушки, она всегда проявляла интерес к работе своей мамы и любила помогать ей в фирме. Я была очень удивлена, что отец стал преемником, а не она. Но тетя не была бы собой, если бы не создала свою фирму и не стала главным конкурентом отца. Он дико бесился из-за этого.
Глубоко вдыхаю и набираю заветные цифры номера тети. Гудки меня пугают, однако отступать не время. Вдох облегчения слетает с губ, когда слышу:
— Алло, — произносит звонкий голос, который я не забыла даже спустя столько времени.
— Здравствуй, тетя, рада тебя слышать, — тихо говорю я.
— Карина? Девочка, как неожиданно, но я тоже тебя очень рада слышать, — восхищённо начинает она. — Я так мечтала тебя услышать. Как ты? Как Олежка?
— Всё хорошо, прости, что так давно тебе не звонили, — с горечью признаюсь я.
— Ну что ты, детка. Я тебя не виню, ты тут ни при чем, — успокаивает меня тетя. — Я понимаю, честно, я не думала, что твои родители опустятся до такого, но бог им судья. Главное, у вас с Олегом всё хорошо, — продолжает свой монолог она. — Мне Вениамин Германович часто звонил и рассказывал о вас, вы же не чужие, мои любимые маленькие хулиганы.
Вспоминает тётя, наши детские проделки с Олегом. Мы часто заставляли их нервничать. Два сумасшедших бесёнка, держали в напряжении всех родных.
— Вспомнишь тоже, тётя. Когда это было? Столько лет прошло, — с улыбкой на губах замечаю я.
— Я рада, Кариш, что ты позвонила, — искренне повторяет Амелия. — Я давно хотела с тобой и твоим братом поговорить, но твоя мать не позволяла и сделала всё, чтобы я до вас не добралась.
— Почему мама так не хочет, чтобы мы общались? — задаю я самый важный вопрос.
— Твоя мама — сложный человек, Карин, — начинает она рассказ. — И очень ревнивый, у нас сложные отношения всегда были. В детстве она меня не очень жаловала, ведь я младшая и любимая, как считала твоя мама.
— Она ревновала бабушку к тебе? — спрашиваю я.
— Да, она считала, что наша мама ей не уделяла внимания, да и к тому же я потянулась к адвокатуре. И это стало точкой раздора.
— Почему? Мама никогда не проявляла интереса к юриспруденции, да она вообще никогда не работала, — вспоминаю я.
— Тут отец приложил к этому усилия, всё время говорил: “Женщина должна сидеть дома и заниматься детьми”. Неудивительно, что с мамой они прожили не так долго. Они развелись, когда мне было четыре года.