Детективное агентство "Штык" (СИ)
— Стандарт, в общем, — кивнул Иван. — Тогда сегодня ночью надо обязательно нанести туда визит.
— Что-то узнал?
— Лис зажопился, значит, уже сделал все выводы и получил результаты экспертиз, а завтра будет проводить следственный эксперимент. Если не затопчут, то точно исказят ауры и следы.
— Раньше стража не шевелилась так быстро, — отозвался карлик.
— Потому и создали отдел по борьбе с бандами, а затем и ОСГ. Эх, посмотреть бы на результаты вскрытия убитого мага! Если там еще и сотрудничество с закрытыми общинами, Гипножабе не отвертеться.
— Думаешь, из-за этого так торопятся?
— Уверен, — отрезал Иван. — Даже если сама Гипножаба отвертится, подрежут крылышки, изымут секс-кукол, как проходящих по следствию и в процессе найдут еще улик и убийство Степана Клина плавно перерастет в борьбу с бандой. Извели же они Мертвых Голов и Руку Зомби?
— Да, жизнь уж точно стала спокойнее, — согласился Ахмат.
— Займись пока текучкой по дому, а я проедусь, поищу Проныру, — сказал Иван.
— Давай я помогу!
— Чтобы опять твои дружки из прошлого полезли и мне пришлось их отстреливать? Нет уж, сиди дома.
— Может мне нравится, как ты их отстреливаешь, — проворчал Ахмат.
До самого вечера Иван ездил по Тырнову, поглядывая на датчик заряда мяу и по сторонам, в поисках Проныры. Останавливался в разных местах, задавал вопросы, даже не пытаясь скрываться. Спугнуть Хемуля, чтобы тот сам вылетел на свет, пытаясь скрыться, таков был план. Попутно Иван размышлял о повреждениях стен и станков в мастерской Степана Клина, пытаясь нарисовать общую картину.
Картина не сходилась, даже при условии нападения третьей стороны.
Иван сидел в «Пяти ветрах», когда увидел, что к нему приближается Хемуль.
— Птичка шепнула мне, что вы меня ищете, майор, — сообщил Проныра, усаживаясь за столик.
Гладко выбритый, в новеньком костюме, с белозубой улыбкой, он всем своим видом располагал к доверию.
— Бывший майор, — поправил его Иван.
— Но ищете вы меня по-настоящему, — улыбнулся Хемуль и заказал себе стакан воды и «настоящего хлеба с настоящим мясом», чем привел официантку в полный восторг. — Не собираюсь тягаться с вами в беге, знании города или скорости стрельбы, так что говорите, чем могу быть полезен.
То есть Проныра уже прослышал об убийстве Степана и ритуале черной магии, и поспешил слегка очиститься, не обращаясь напрямую к властям, так это перевел для себя Иван.
— Что ты продавал Степану Клину и когда?
— Что я мог продавать роботехнику? Роботов, технику, запчасти.
— Из Руин?
— Разумеется. Степан и сам там бывал, а если клиент хочет купить дешевле и готов нести риски, то кто я такой, чтобы ему мешать? — лицо Хемуля озарилось новой белозубой улыбкой.
Иван даже не стал начинать тему незаконных продаж, зная, что это бесполезно. В любой из городов, заключивших союз, невозможно было пронести что-то, содержащее в себе опасные радиоактивные, биологические или магические материалы. В теории. На практике зачастую ввозили запечатанные ящики и контейнеры Прежних, в которых могло содержаться что угодно. С такой контрабандой боролись, но безуспешно, как правило.
— И что ты продал ему последним?
— Вот…
Рука Хемуля полезла в костюм, чтобы достать то ли бумаги, то ли фотографию (кто бы сомневался, что он подготовил все заранее!), когда на площади Дмитрия Морского, куда выходила площадка «Пяти Ветров» раздался шум.
— Конец света еще не закончен! — прогремел громкий выкрик и сразу же раздался взрыв.
— Апокалиптики! — крикнул Хемуль, ныряя под стол.
Секта свидетелей Апокалипсиса считала, что историю с гибелью мира следовало довести до конца, в связи с чем они регулярно убивали кого-то, взрывали, пытались отравить и заразить. Они были объявлены вне закона, но регулярно находили себе последователей, даже не прибегая особо к промывке мозгов и магическому подчинению.
— Всем укрыться! — рявкнул Иван, поднимаясь.
На площади валялись окровавленные тела, уже горел автомобиль, еще несколько сектантов с громкими криками продвигались вперед, расстреливая горожан, в первую очередь тех, кто пытался дать отпор. Иван вскинул игольник, поразил одного из сектантов, безошибочно попав в стык между броней и шлемом, и тем самым привлек к себе внимание.
Один из сектантов начал замахиваться, держа в руке гранату, и Иван рванул вперед, непрерывно петляя и обстреливая метателя и его собрата. Попал в руку, граната выпала, и собрат-сектант попытался отпрыгнуть, но не успел. Взрывом его швырнул о фонарный столб, накрутило на него и стало видно, что это не собрат, а сосестра.
— Конец света неизбежен! — раздался выкрик и четвертый сектант, раненый горожанами, взорвал себя.
Вдали уже завывали сирены, над головами появился дирижабль, а Иван вернулся в «Пять ветров». Хемуля, конечно, и след простыл, наверняка удрал прямо через кухню, но под столом, за которым они сидели, Иван обнаружил распечатку снимка. Нечто вроде гроба Прежних, только со скругленными краями, с какой-то маркировкой и знаками, которые не удалось рассмотреть толком. Появилась стража, Иван проверил мотоцикл, не пострадал ли тот от взрывов, и начал помогать.
— Натуэ хиан энгма ло, а туар ло, — пропела нежно Олеся, взмахивая жезлом.
Кончик его светился и чертил знак, отчетливо видимый в темноте. Знак этот повторял охранный знак, вычерченный над дверью мастерской Степана, и, едва закончилось заклинание, подлетел к собрату.
— Все, контур замкнут, теперь один знак будет охранять другой, — сообщила Листва, зевая, — а когда уйдем, то снимем и никаких следов не останется.
— Молодец, лейтенант. Рядовой, твой выход.
Ахмат скрылся в темноте пролома, влетел внутрь и обезвредил охранный контур. Затем они вошли внутрь и Олеся, зевая и почесываясь, начала чертить возле фигуры на полу свою фигуру. Иван достал блокнот и зарисовывал дыры в стенах и станках, изобразив схематично мастерскую. Затем он дорисовал на схеме тела, подписал оружие и начал отмечать дыры.
— Сразу надо было это сделать, — сказал он Ахмату.
Тот разглядывал распечатку, оставленную Хемулем, пристроившись поближе к заднице Олеси, над которой парил шарик света. Сам Иван обходился переносным фонарем.
— Да капитан сбил, сразу полез с жаркими объятиями к Татьяне.
— А ты и приревновал, — ехидно добавила Олеся, отпихивая его кресло.
Затем она долго колдовала, что-то считала и снова колдовала, пока Иван обследовал еще раз повреждения и пытался выстроить в голове картину боя. Ахмат откровенно скучал, затем пристроил кресло в углу и захрапел, пуская пузыри и подергивая во сне миниатюрными ножками, словно убегал от кого-то.
— Душа вошла в круг, но не вышла из него, — объявила Листва, утирая пот со лба. — Знала бы, посох прихватила бы.
— Не вышла или была отторгнута целиком?
— Сам круг — внутренний контур, он ловушка для души, чтобы удержать ее и привязать к предмету внутри. Остаточных эманаций вокруг нет, душу не рассеяло, это точно.
— Куда же она делась?
— Не знаю, — пожала плечами Олеся. — Следов исследования ОСГ не вижу, похоже они не проверяли версию о душе.
— Если бы она вселилась в секс-куклу?
— Она обязана была привязаться к секс-кукле, но тогда душа Степана выступала бы батарейкой и могла бы управлять ей, раз уж ритуал не довели до конца.
— Да, не довели, им помешали в середине, — задумался Иван. — Даже если оставить в стороне Гипножабу…
— Совершенно зря, командир, — подал голос проснувшийся Ахмат. — Их маг творил ритуал, их и надо прижимать, да выбивать информацию.
— Влезая поперек ОСГ, затеявшей борьбу с бандой?
— Тем более надо спешить!
— Вполне возможно, что маг вообще заезжий гастролер, просто подчинил парочку рядовых, охранявших бордель, да решил обзавестись своей секс-куклой, — добавила Олеся и снова зевнула. — Может дома подумаем?