Дело о золотой маске (СИ)

— Что-что, инспектор? Здоровы? Я не ослышалась? — Элли нахмурилась, даже не думая сердиться всерьез.
— Уже поправился. И намерен покинуть сие гостеприимное заведение еще до вечера, — сказал Итен.
Элли тяжело вздохнула и покачала головой:
— Как всегда…
Итен кивнул. По его меркам он и так задержался непростительно долго.
— Ах, господин Сирен, — проронила Элли, подражая то ли героине какого-нибудь модного ныне спектакля, идущего на подмостках всех столичных театров, то ли опять же героине, но очередного нового романа из тех, какие нравятся хорошеньким незамужним барышням любого возраста. — Неужели я настолько вам неугодна, что вы стремитесь сбежать уже через день?
— Через три, — уточнил Итен. Два он провалялся в беспамятстве, но это не означало, будто не присутствовал в клинике. Опять же, упустил время, а его постоянно не хватало с тех пор, как в Гранвиле вновь появилась золотая маска, где-то схороненная или спящая целых… два или три столетия.
Он поднимал архивы и выяснил, что несколько веков назад артефакт уже наделал дел. Правда не в Гранвиле — тогда столицей Челии являлся исчезнувший с карт, но не из Истории город Аркатра, ставший со временем едва ли не легендарным: людям свойственно преувеличивать важность утраченного.
В мемуарах очевидцев катастрофы, до которых сумел добраться Итен, говорилось о первом магическом университете, находящемся именно в Аркатре, из которого выпускались маги, почти не уступающие по могуществу драконам (почему после гибели столицы магическое обучение деградировало, автор, разумеется, не рассказывал, только намекал будто бы все преподаватели погибли вместе с родными стенами). Там же располагалась величайшая библиотека древних знаний и врата, пройдя через которые удалось бы не только воплоти выйти в тонкий мир, но и вернуться обратно по своим следам. Вероятно, это и привело к печальным событиям, приведшим к уничтожению города: казненная хозяйка маски искала способы вернуться из небытия в реальность.
Итен верил в прогресс и не слишком проникался россказнями о величии предков. В Аркатре некогда стоял императорский дворец, а казненная была любовницей императора. Вот она и стремилась, так сказать, вернуть отнятое. То, что трон занимал уже не тот монарх, с которым она имела дело, не было важно.
Являлась ли Аркатра величайшим городом, Итена не слишком волновало. Хватало факта: древняя столица оказалась уничтожена благодаря проклятому артефакту, нынче объявившемуся в Гранвиле.
«Объявившемуся, — со злостью подумал Итен. — Вполне возможно, не сама собой маска возникла из небытия. Некто отрыл ее в каких-нибудь развалинах. И если этот «кто-то» не стал первой жертвой, я найду его и заставлю пожалеть о рождении на свет!»
— Вот именно, — расстроенно протянула Элли: — Не-у-год-на.
— Конечно же нет, сударыня! — заверил Итен, запрятав подальше в глубину души кровожадные мысли. Не одна Элли умела подражать героям спектаклей и книг, потому, произнеся избитую фразу, он поднес к губам ее пальцы. — Но у меня слишком много работы, ты ведь знаешь.
Она знала. И давно. Лет восемь назад, когда Итен впервые домагичил до больничной койки, а Элли только устроилась на службу в эту клинику, они попытались закрутить роман. Разумеется, ничего путного из этого не вышло. Инспектор и медсестра вместе? — невозможно и невыносимо — они оба слишком много времени уделяли работе и слишком мало друг другу, а хотелось больше. Очень хотелось. Даже слишком. И при том бросать работу они не желали и не собирались, не представляя, как сумеют жить в ее отсутствие. Никогда — ни раньше и ни позже — Итен не ощущал столь сильного душевного раздрая. В конце концов, промучившись около полугода, они расстались. В этом отношении чуда не произошло. Зато случилось в другом: они умудрились сохранить теплые дружеские отношения. Если плохо становилось Элли, она тотчас бежала к нему, и Итен находил для нее и слова, и время. Наоборот — тоже. Именно Элли выхаживала его, приободряла и провожала напутственным: «И чтоб глаза мои больше тебя здесь не видели!»
 
— В одном этот старый маразматик, Сайвич, прав. Ты — тень себя прежнего, — безапелляционно заявила Элли.
Итен пожал плечами и попробовал переменить тему:
— Зачем тебе здесь работать, если он маразматик?
— Без меня начнется полный кавардак, — заявила она зло.
— Но у тебя и образование, и опыт, и умения. Ты уже не та, едва окончившая академию девочка, какой переступила порог… мягко говоря, далеко не лучшей клиники в Гранвиле. А этот старикашка держит тебя в медсестрах лишь потому, что вбил в голову, будто врач обязан быть сильным магом.
— Если наша клиника далеко не лучшая, чего же здесь забыл ты? — сощурившись, спросила Элли.
— Ах, — Итен дурашливо закатил глаза к потолку и коснулся ладонью лба, — несравненная госпожа, вам же прекрасно известно из-за кого я вынужден появляться именно здесь.
— Конечно! Из-за своей инспекторской должности, — она прыснула в кулачок, видимо у Итена вышло скорчить по-настоящему забавную рожу. — Во-первых, управление полиции заключило договор именно с Сайвичем, а во-вторых, ты не умеешь вовремя остановиться и всякий раз не просто опустошаешь резерв, еще и жизнью рискуешь.
«Каков смысл беречь себя, если особняк перестал бы существовать?» — мог спросить Итен, но предпочел сказать другое:
— Просто я очень хочу тебя видеть. Но хорошо бы не здесь. Правда. И ты — отличный специалист.
Он возвращался к этому разговору не впервые, но раньше говорил, не имея четкого плана действий. Теперь же Элли могла уйти не в какую-то еще клинику, а в лучшую: на прошлой неделе Итен переговорил с Варгатом и заручился его полной поддержкой. Доктор Дофин искал толковую ассистентку, а на магическую одаренность ему давно и основательно было плевать. Он предпочитал иметь дело с механизмами, а не с заклятиями; с хирургией, а не с настройкой магических потоков; с людьми, любящими лечить, а не с теми, кто вынужденно применял лекарские способности лишь потому, что заполучил таковые в момент рождения.
— А еще я женщина с весьма легкомысленной внешностью, — напомнила Элли, заправив за ухо выбившийся из прически золотой локон.
— Не наговаривай на себя. Ты очаровательна, но совершенно не легкомысленна, — Итен выпустил ее руку, оставив меж пальцев бумажный клочок с начертанным на нем знаком магического вызова: три пересекающихся дуги с кругом, заключенным в ромб.
— Это?..
— Поговори с доктором Дофином.
— Кем?.. Да ты…
— Ага. Я. В своем репертуаре. Не решишься сама, и он свяжется с тобой дня через три, — сообщил Итен, усмехнувшись. — Но все же лучше дай о себе знать первой, а то можешь создать неправильное впечатление.
— Ой, словно я сама не понимаю! — воскликнула Элли и убрала бумажку в карман на груди. — Нехорошо набивать себе цену таким вот вульгарным образом. И отказываться не собираюсь. Только ты…
Итен рассмеялся.
— Мог бы предупредить! А если я не справлюсь?
— Справишься, — уверенно заявил он.
— Я… правда благодарна и очень хотела поменять место работы, но… — Элли вздохнула, — думала о чем-то… ну… попроще. Варгата Дофина ведь знают все, и он… потрясающий!
Если бы не дружеские чувства, которые он испытывал, не собственное участие в судьбе Элли, не искреннее желание ей счастья пусть и с кем-то другим, Итен, должно быть, ощутил укол ревности. Слишком счастливым стало ее лицо, заблестели глаза, приоткрылись в улыбке чувственные губы.
— С тебя сейчас нужно картины писать, — сказал он.
— Просто… это же Варгат Дофин. Я зачитывалась его трудами еще в академии! Только…
— Не нужно тебе попроще, Элли. Попроще у тебя имелось все эти годы.
— Да?.. — задумчиво проговорила она.
Итен кивнул.
— Ну… хорошо. Спасибо. Но!.. — она рассмеялась. — Не пытайся сбить меня с настроя поставить тебя на ноги!
Итен поднял руки, показав ей открытые ладони:
— Сдаюсь. Я весь и полностью в твоей власти, несравненная госпожа.