Цена времени. Книга 2 (СИ)
Глава 18 «Рокировка»
Этим утром я неожиданно для себя встал по первому сигналу. Даже не столько встал, сколько вскочил, окрылённый каким-то небывалым воодушевлением. Впрочем, гвардейцы не дожидались сигнала вовсе, ибо пока я спешно умывался, одна из пятëрок, не занятая сбором лагеря и переходом в походное положение, продолжила оказывать помощь раненым. Спирт закончился ещё вчера, за исключением того небольшого количества, которое я всё же не решился пускать в ход и оставил про запас. Бинты же уже почти все израсходовали и сейчас в котелках, в которых ещё вчера побулькивало ароматное вечернее варево, кипятились ненужные тряпки.
Я и сам горел неописуемым желанием помочь бойцам в столь нелёгком занятии, однако меня ждало куда более важное для всех нас дело. Вчерашняя просьба не прошла мимо ушей моих новоиспечённых подопечных и сейчас, то и дело с любопытством стреляя в мою сторону осторожными взглядами, в полусотне метров невзначай так толпилась добрая сотня одетых по последнему слову русской военной техники человек. Во главе их я узнал Алексея с остальными сотниками, которые и собрали эту ораву, неизвестно когда прошерстив всю армию в поисках состоятельных и качественных ратных людей, которые, как я уточнил, должны были и голову на плечах иметь.
Я быстрым шагом проследовал в их сторону. Факт того, что новоизбранный и, что самое главное, молодой воевода соизволил таки направиться к ним изрядно оживил толпу. Смотрели на меня… По разному. Каких только эмоций я не прочитал на их лицах. От удивлённого восхищения до абсолютно презрительного недоверия. Причём вторых было всë-таки больше. Но это и не удивительно. Я же в их понимании, по сути своей, ошибка, которой быть-то здесь не должно. Где ж это видано, чтобы воин, пусть и добрый, но всё же двадцать годов от роду, армией командовал. А то, что от армии здесь одно название, они, видимо, не понимали.
— Здравствуйте, воины земли русской! — Я выбросил руку в приветственном жесте и слегка поклонился. Не ожидавшие такой реакции, эти самые «воины» сначала не поняли, а как очухались, так загомонили в ответном приветствии. Сложно было разобрать что-то конкретное, но общий энтузиазм, вроде как, проглядывался. Или вернее сказать «прослышивался»? — Итак, для начала я хочу, чтобы все вы запомнили: приветствовать старшего по чину следует только лишь фразой: «Здравия желаю» и никак иначе. Это понятно?
— Да! Да! Понятно! — Раздались одобрительные выкрики и лишь сотники, получившие вчера от меня знатный такой нагоняй немного погодя опомнились и слитно так выдали стандартный воинский ответ.
— Так точно! — Одновременный выкрик всего-то полудюжины глоток заглушил стадо. Я выразительно глянул на них.
— А это понятно?
— Так точно… — Попробовали на вкус новое выражение воины. Похоже, новый уклад хоть и казался им весьма чуждым, но всё же они по-тихоньку втягивались в процесс.
— Я не слышу! — Резко оборвал их я.
— Так точно! — Последовал мне практически удовлетворительный ответ. Во как, мужики-то на глазах учатся!
— Хорошо! Все вы сейчас стоите здесь потому и только потому, что вас признали лучшими кандидатами на роль будущих офицеров. Однако если я сочту это признание поспешным — вы займëте место какого-нибудь ополченца, которого отберу уже лично я. Если у кого-то есть вопросы — поднимите руку.
Вверх разом устремилось множество рук. Наверное, все, кому не лень, решили задать вопрос касательно того немногого, что я сказал. М-да, это, конечно не понятливые гвардейцы, уже мало-мальски привыкшие к моему жаргону. Ну что ж, время у нас ещё есть, к движению армия будет готова, как мне показалось, через пол часа, не раньше.
— Что ж, в таком случае предлагаю пройти за мной. Вы все сможете задать интересующие вас вопросы. — Мы подошли к месту, где ещё недавно стояли наши палатки. Свой первый военный совет я решил провести именно на этой поляне под открытым небом. Почему я приказал собрать ещё и людей с ополчения? Ну во-первых армии категорически не хватает офицерского состава даже самой начальной подготовки. Во-вторых, взаимодействие полка с этим самым ополчением, как я успел убедиться, сейчас находится на очень условном уровне. Оно выступает скорее как пушечное мясо, которое, по сути, не жалко бросить в самое пекло. Конечно, сделать из ополченцев полноценных воинов в моих условиях практически нереально, но хоть как-то наладить с ними взаимодействие и контакт — значит уже получить в случае битвы огромное тактическое и даже стратегическое преимущество.
Я потратил ещё почти десять минут на то, чтобы рассадить на земле всех в таком порядке, в котором мне хотелось бы. Дело в том, что сейчас по сути вся эта «чудо-сотня» поделилась на две почти равные части «полковых» и ополченцев. У вторых всё же было небольшое преимущество, но его, скорее всего, мне удастся вскоре нивелировать. Я рассадил всех неполным полукругом, так, что ополченцы оказались справа, а полковые, соответственно, слева. Только сейчас я понял, что подобная структура очень напоминает палату представительств США из моего мира и времени.
— Итак, ваши вопросы, господа офицеры. — И снова вверх весьма дисциплинированно взлетело множество рук. А народ-то и правда доходчивый! Что ж, возможно, всё не так уж и плохо. — Пожалуйста, вопрос? — Обратился я к статному немолодому мужчине с тёмной, как уголь, бородой. Он сидел со стороны ополченцев.
— А что значит «о-фи-це-ры»? — Процедил он новое слово по слогам.
— Ну, офицер — это человек, который командует рядовыми. Они делятся на младших, вроде десятников, и старших, вроде сотников. Вообще чинов офицерских множество и каждый старше предыдущего. — Все глубоко задумались, повисла тишина. Вот поднялась ещё одна рука, на этот раз слева. Звякнула кольчуга и приподнялся воин лет тридцати пяти. Это был кто-то из десятников.
— Я слушаю. — Кивнул ему я.
— Воевода, ты вот говоришь, «кан-ди-даты» мы. А это чаво такое? — Он состроил по-детски любопытную физиономию.
— Хм. Ну во-первых запомните все: обращаться ко мне нужно не «воевода», а «командир». Все ж таки воевода ваш сейчас без памяти лежит, а вы уже и меня его чином кличете. А кандидат — это человек, который… Хм… Ну вроде как может стать кем-то, но пока ещё не совершенно точно. — Вопрошающий удовлетворённо кивнул и даже, как мне показалось, еле заметно улыбнулся. В глазах остальных так же стало приглядываться понимание.
Когда все вопросы касательно моей непонятной терминологии были исчерпаны, я наконец смог перейти к главному. К тому, ради чего, собственно, я и собрал их всех здесь.
— Сторона ополчения, — Уже привычно обратился я к правой половине полукруга. — я сейчас обращаюсь к вам. Ваша задача — Распределить между собой всех ополченцев до единого. Я посчитал: если всего у нас осталось около десяти тысяч человек, то каждый должен взять себе по две сотни. — По всей «палате представителей» прошëлся взбудораженный шëпот. — Спокойно, друзья, это не делает вас выше сотников. Все вы, в соответствии с моей системой чинов, на время похода получаете звания майоров, так же, как и сотники из полка. — Вверх поднялась рука Алексея, который, к моему удивлению, всё это время что-то активно записывал. — Я слушаю.
— Командир, то есть как получается: ежели майор, как ты говоришь, выше по чину лейтенанта, то он им командовать может? Так ведь и у тебя гвардейцы лишь два сержанта, да ентот самый лейтенант. — Он поднял на меня глаза, отрываясь от своих записей на желтоватой бумажки.
— Не совсем. Гвардия подчиняется мне и только мне, а командует майор только теми, кто в его подразделении находится. Во всяком случае до тех пор, пока майор другого подразделения в силах выполнять свои обязанности. Ну, то есть жив, здоров, боеспособен. — Алексей почесал затылок, но всё же удовлетворённо кивнул.
— Я понимаю, это не очень просто. Однако это сейчас необходимо как никогда. Без грамотно построенной системы мы обречены на провал. — Все понимающе закивали и вновь принялись меня слушать. — Майоры, отберите себе по два капитана, каждому по сотне. У каждого капитана по три лейтенанта. У лейтенанта три десятка человек и три сержанта. Каждый сержант командует десятью рядовыми. Отбирать в командиры только самых толковых, на обычных крестьян старайтесь не размениваться. А, и ещё. Определитесь между собой, у кого в составе будут только пешцы, а у кого только конники. Допускаю наличие одного смешенного отряда. Вопросы? — И снова лес рук. Я глубоко вздохнул и принялся снова разжëвывать такую непростую, но такую важную систему. Вопросы в основном поступали по поводу новых терминов, что было для меня ожидаемо. Однако для себя я решил, что пока занимаю в этой армии такую высокую должность — строить её буду на своё усмотрение. — Так вот, сторона ополчения, можете взять на время десятников и с ними начать набирать в отряд бойцов. Хватайте всех подряд, всё равно у нас сейчас каждый человек на счету.