Суккуб: Поймать демона! (СИ)

Я вытаращилась и даже отодвинулась, чтобы посмотреть на Деймона:
– Чего? Он запретил своему народу жениться?
– Да, на представителях своего народа, с другими – можно. И если кто-то хотел иметь детей, им следовало сначала найти супруга иной расы. А иные расы не горели желанием связывать судьбу с демонами. Все стали крутиться кто как может, легче всего было инкубам – голову заморочил и уволок к себе, а там уже никуда не денется, будет носить демонят. Правда, за человеческими женщинами приходилось мотаться в другие миры, потому что воровать в своём мире было гораздо опаснее. Суккубы наоборот путешествовали по другим мирам, находили себе там подходящую пару и возвращались уже беременными, а иногда там и оставались, оттуда много полукровок по всей Сфере, их трудно отличить от людей или эльфов, если они хорошо прячутся. Сам владыка Габриэль освободил от клятвы верности всех своих жён и наложниц и ушёл искать просветления в Мир лесных духов, поселился в их монастыре и там завещал себя похоронить. На престол взошёл его сын, Армин Иссадор, тоже по примеру отца распустивший наложниц и бездетный. А наследник ему был нужен. А так как он был владыкой, то жениться на ворованной безродной человеческой женщине ему было по статусу не положено, ему нужна была благородная жена. И он решил породниться с правящей фамилией лесных духов, но ему категорически отказали. Тогда он жену себе похитил.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ 
Я внимательно смотрела на Деймона и мне казалось, что я тоже научилась читать мысли. Он наполовину лесной дух. Сколько ему лет? Он говорил, что двадцать лет назад снеговика лепил...
– Да, так и было, лепил. Так получилось, – он грустно улыбнулся, прижал меня к себе, но мне казалось, что он просто не хочет смотреть мне в глаза. Над площадью медленно поднимались жёлтые фонарики, заполняли небо. Я сказала, что я в это не верю, но сейчас захотела загадать желание, что-нибудь для Деймона, хорошее, но я пока не могла сформулировать, что. Ему было грустно, я это чувствовала, но как это исправить...
Он вдруг подхватил меня на руки и посадил к себе на колени, обнял, стало жарко, я оказалась со всех сторон окружена Деймоном, его руками, его запахом. Он пах чем-то праздничным, хвоей, смолой, мандариновой коркой, костром и сладостями, в него хотелось зарыться и прижаться покрепче, я слышала его сердце, чувствовала дыхание, хотелось сидеть так вечно. Но дослушать всё-таки тоже хотелось, уж очень большая выходит несостыковка, почти в двести лет.
– Давай в следующий раз? – устало вздохнул Деймон, – про Грань я тебе рассказал, а про семью как-нибудь попозже.
– Не рассказал про Грань, – пробурчала я.
– Да рассказал... Владыка назвал комплекс укреплений в мире демонов Каста-Гранда, а совокупность своих владений в обоих Мирах – Иссадор Терра, земля Иссадоров. Когда к нему добрались исследователи из Содружества Миров, то дали Грани короткое имя по регламенту – Ис, а владыке выдали международный паспорт, урезав имя по стандарту – Армин ис'Тер. Говорят, он жутко разозлился и велел гнать представителей в шею.
Я улыбнулась, Деймон пощекотал мои рёбра пальцем:
– Всё запомнила? Мне это дядька рассказывал, дед Алана, он третий сын Габриэля Иссадора, он при этом всём присутствовал, видел Каста-Гранда ещё порталом в чистом поле. Завтра прочитаешь, как это в ваших учебниках описано, расскажешь впечатления.
– Хорошо, – я всё равно думала о том, о чём он не хотел говорить. Но не спрашивала, хочет молчать – пусть молчит, не всё сразу. Решила сменить тему: – Научи папоротник сгибать.
– Это просто, смотри, – он посадил меня немного по-другому, чтобы освободить одну руку, стал чертить в воздухе, поясняя по ходу: – Растения двигаются только когда растут, то есть, чтобы заставить их шевелиться, надо стимулировать рост. Обычно их стимулирует солнце, вода и земля, иногда ещё сигналы от других растений.
– Какие сигналы? – округлила глаза я.
– Они общаются, – улыбнулся Деймон, – но подделать сигналы от других растений сложно, так что идём по лёгкому пути, через свет и воду. Вот формула, – он опять с потрясающей скоростью и точностью выдал сложную многоэтажную формулу, стал объяснять выведение, потом показал, как её можно изменить, чтобы растения складывались не по кругу, а волнами, продемонстрировал на практике, уложив траву под ногами в круги и треугольники.
 
Я тоже попробовала, но что-то перепутала и травинки закудрявились как Владкина рыжесть, Деймон смеялся, я его била, потом всё-таки нашла ошибку и сделала правильно. Чуть изменила формулу и уложила мягкими волнами, потом сделала ещё один круг по-другому, потом треугольник. Получалось здорово, я подумала, что в классе на лекциях вздыхала о его глазах, а на свидании вдруг прониклась его педагогическим талантом, потом вспомнила, что он всё слышит, смущённо посмотрела на Деймона, он изобразил физиономию «ну наконец-то оценила!», мы рассмеялись. Он обнимал меня, я смотрела на наши художества на траве, в хаотично разбросанных кругах, треугольниках и волнах даже прослеживалась какая-то гармония, почти система. Красиво. Он поцеловал меня в висок, обнял крепче, я закрыла глаза, тихо сказала:
– Красиво конечно, но очень сложно. Мне кажется, их можно обычной «волной силы» так согнуть, только время воздействия поставить побольше.
– Можно, – поморщился Деймон, – но они тогда не выпрямятся.
– Выпрямятся, примятая трава же выпрямляется.
– Микроповреждения всё равно остаются, – качнул головой Деймон, – это не проходит бесследно. А по моей формуле они просто получают энергию солнца и компенсируют избыток роста новым ростом в нужных местах, без потерь.
– Здорово, – я смотрела на него с таким обожанием, что сама себе не верила, казалось, я сейчас проснусь и окажется, что я всё придумала, что надо идти на пару, где он будет любезничать с красотками и не замечать меня. От этой мысли стало страшно, Деймон обнял меня крепче, тихо сказал почти на ухо:
– Завтра практикум. Ты будешь работать со мной.
– Почему? Не боишься, что нас заподозрят в особых отношениях?
– Не заподозрят, – иронично улыбнулся он, – у тебя не будет пары. Зайдёшь последней, потому что проспишь и опоздаешь, все будут ждать в коридоре, сам практикум я буду принимать в аудитории. Буду приглашать по двое, «врач» плюс «пациент», на жеребьёвку ты опоздаешь, поэтому билета с номером у тебя не будет, будешь ждать в коридоре, пока все не закончат. Потом войдёшь одна. Я тебя телепортирую туда, где нет сигнализации от демонов, дам вашу с Кори супер-верёвку и магнит. Формулу облучения чёрной пыли силой земли ты помнишь?
– Не наизусть, – напряжённо ответила я, он нахмурился:
– Выучи. И шпаргалку себе напиши на руке, на всякий случай. Это важно, я хочу показать, как это работает, нескольким специалистам из разных групп, не студентам, а настоящим учёным. Хочу, чтобы они увидели весь процесс, очистку раны, заживление и подпитку по твоей системе – может, это вдохновит их на подвиги. Они всегда бесятся, когда я привожу им в пример сопливых студентов, и ещё сильнее бесятся, когда эти сопливые студенты утирают им нос. Если они увидят тебя... – он многозначительно ухмыльнулся, – в общем, у них будет стимул.
Я надулась и отвернулась – конечно, если это сделает Кори или Лейли, то это будет нормально, они выглядят почти взрослыми. А если перед бородатыми учёными выступит «котёночек» от горшка два вершка, то это будет обидно, им захочется реабилитироваться.
– Чёрт, Никси! Как можно было это так понять?! Я имел в виду твою систему подпитки, я сделаю вид, что знаю, как это работает, а им предложу дойти своим умом, они примут вызов, не смогут не принять! И ты не «два вершка», ты нормальная. И красивая. Ты же сама говорила, что все демоны красивые, ты тоже демон.
– Я эльф-недодемон, – вздохнула я, – и я реально «два вершка». Вот встань.
Он обречённо застонал, схватился за голову, я слезла с него и потянула за воротник: