Лидер "Свободы" 2 (СИ)
Глубина песка около пятнадцати метров. Хипстеров и других атеистов Воронежа выкинуло меж двух песчаных барханов. Ниже, под песком идет каменистое основание. Ещё глубже, метров через десять скальной породы, находится полость вытянутой формы. Пещера, карстовый пузырь или залежи нефти, так сходу и не поймешь.
— Пуля, армейскими матюками сделай так чтобы хипстеры не топтали песок лишний раз, — на сказанное мной Никитин кивнул, явно почуяв меж строк армейский опыт, после этого поворачиваюсь к Емеле. — Ходок, ты зверь битый. По глазам вижу, что и человеческую кровь нюхал. Кому надо морду начистишь, раз сержанту устав не позволяет. Можешь даже из группы выгнать. Но основная твоя задача следить за обстановкой. Я могу не успеть первым отреагировать.
Емеля усмехнулся, чуть прищурив глаза. Когда руки в Подсолнухе жали, я его кольца психометрией проверил. Ходок рубака и заводила-драчун, каких поискать. Своим преимуществом от навыка на выносливость он пользуется филигранно.
— Принято, командир, — Емеля кивнул. — Молодёжь мы с Пулей на себя возьмем. Сам чем займёшься?
Указываю нам под ноги:
— Хочу кое-что проверить.
* * *11:47, мир Хорса, 27 июня 2030 года (десять минут спустя)
Южная пустыня
Приложив руки к горячему песку, я активировал навык «создание камня». В его использовании есть свои нюансы. Из моих ладоней сейчас выходит энергия стихий, которая и расходуется на манипуляцию с землёй. Предположим, я хочу создать из песка камень размером с футбольный мяч, прямо около моих рук. Расход на это одна единица энергии стихий или даже меньше. А если попытаюсь создать такой же камень, в пяти метрах от рук, используя песок в роли проводящей среды, потратится уже три единицы энергии стихии.
Родство со стихией земли в подобных манипуляциях играет важнейшую роль! Во-первых, снижается потеря энергии стихии от сопротивления проводящей среды. Во-вторых, можно работать с более твёрдыми и наоборот более лёгкими минеральными фракциями. Да-да, камень по сути своей минерал. На сами манипуляции с камнем, песком, почвой, бетоном, кирпичами тратится меньше энергии. Проще говоря, повышение родства с камнем это способ снизить потери энергии и повысить свою мощь как мага-стихийника.
Сейчас, благодаря опыту полученном в «Гигухруще», я действовал куда аккуратнее. Сначала создал рамку квадратного прохода с бортиком высотой по колено. Судя по цвету создаваемого камня, это песчаник. Потом периодически сверяясь с картинкой от «ока бетоноеда» начал прокладывать проход, ведущий по диагонали вниз.
Вскоре появились первые кривоватые ступеньки лестницы и проход шириной в метр и высотой в человеческий рост. Спустившись вниз, для снижения расхода сил, я продолжил делать проход. Метр за метром, постепенно укрепляя стены получающейся конструкции. Если тоннель быстро не зафиксировать относительно каменистого дна, он попросту утонет в песке. Его сыпучесть, сейчас как дамоклов меч — манипулировать легче, но при этом всё тонет будто в воде.
— Афигеть! — Емеля крикнул в тоннель. — Это же сколько у тебя энергии стихии, Самойлов. Я такое только у А-ранговых Охотников видел.
— Меньше, чем хотелось бы, — я убрал руки от нижней стенки тоннеля. Моего нынешнего резерва хватило лишь на пять метров. Впереди еще десять или двенадцать. — Ходок, мне ещё минут пятнадцать надо. Как там наверху?
— Пока спокойно, — Ходок поднял голову и кому-то свистнул. — Ещё шаг и будешь ночевать снаружи… Сказано же, не шевели песок. Черви дрожь чуют.
Благодаря воздушной абсорбции, моя энергия стихий бодро ползла вверх. Охренительно полезный навык! Особенно сейчас, когда каждая минута на счету. Прислушавшись к ощущениям от ментального щупа открыл глаза.
— Ходок?
— Тут я, братуха, — морда усача сразу показалась в проходе.
— Налево поглядывай. Моя чуйка оттуда угрозу чует.
— Далеко?
— Больше сотни метров. Одна крупная особь за барханом. Хм, ещё две на подходе. Обе покрупнее, с той же стороны. Что-то я засиделся.
Приложив руки ко дну тоннеля, я словно крот начал проделывать вертикальную узкую нору вниз. Не-э-э-э-э-эт! Сражаться с живым песчаным поездом, как-то не хочется. Я эту гадость почуял лишь по причине её колоссальных размеров. И да, она медленно движется в нашем направлении. Так что плевать на красоту!
Уже через три минуты, кишка прохода достигла дна в виде скальной породы. Укрепив место стыка моего песчаника и видимо гранитного плато, я ударил дыханием разрушения в сторону пещеры. Скатился в получившуюся десятиметровую каверну и снова ударил дыханием разрушения. Благо, шкала энергии смерти у меня сейчас под сотню.
Едва каменная пыль осела, как я укрепил её созданием камня и просканировал округу. Чисто! Ментальное чутье никого поблизости не обнаружило. Воздух сырой, но экскрементами животных не пахнет. Значит монстры здесь не водятся.
Рванув обратно в проходу, я как мог быстро пробрался сначала по кишке, а потом и по кривой лестнице. Мог бы и крикнуть, но тогда есть риск вызвать панику.
Снова оказавшись под палящим солнцем махнул рукой Пуле.
— Нашёл? — сержант тоже калач тёртый и, судя по хмурым бровям, чувствует, что затишье растянувшееся на десять минут не может тянуться вечно.
— Да, там пещера. Пусть спускаются вниз и ныряют в кишку прохода. Строго по одному человеку! Дальше будет пещера. Двоих и более, проход может не выдержать. Если он сломается, торопыга попросту утонет в песке.
Сержант кивнул и начал эвакуацию, подзывая хипстеров по двое. Один стоит у входа, второй спускается вниз. За десять минут многие из них успели обгореть на нереально сильно палящем солнце. Подошедший следом Емеля ничего не сказав, коротко кивнул влево.
Да, Охотник правильно понял причину спешки.
— Двое. Движутся, — киваю на бархан. — Один совсем близко, но не подходит. Замер, изучает группу. Другой большой кружит вокруг нас. Третий уполз, так же быстро, как и появился.
— Это разведчик, — Ходок сглотнул, глянув на бархан в котором затаился монстр. — Тот что уполз, тоже разведчик. Года три назад, я на периферии пустыни с группой от Амон-Ра в рейд ходил. Мы тогда мародёрили военную базу аборигенов. Заказчик предупредил наших ребят, что черви всегда по плану охоты действуют. Воин и разведчики ищут стаи мигрирующих тварей. Потом крупный червь-воин кружит вокруг добычи, не давая сбежать. А разведчик мамку с мелким выводком приводит. Во время пиршества, каждый жрёт сколько сможет.
— Думаешь нападёт до прихода мамки? — киваю на бархан.
Емеля кивнул, не сводя глаз с песка. Руки охотника замерли на рукояти короткого меча.
— Смотри чуть левее, теперь чуть выше, — корректирую я охотника. — Он на глубине, метров пять или семь. Не двигается.
— Пассивка на обнаружения, — Ходок кивнул. — Я же говорил. Они дрожь земли и источники жизни чуют. Мамка А-ранговая тварь. Воины — B-ранга, разведчики и молодняк — С-ранга….
— Шевелись, ботва патлатая! — позади громко рявкнул сержант Никитин, в тоннель. — Да, что ты телишься! Даю пять секунд на то, чтобы ты спустился… три…два… следующий…
Пуля повернулся к нам, проследил за взглядом Ходока. Беззвучно выругавшись сержант замахал руками, подзывая оставшихся… нет, не хипстеров. На поверхности к этому моменту остались четыре десятка атеистов, добавленных Системой в нашу сотню.
— Дяденька сержант! — подбежавшее к Пуле мелкое чудо, требовательно подёргало за рукав плаща. — Оттуда что-то большое движется. Я пыль с высоты только что увидела.
Дальнейшую часть разговора, я пропустил сосредоточившись на резко изменившемся положении червя-разведчика. Он довольно резво прополз внутри бархана и начал двигаться под нашими ногами в сторону моей пещеры.
— Ко мне близко не подходи, — предупредил я Ходока, сам начав двигаться вслед за червём.
Тварь каким-то образом поняла, что её заметили и рванула на меня. Резко рванув на три шага вправо, сбиваю разгон твари. Навстречу выскочившему из под земли червю устремилось дыхание разрушения.