Вой (СИ)
— Она знала, на что…
— Я уже тебе говорила, — сказала княгиня таким тоном, что Доброславский поежился. Словно сквозь нее выглянула Рысь, пробуравила его желтым холодным взглядом, и оскалила клыки. — Она — не твоя собственность. И ты не имел право использовать ее таким образом.
— Кто же знал…
— Ты знал. Или если не знал, то тебе не место во главе Особого отдела. Теперь думай, как все исправить. Хотя на месте Апраксина, я бы тоже разорвала бы все отношения. Но это — моя внучка, запомнил? Моя! И если будет выбор между тобой и твоим мифическим благом империи, которым ты успешно прикрываешься, и ей — я выберу ее. А с тобой будут говорить другие люди, понял?
— Да, Ваша Светлость!
— Думай, как все исправить.
— Ну я уже сделал так, чтобы Апраксины почувствовали свою уязвимость…
— Беру свои слова назад. Ты полный дурак и рафинированный идиот. Тебе нужны союзники, а не враги. Настроишь Апраксиных против себя — ты покойник. Как политический, так и в буквальном смысле. Хочешь сказать, ты вечно будешь сидеть в своем кресле и наслаждаться властью, которую тебе дали, а не ты ее взял? Когда-нибудь придется уйти, вот тогда тебе и дадут насладиться блюдом, которое подают холодным. И «Капище» тебе уже не поможет. Подумай об этом и реши, что ты хочешь. Но в любом случае внучку я у тебя заберу, если она этого захочет. Ты и так принес двойное несчастье в мою семью, мой род и мой клан. А теперь пошел вон. И не появляйся, пока все не исправишь. Как ты это сделаешь — твои проблемы. И не трогай младшего Апраксина, считай, он теперь под моим покровительством. А за своих я драться умею. Все понял?
Доброславский поспешно встал с крсла, поклонился и вышел. Идя к машине, он обдумывал то, что сказала княгиня. Да, придется исправлять, и это будет трудно. А в могуществе Разумовской сомневаться не приходилось, у княгини было много высокопоставленных друзей, в том числе и сам Государь. Замолвит словечко — и Богород из начальника станет подчиненным, сосланным в уездный городок с занюханным участком. Вот кашу заварил…
Лимузин мягко прошуршал шинами по асфальту, и остановился у ворот. В странное место пригласил меня этот Доброславский, я про такое и не слышал. Сквозь зелень листвы был виден маленький аккуратный особнячок, миленький такой. Но то, что мы на месте, я почувствовал спинным мозгом — под той площадкой перед воротами, где мы остановились, шел мощный поток Силы.
Водитель требовательно погудел клаксоном, и из особняка вышел охранник в полевке без нашивок и знаков различия, с пистолет-пулеметом на плече. Медленно, вразвалочку он подошел к воротам.
Я вышел из машины.
— Граф Александр Апраксин к Его Светлости князю Доброславскому!
Охранник молча кивнул, и жестом показал на дверь в ограде рядом с воротами. Понятно. Машину пускать не собираются, придется топать ножками.
Я пошел за охранником по белой дорожке из гравия, чувствуя подошвами все неровности. Неплохо они тут за городом устроились! Зелень, чистый воздух, тишина и спокойствие. Минимум посторонних и любопытных, никто не мешает заниматься делишками разной степени темноты.
Я хмыкнул, когда прочитал на вывеске «Компания 'Ассоль». Ну да, стандартное прикрытие для всевозможных отделов конторы, которые располагались где только можно. Посмотрим, что внутри?
А внутри был стандартный интерьер небольшой фирмы. Закрытые двери с номерами табличек на них, чистые коридоры с ковровыми дорожками — вот не понимаю я этой страсти руководства к половичкам — крашеные жидкими обоями стены…
— Нам направо, — сказал мой провожатый.
Я послушно повернул направо и дошел почти до самого конца коридора.
Снова стук в дверь, краткое «Войдите!» и я оказался в кабинете Доброславского.
— Здраствуйте, Ваше Сиятельство! — князь просто-таки излучал добродушие, сама любезность!
Только вот слишком хорошо я знаю эти предварительные ласки. Чем больше начальство выглядит добродушным — тем хуже, тем большую пакость оно готовит.
— Здравствуйте, Ваша Светлость! Вы хотели меня видеть? — сухо поздоровался я.
Тон похолоднее, никакого амикошонства я не допущу. В конце концов этот мой визит был нужен ему, а не мне. Я ему еще и любезность оказываю.
— Да, господин Апраксин, хотел. Вы обдумали мои слова?
— Какие? — опять пытаешься все выведать, используя общеизвестные психологические приемы? Ну, вперед.
— Про Троемирье, перемещение сознания и прочее.
Прочий бред, ты имеешь в виду.
— И очень внимательно. Книжку даже собираюсь приключенческую написать. Авторский экземпляр подарю. Только вот затрудняюсь пока с названием — «Частный случай клинической психиатрии у жандармов» или «Последствия неумеренного потребления галлюциногенов волхвами». Не подскажете, какое лучше?
— Хамить изволите, Ваше Сиятельство, — покачал головой Доброславский.
— И в мыслях не было, — заверил его я. — Сварог свидетель.
— А я-то хотел предложить вам сотрудничество, — укоризненно и с усмешкой ответил он.
— Сотрудничество? — я чуть не поперхнулся от неожиданности.
— Ну да. Работать на ОКЖ.
— Кем же? — я уже понимал, куда он клонит.
— Агентом, естественно.
Я чуть не поперхнулся. Вот только еще агентом я не был. Были у всех свои добровольные помощники, оказывающие определенные услуги, но к ним относились максимум снисходительно.
— Стучать ОКЖ на окружающих? Увольте, не мой профиль. Не собираюсь. И не интересуюсь.
— Ну зачем же так грубо? Это все-таки почетная обязанность каждого гражданина Империи…
— Вешайте эту лапшу кому-нибудь другому, — сказал я. — Не мне.
— Не таким агентом, — вздохнул Доброславский. — Нас не интересует, кто сказал, что Государь плохой или когда состоится собрание кружка марксистов в студенческой общаге.
— Не говорите только, что вы вербуете меня для работы в разведке, — усмехнулся я.
— Не скажу. Ваше симпатичное личико часто светится в Имперсети, тем более за наследниками крупных магнатов постоянно шпионит иностранные разведки. Точнее, собирают о них информацию на предмет использования в потенциальных операциях. Вы, как и все наследники крупных родов, давно в их базах. Так что с нелегальной разведкой увы, вашу жизнь не связать.
— Да и слава богам. Тогда какого рода агентом вы мне предлагаете стать?
— Примерно такого, чтобы работать с тем, что вы видели на шоссе. Оперативник, но без официальной привязки к ОКЖ. Проходит по статусу агента, но функции совершенно другие.
— Как у Марии? — хмыкнул я. — Работать медовой ловушкой для объектов, представляющих оперативный интерес?
— Не трогай ее имя, щенок! — взорвался Доброславский. — Еще одно слово, и я тебя на дуэль вызову! Она — моя племянница, и я тебя на куски порву, если ты даже плохо о ней подумаешь!
О как. Не знал. Плохо работала СБ брата. Или… Или я плохо читал досье. Ну-ка, дай боги памяти… Точно, мать — урожденная княгиня Доброславская!
— Приношу свои извинения, Ваша Светлость. Не знал. Но тем не менее, вы ее вывели на меня и поместили в ближайшее окружение.
— Это была моя ошибка, — зло сказал Доброславский, зыркая глазами на меня. — Вряд ли она будет агентом, раз влюбилась в объект разработки. И предпочла его работе.
О как! Не знал, не знал. Впрочем, даже если бы и знал… Но об этом потом. Сначала нужно разобраться с Доброславским.
— Меня это тоже не интересует, — сказал я как можно более равнодушнее. — Дело прошлое. О нынешних делах. Я отклоняю ваше предложение. Меня не интересует работа на ОКЖ, чем бы вы там не занимались.
— Не интересует? — глаза Доброславского превратились в буравчик. — А если подумать?
— Что тут думать, господин Доброславский? Вы прекрасно знаете, что фалловать агента можно различными способами. И стандартная формула вербовки, которая в том числе используется нашими врагами из САСШ, включает в себя четыре момента. MICE она называется. В переводе деньги-идеология-компромат-эго. И с этим у вас совсем не все в порядке. Деньги? Смешно. Я наследник огромного состояния и прочих активов, так что это отпадает. Идеология? Совсем плохо. Я не одноклеточный клинический турбопатриот, который срется в соцсетях с воплем «За веру, царя и отечество!». Компромат? Ну вот только не надо мне сейчас рассказывать сказки о том, что я не тот, за кого себя выдаю, никто не поверит и никак не проверит. Так что тоже мимо. Эго? Никогда не обладал комплексом сверхценности и манией собственного величия. Не путайте это с достоинством. Да, кстати, тот шантаж, который вы устроили клану Апраксиных, может отработать и в обратную сторону, несмотря на ваше собственное положение. Зачем было это устраивать?