Вой (СИ)
— Что так, разве не будем сейчас вызывать Чернобога? — спросил я.
— Нет. Для его призыва должен быть соблюден особый ритуал, и проводить его должен ковен под руководством Творца. А то ты сейчас пробьешь стену между мирами, и оттуда хлынет черте-что, — ведьма поежилась.
— А вам разве плохо? Ваше сродство, черное… — усмехнулся я. — Общий язык с чертями найдете.
— Говори да не заговаривайся, — зашипело скрюченное отродье, и замахнулось клюкой.
— Что ты мне сделаешь, старая? — спросил я с издевкой. — Творец тебя наизнанку вывернет. Потом высушит. Так что не зли меня. А поскольку вы настолько немощны, что не можете воспользоваться своей же ворожбой и открыть дверь на ту сторону — какой от вас толк.
— Учись давай, — злобно буркнула старуха, поняв мою правоту.
Почему бы и нет? На эту магию у меня свои планы. И научиться открывать порталы в них входит. И у Зверя внутри меня — тоже. Пока наши планы совпадают. Но это я попробую вечером, когда стемнеет и я отпрошусь до ветру. Ритуал, говорите? Будет вам ритуал, икать долго будете. Если, конечно, в живых останетесь, что весьма проблематично.
Глава 26
С утра Бецкой стоял у ограды поместья Разумовских. У ворот бродили несколько не выспавшихся, с похмельными рожами репортеров, ночевавших явно в своих машинах. Внешне Бецкой мало от них отличался — в такой же засаленной футболке под пиджак — и какой шутник назвал этот стиль «калифорнийским» — кепочке с надписью «Пресса», и большим фотоаппаратом на шее.
— Ты откуда, друг? — спросил один из похмельных репортеров, на котором была футболка с большим логотипом желтого издания «Вести на полях». Поля, правда, изображение не напоминало, скорее, что-то из ассортимента секс-шопа.
— Я стрингер, — сказал Бецкой. — То там, то сям…
— Понимаю, — кивнул требующий лечения репортер. — Слушай, у тебя нет… А то трубы горят.
И журнашлюх универсальным русским жестом щелкнул пальцем по горлу.
Бецкой поморщился — факел от похмельного репортера напоминал выхлоп колымаги, работающей на спирту. Экологически чистой, так сказать.
— Нет. Не пью.
— А как же ты расслабляешься? — удивился репортер.
— Я не напрягаюсь, — Бецкой дал понять, что разговор окончен.
Журналюга обиженно развернулся и пошел трясти собратьев по перу и стакану. А Бецкой наконец-то смог перевести дух — уж больно ядовитым был выхлоп, даже кашлять захотелось.
Пора начинать большой шухер! Бецкой достал смарт. Ого, сколько сообщений с проклятьями и пожеланиями сдохнуть! Сетевые отморозки изошли на сироп от зависти, что вообще-то и требовалось. Так, где там заветный чат? Сыграем на людской жадности. Он накорябал — «Сейчас буду брать Апраксина. Нужен помощник. Писать в личку».
Смарт чуть ли не вспух, постоянно вибрируя от сыпавшихся сообшений. Вот теперь пошла работа. Он запустил приложение для массового ответа, выбрал первых попавшихся пару сотен абонентов и отослал адрес поместья Разумовских. Оставалось только подождать. Можно даже кофе из термоса попить в своей машине, расположенной поодаль от других, что без толку торчать у ворот.
Через час у ворот поместья начала собираться толпа. Бецкой вздохнул, вышел из машины и направился к возбужденным зевакам.
— А что происходит-то? — спросил он у первого попавшегося мужика лет тридцати звероватого вида.
— Да Апраксин там, — сплюнул он на землю. — А за него награда положена. Ты тоже за ним?
Парень подозрительно, с прищуром, осмотрел его.
— Не-не, — заверил его Бецкой. — Мне только снять фото для редакции.
Он взмахнул фотоаппаратом и показал на кепку.
— А-а, — потерял интерес детина и отвернулся от него туда, где толпа уже облепила ворота поместья.
Бецкой ухмыльнулся. Все идет по плану. Но толпу надо разогреть и довести до массового психоза, чтобы получить то, что нужно. Иначе не получится.
Он начал сновать между людьми, слушая слухи и передавая их другим интересующимся. Причем не просто передавая, а набросив на себя плетение Истины — должно было звучать правдоподобно и убедительно. Благо, в толпе не было волшебников или Одаренных — только тупые реципиенты, представители отбросов рода человеческого. Потребители сетевого говна, неспособные на самостоятельные решения и критическое мышление.
— Ну что там? Видели Апраксина в доме?
— Видели-не видели — не твое дело, — ответили ему. — Он там.
— Точно?
— Да иди ты! — отпихнули его.
Бецкой с трудом подавил желание дать оппоненту в морду, но тот опять повернулся к нему спиной. Толпа гудела, но еще не кидалась на ворота — попробовавшие схватиться за решетку получили довольно ощутимые разряды. Как от «электропастуха» для скота.
Он отошел на безопасное расстояние и стал наблюдать за толпой.
— Апраксин! Выдайте нам Апраксина!
На крыльцо вышла княгиня Разумовская с дробовиком в руках, а с ней пара охранников с автоматами.
— Апраксина!!! — заводилась толпа.
Нет, накал не тот.
— Тихо! — Разумовская выстрелила в воздух, и все разом притихли.
— Нет здесь никакого Апраксина. И это — нападение на частную собственность! Первый, кто шагнет за ворота — получит пулю. Обещаю, — Разумовская обвела стволом толпу перед воротами. — Понятно?
Толпа разочарованно забурчала и загудела. Вот так вот, подумал Бецкой. Один храбрый человек с дробовиком может остановить сотню баранов, которые грозны только на словах.
— Бить надо, — сказал Бецкой одному из напиравших сзади и пустил плетение внушения.
— Бей! — заорали в толпе, и в княгиню с охранниками полетели камни. Особенно удачно пущенный камень попал графине по голове, и она упала.
— А-а-а! — заорала толпа.
— Да открывайте ворота! — не выдержал кто-то. — Не будут они стрелять!
Бецкой хмыкнул про себя. А вот с этим можно было бы поспорить — у Разумовских не зря была слава отморозков. На службе Империи, правда, но тем хуже для их врагов.
— Вперед!!! — заорал во всю силу Бецкой и пустил настолько сильное плетение подчинения, насколько мог. — Апраксин там! Про деньги не забудьте!
— А-а-а!
Раздался треск выламываемых ворот. Бецкой хмыкнул. Сколько скота ляжет от разрядов «электропастуха»? Да все равно, тактика заваливания мясом даст свои плоды.
Тяжелые кованые ворота с грохотом рухнули на землю, и беснующаяся толпа ворвалась на территорию поместья. Все-таки нападавшие были правы — раздалось только пара выстрелов. Больше жертв будет от давки. А вот теперь пора вступать в действие и ему.
Не всегда нужна магия, когда есть технология. А если одно подкрепить другим, будет просто забойная смесь. Дождавшись, пока толпа добежит до особняка, он бросил в самую гущу пару светозвуковых гранат — лучше заклинания, и не отследишь, что использовалась волшба. Взрывы оказали волшебное действие — толпа ринулась врасспыную, разбегаясь по территории поместья кто куда. Однако некоторые особо упертые, помнившие, зачем они сюда пришли, уже вынесли входную дверь и ворвались в дом.
Бах! Бах! Частая дробь пистолетных выстрелов ударила по ушам, когда Бецкой уже подбегал к дому. Нападающие начали падать, пачкая кровью пол. Бецкой осторожно выглянул из-за косяка. Бледная как смерть княжна, стоящая на лестнице у второго этажа, с пистолетами в обеих руках стреляла по нападавшим. Довольно метко, надо сказать — человек восемь уже лежали без движения на полу, пачкая его своей кровью. Хороша девочка, мимолетно подумал Бецкой. И в своем праве — в Империи пресечения вторжения в дом могло осуществляться любыми средствами. В том числе и вот таким вот огнем по нападающим.
Толпа отпрянула от двери. Ага, торжествующе подумал Бецкой, съели? Когда лезли, об этом не думали, а теперь бежите, роняя кал? Но пора это прекращать.
Он перешел на ускорение, уворачиваясь от медленно летящих пуль. Взлетев на ступеньку лестницы рядом с княжной медленно провел рукой по волосам — на такой скорости это было как резкий и сильный удар. Полюбовался на мгновение как деформируется оболок и выскочил в нормальное время. Княжна, закатив глаза, падала навзничь, выронив пистолеты из рук. Он подмигнул тем, кто успел заскочить в дом, перекинул тело через плечо и опять перешел на ускорение. Теперь главное не приложить княжну о косяк двери или еще что-нибудь — на такой скорости это будет смертельно.