Держи спину прямо 2 (СИ)
— Мы только что отрезали Шаэрг! Представляете! Отрезали эту гадину от Вас, мой император, и от всех правителей планет! Она качала ваши мысли, чувства, ваши воспоминания, вашу волю. Она питалась вами, как жирная паучиха. А вы держались, мой император! А вы всё держались! Нет в галактике более достойного правителя, чем вы, мой император! Нет и не будет!
Слезы счастья покатились по ее щекам. Амарин размазала их по лицу, нисколько не думая о том, как это выглядит со стороны.
— Теперь осталось просто залить сияющий кокон Шаэрга и выкачать из него энергию. Аэр Готерций! — обратилась она к главе ученого отдела, — Ваши специалисты способны сплести примитивную матрицу воды размером с планету? Можете плести целый месяц, не торопиться, у Шаэрга теперь оборваны щупальца. А потом сразу сделайте выкачку энергии через обратные поля, вы понимает, о чем я? Можете выкинуть излишки на ближайшие планеты, там вообще не осталось пси, они будут только рады, а можете распределить, как пожелаете, по империи, только делайте тогда хранилище по типу тармских мешков. Да вы сами все там знаете! Может, придумаете что получше!
Аэр Готерций серьезно кивнул:
— Да, да, офицер, я понимаю, мы решим эту проблему.
Жар пробил тело девушки, загораясь на коже. Амарин с трудом облизала вдруг пересохшие губы:
— Я хотела поблагодарить Вас, мой император, за все, что вы сделали с моей никчемной жизнью. Вы придали ей смысл. Жаль, что так не надолго. Но я так рада, что смогла хоть немного отплатить вам...
ДейСоло пошатнулась, в глаза поплыли круги, она с трудом стряхнула оцепенение.
— Что с вами, Амарин? — потрясенный развернувшимися событиями, но не утративший внешнего спокойствия и сдержанности, спросил император.
— Яд...— обратила она взор на стоящего рядом старшего АрДеМино.
— Яд?! — император перевел жесткий взгляд на наследника Найрона.
— О нет, мой император! Вы дали слово... вы дали слово, мой император, из моей семьи никто не пострадает. А все АрДеМино теперь МОЯ семья. Вы дали слово, мой император, помните об этом... — Амарин тяжело дышала, но не переставала улыбаться.
— Забудем обо мне, давайте о хорошем! Как вам подарок, мой император? Понравился?
Император не ответил, лишь впился своими зелеными глазами в ее бледнеющее лицо:
— Я могу сейчас чем — нибудь помочь? — наконец выдавил он.
— Думаю, уже нет... Это ведь сладкий яд картарики?
Старший АрДеМино, весь белый, кивнул.
— Ну, вот видите, мой император, против картарики нет противоядия.
Амарин вздохнула и снова улыбнулась:
— Я знала, что умру. Я всегда чувствовала это. Поэтому старательно подготовилась. Да, если можно, — она облизала губы, — кольцо с аргонским стеклом и все мое имущество я хочу завещать своему брату — Тиаримину Лаберкорну. И еще, не смотрите на меня так, мой император. Меня не нужно жалеть и за меня не нужно мстить... Я была всего лишь ключом к Шаэргу, а когда замок открыт, в ключе уже нет надобности. Поэтому я ухожу очень счастливой. Вот только мне хотелось бы увидеть... — ей с трудом дались эти слова, — хотелось бы увидеть...адмирала и попрощаться с ним, но это, к сожалению, невозможно... Вы скажете ему? — голос девушки задрожал, — вы ведь скажете ему, правда?
— Что скажу? — император привстал и совсем не императорским, а человеческим взволнованным голосом почти выкрикнул, — что скажу, Амарин?
Тогда ДейСоло собрала последние силы, подцепила ногтем харезскую кожу, отрывая замок Итура — ей он больше не понадобится — и произнесла:
— Передайте Танору, что я тоже... я тоже ... грезила... им.
И сладкая темнота картарики окутала ее.
— Всё... — выдохнули губы девушки, и она упала на пол.
Цветок Лелья бессильно смотрел, как умирает его избранная, он был растерян и ничего не мог сделать с ядом, все, что он мог, — просто укрыть своим плотным, но теперь бесполезным серебряным коконом, замедляя до невозможного в нем все биологические процессы. Что он и сделал. Хотя бы это...
Глава 31.
Прошло три месяца. Сердце Амарин продолжало биться. Между тем империя переживала весьма трудные времена: императору пришлось отстранить до полного очищения ментального кода весь Большой Совет. Сменились правители планет — наследники вместе с отцами находились на реабилитации ПСИ на закрытой территории Тейлона, а вся власть и ответственность перешла к младшей линии, не обучавшейся ДЖЕН -У. Это привносило определенную свежую волну , но и создавало массу проблем.
Молодые правители были неопытны, вспыльчивы и по большей частью недальновидны. Мало кому так повезло со сменой власти, как дому АрДеМино. Элрой АрДеМино был достоин высокого звания — второй правитель Найрона. Он был немногословен, сдержан, работящ, порядочен и предан империи. И почти все в галактике знали о том, что его молодая и горячо любимая супруга находится при смерти. Передача о трогательной любви, когда перед лицом неминуемой гибели гордая девушка все — таки пожелала признаться в своих чувствах к Элрою АрДеМино на заседании Большого Совета и сам император милостиво поженил их, набирала невероятные рейтинги по всей галактике.
История обрастала розовым флером с невероятной скоростью, ведь император еще даровал девушке высокий титул за заслуги перед государством. Вот только держалось в большом секрете от общественности, что молодая супруга АрДеМино сразу была лишена всех дарованных привилегий за проявленное непочтение, дерзость и нарушение восьми законов империи, а также была условно сослана на год на одну из планет развлечений класса — люкс для работы в доме терпимости в качестве креаджера. Для любой новоявленной аристократки это было бы суровейшим наказанием.
Вот только находящаяся при смерти молодая супруга АрДеМино никак не могла покинуть Даэргию — ни один частный, гражданский или военный корабль не брался за ее перевозку. Поговаривали, что сам герой последней операции по Шаэргу, теперь первый советник империи, правитель Катрана и прилегающих территорий, бывший адмирал, Танор АрДеВиго тихо, но так, чтобы вся галактика услышала, пообещал стереть с лица земли каждого, кто посмеет взять на борт медицинскую капсулу с умирающей молодой женщиной. И три месяца ее тело так и находилось в медицинском центре в самом сердце благословенной Даэргии. И все чиновники, знавшие об этом, как могли, тщательно скрывали этот позорный факт от императора.
АрДеВиго, сидя в кресле первого императорского советника, слушал доклад капитана корабля, летевшего к дальним планетам рейнской гряды, туда, где, по последним данным, могло находиться племя, нашедшее противоядие против картарики. Первый советник АрДеВиго без особых угрызений совести прогнул под себя вселенную: вот уже три месяца все лучшие умы галактики пытались спасти жизнь Амарин АрДеМино Лаберкорн.
Когда разговор с капитаном 'Летящего' был закончен, советник включил вызов медицинского центра.
— Все по — прежнему, Первый советник, — привычно скрывая раздражение, отчитался врач (АрДеВиго звонил по три раза на дню, это как минимум). — Как я уже говорил, мы не можем даже попробовать ввести синтезированное противоядие, кокон Лелья отторгает любое воздействие. А если мы делаем ментальный прокол, то также не можем ввести лекарство, потому что внутри кокона ничего не происходит, очень похоже, что время внутри него остановилось. И это не поддается никакой логике, это даже против всех физических законов. Мы не знаем, что делать! Мы перепробовали все.
— Я слышал эти слова еще вчера, и пока ничего нового? — резко оборвал врача адмирал. — Плохо работаете! Завтра я жду от вас других, действенных вариантов, и если их не будет, то вы знаете, чем это будет вам грозить.
— Мы не боги! — вскричал запуганный донельзя врач! — Да поймите же! Она вообще непонятно, как живет! Она давно должна была умереть! Нет в науке такого прецедента! От яда картарики умирают в течение часа. А здесь прошло уже три месяца, а она жива! Это уже из разряда чудес света! А мы люди! Мы всего лишь люди!