Держи спину прямо 2 (СИ)
— Все не так плохо, Амарин...
Но девушка прервала его:
— Сколько попыток убить меня в эти полтора стандартных месяца Вы предотвратили?
— Девятнадцать...
— Девятнадцать?! — ДейСоло ошеломленно выдохнула. — И это, вы говорите, не так плохо?!
— Но ведь ты жива, Амарин.
— Жива? Условно жива? А давайте вернемся к первому вопросу, адмирал. Самое время...
— Ты очень похудела, Амарин...
Но девушка остановила его:
— Офицер ДейСоло...— она сглотнула и более уверенным тоном продолжила, — офицер ДейСоло... Прошу обращаться ко мне именно так и никак иначе, адмирал. Давайте обойдемся без ваших наблюдений, прошу разговаривать со мной исключительно по делу. Итак, кому в голову пришла такая невероятная подлость использовать меня...
-Приказы императора не обсуждаются, Амарин. Но прошу помнить, — адмирал старался сгладить неприятные слова, — мы не стали бы пользоваться Вами необдуманно. Это серьезный шаг. Последние данные доказывают, что многие ниточки шаэргской группы ведут к правителю и его сыновьям. Кроме того, назревает какое — то событие, подготовленное Шаэргом, после которого империя навсегда перестанет быть соперником этой планете. Лучшие специалисты не могут даже предположить, что это такое. Предположений много, но ничего конкретного. Вы наша последняя надежда, и это выглядит именно так, как и звучит, Амарин. Да и вам самой понятно, что именно вы быстрее всех способны разобраться, замешаны гархи в чем — либо или нет и увидеть скрытую от наших глаз угрозу.
Амарин не знала, что ответить. Угроза, нависшая над империей, угроза ее собственной жизни почему — то ее сейчас не волновали.
— Вы снова замолчали, Амарин, — прервал ее невеселые мысли адмирал. — Ну же, смелее, спросите меня.
— О чем?
— О том, что вас действительно беспокоит: что будет с АрДеМино, если его члены семьи замешаны в шаэргском заговоре...
Амарин скривила губы и холодно и жестко заметила:
— Элрой АрДеМино не предатель и даже вряд ли что — либо подозревает. Это понятно всем, но с ним будет то же, что и с остальными в подобных случаях... Я правильно полагаю, скидок по знакомству не предвидится?
____________________________________________________________
Уже совсем скоро должно было наступить утро. Элрой так и не вернулся. А сон, который по стойкой привычке последних шести стандартных месяцев приходил только после глотка чего — нибудь крепкого, а также разбитого бокала, своим присутствием сегодня Амарин не почтил. Зато стройными рядами выстроились размышления, сожаления, опасения...
Доверие. Амарин предстояло растоптать доверие. Ни больше, ни меньше. Её вынуждали играть чужими судьбами и вершить справедливость. От не перестававших жечь мыслей, ДейСоло вскочила, распахнула окно, чтобы полной грудью вздохнуть прохладу предрассветного утра, напоенную запахами росы и леса, и посмотреть на поднимавшееся даэргское солнце. Было в рассвете всегда что — то такое, трепетное и настоящее, что — то, ради чего хотелось жить...
Как мечтала сейчас Амарин выдать что — то подобное и прошептать встававшему солнцу: мол, не буду, я не буду делать, как мне велят, только не такой ценой..., но понимала, умом понимала, а не сердцем, что все это лишь несбывшиеся терзания совести...
— По крайней мере, — горько усмехнулась девушка, — у меня будет время, чтобы все припомнить гадскому адмиралу и уж, конечно же, вам, любимый император. А я изобретательная девочка!
Но угроза не помогла. Чтобы как — то успокоить тревожно сжимавшееся сердце, ДейСоло залезла с ногами на невысокое окно и устроилась на подоконнике, обняв руками согнутые в коленках ноги, наблюдая за таинством уходящей ночи. Первые лучи в нежной розовой дымке пробились над горизонтом.
— Опять рассвет, Амарин... Опять новый рассвет, — смиряясь с неизбежностью прошептала девушка. — Я ведь никогда не была подлой! А теперь... теперь придется. По полной! Верно говорят умные люди: жизнь протянется — всему достанется...
Она снова замолчала ненадолго, а потом крикнула что есть мочи, словно давая великую клятву:
— Я буду крупно должна тебе, Эл, слышишь?! Очень крупно должна! А я всегда плачу по счетам, Эл, всегда плачу...
Амарин очень хотелось заплакать, чтобы ком, подступивший к горлу, и что — то еще, сжавшее ее сердце, исчезли. Но слез не было, глаза девушки оставались сухими.
Новый день вступал в свои права. Понимая, что ей уже не заснуть, Амарин спрыгнула с подоконника и, наскоро переодевшись в легкие брючки и даэргскую тунику, решила поосмотреться. Она выскочила из дома, и быстрым шагом пошла вперед. И сама не заметила, как утренний парк, напоенный прохладой, запахами трав и пением птиц, притупил боль измученной сомнением души. Амарин почувствовала, что успокаивается.
Она шла уже больше часа, а парк все не кончался. Но вот легкая, едва протоптанная тропинка свернула, открывая великолепный вид: вдалеке виднелось, переливаясь голубыми бликами большое озеро с двумя абсолютно разными берегами — с одной стороны, крутым и с другой — отлогим. Амарин, всю свою жизнь прожившая на планете, не имевшей естественных открытых водоемов, восхищенно задержала дыхание.
— Мне нравится! — она сморщила нос и сделала умильную мордашку. — Как мне здесь нравится!
Она постояла еще немножко, наслаждаясь, а потом встряхнула головой, прогоняя негу, и сказала громко:
— Вперед, Амарин, не останавливаться! Сегодня надо обойти все поместье кругом! Чтобы четко понимать, с чем мы тут имеем дело! Озеро, пока! — помахала ему рукой девушка, прощаясь с ним, как с живым.
С сожалением оставив голубую прохладу по правую руку и еще раз несколько раз обернувшись, ДейСоло пошагала вперед. Вскоре звук плотных, но легких ударов, следующих одни за другим, привлек внимание девушки.
— Всегда мечтала сдохнуть от любопытства! — и ДейСоло резко сменила направление.
То, что ее интересовало, располагалось за широкой полосой плотно цветущего кустарника. Амарин с трудом разодрала плотные ветви. Там, впереди, два крепких молодых белокурых гарха играли в теннис. Их легкие ноги с невероятной скоростью перемещались по корту, сильные руки, сгибаясь, выдавали удары со звуком 'пуф', а белые тенниски рельефно обтягивали бугристые мышцы. Чудесные в своей юной красоте белозубые улыбки сверкали, юноши, без всякого сомнения, приходящиеся друг другу родными братьями, кричали что — то на гархском наречии и раскатисто хохотали.
— Оу! Разгул для глаз и вакханалия для сердца! — Амарин смущенно потерла нос рукой, невольно любуясь статными фигурами.
Не желая никому мешать, девушка отпустила ветви кустарника и развернулась, чтобы удалиться.
— Вход на корт дальше, — услышала она слева низкий голос и резко повернула голову, чтобы рассмотреть говорящего.
Не удержавшись, Амарин издала нервный смешок и пробормотала:
— Такое ощущение, что всех АрДеМино сделали ксероксом.
Великолепный мужчина, чем — то весьма уловимым похожий на Элроя, строго и внимательно оглядел ДейСоло с головы до ног и ничего не ответил. Хотя, вполне возможно, он не расслышал ее невежливое бормотание.
'Что ж, это к лучшему, — подумала Амарин, — с семейством АрДеМино ссориться пока не надо, всегда успеется'.
Они уже две минуты играли в гляделки. Амарин переминалась с ноги на ногу, а мужчина вдруг резко сократил расстояние и остановился на расстоянии двух протянутых рук.
— Первый раз вижу в этом поместье незнакомого человека.
Амарин уже открыла рот, чтобы ответить, как их полуразговор прервали. Справа от ДейСоло раздались звуки борьбы, смеха и бега, а вскоре два очаровательных блондина лет двадцати, похожих друг на друга как две капли воды, сопя и тяжело дыша, подлетели к застывшей паре.
— Наэрт, — протянул один из них, явно удивляясь, — ты с девушкой?
— Да, Наэрт, ты... и с девушкой? — сделав умилительно недоуменное лицо, не отстал второй. — Куда катится мир? А как же семейный груз и невероятная ответственность? Бесцельно тратишь свое время на свидание с красоткой.... Цы — цы — цы!