Хочу Вас... профессор! (СИ)

Я крепко сжала кулаки, гася в себе истерику и пошагала отсюда прочь...
Глава 20. Виктор
– Анют, ты чего двери не закрываешь? – прохожу в дом, одной рукой держа пакет из супермаркета, другой включаю свет. – Так, ладно, в общем, столовых свечей не было, только ароматические, круглые… Поэтому я купил их. Сто штук в упаковке, если хочешь ванну можешь украсить… Сама посмотр…
– Свечи? Романтика? М-м-м… – резко останавливаюсь на полуслове и хмурюсь, когда слышу отравляющий сознание голос. – А ты всё такой же… Надо же. Люди не меняются, да?
Рвано выдыхаю, сжимая пакет в руке и оборачиваясь в сторону зала.
Взгляд сразу же цепляется за женский силуэт возле камина.
Что за…?
Мотаю головой, не веря своим глазам.
– Инна? – проговариваю, когда из темноты вышагивает моя…
Бывшая жена.
Бл*ть.
Что она здесь делает?!
Женщина откидывает свои тёмные волосы назад, томно выдыхая:
– Ну привет, Витюш… Давно не виделись.
Дрянь.
– Какого хрена ты здесь забыла, а? – бросаю пакет на диван, двигаясь к ней. – Адресом не ошиблась, милая? Или он наконец прозрел и выгнал тебя из дому? Рублёвка наверняка «траур» объявила. Такая стерва покинула их края.
– Фи… – она скривило своё намалёванное лицо, – как грубо.
Оглядываюсь по сторонам.
Делаю вздох.
Анюты нигде нет.
Чувствую.
Знаю.
Сбежала…
– Говори, где Аня?! Что ты ей сказала? – злость захлёстывает всё нутро. Ещё чуть-чуть и взорвусь. – Что?!
– Хм… – она хлопает своими длиннющими ресницами. Явно наклеенные.
Тошнит.
Господи, как же меня тошнит.
Убить готов прямо здесь.
– Ты о той милой девочке… так она ушла.
– Это я уже понял, – отрезаю резко. – Что ты ей наплела?! Какой бред твой рот успел извергнуть?!
– Витюш… может не будем о ней? Я… – она хотела притронуться к моей груди, но я перехватил её ладонь и сильно сжал. – Ай! Синяк же останется… Осторожнее… У меня кожа нежная.
– Мне плевать, – рычу на неё. – Что ты ей сказала, дрянь?!
– Не ожидала от тебя такого…. В своём то возрасте... Когда тебя потянуло на малолеток? Ей хоть восемнадцать то есть? М? Ну, зачем тебе она? Потешить самолюбие? – упрямо качает головой. – Тебе же скоро внуков нянчить… Да и сын её ровесник... Кстати о нём... как там Сашенька поживает? Университет закончил или работает уже? Давно не видела… небось женский сердцеед, как и его отец… Невесту ему уже подыскал? У меня столько знакомых одиноких девушек, могу номера их скинуть, а ты…
– Моя. Жизнь. И. Жизнь. Моего. Сына. Тебя. Не. Касается! – перебиваю её, выделяя каждое слово. – Я ещё раз… спрашиваю… Что ты ей наплела?
– Ничего такого, – фыркнула. – Она просто поняла, кто я и… решила не мешать нам… и …
Всё ясно.
Нет смысла выпытывать.
Наверняка про неземную любовь или что-то в этом роде.
Она призывно облизнула свои красные губы.
– Витюш, ну сколько можно… Давай не будем терять время… Мы так давно не виделись… Проведем его с пользой? Хороший ведь повод... Я по тебе скучалаа… Ты тоже… Разве нет? Не обманывай себя… – с придыханием шепчет. – Я же знаю, что ты до сих пор меня любишь… Мне так тебя не хватает… Тебя… твоих рук, твоего крепкого …
Другой рукой она дотронулась до моего ремня.
Стерва.
Не церемонясь, я схватил её за шею.
Она приоткрыла рот, пытаясь убрать мои руки.
– Ви…тюш, ты чего?!
– Я тебе не мальчик, Инна. И двумя тремя фразами меня не пронять, – чётко проговариваю.
– Ты...
– И ты прекрасно знаешь, что лучше меня не злить. Так? Вы оба это знаете.
– Т-т-так.
– Но ты всё равно пришла, так?
Испуганно кивает.
– А теперь слушай меня внимательно.... Если у твоего суженого ряженого уже не стоит и тебе сильно нужен партнер для утоления потребностей, это не значит, что ты можешь вломиться в мой дом спустя… семь с половиной лет, затем обидеть мою женщину и думать, что я всё равно буду готов тебя принять в любое время и тебе всё сойдёт с рук. Это раз.
– Я не…
– Рот закрыла, я сейчас говорю. Своё время ты успешно просрала, – другой рукой потянул её за волосы. – Второе. Если я тебя ещё раз увижу в этом городе... то мне придётся позвонить твоему ненаглядному и рассказать, где была его любимая женушка… Не думаю, что он обрадуется, не так ли?
 
– Нет… нет, ты не сделаешь это... пожалуйста! Ты не такой!
Трясётся вся.
– Именно такой, Инна... И вы сами меня таким сделали.
– Витенька! Я...
– Я надеюсь мы поняли друг друга. А теперь будь добра... Иди вон из моего дома.
Я резко отпустил её и вздохнул.
Взбесила. Сорвался.
– Раньше ты так не выражался. Раньше ты никогда меня не обижал!
Она всхлипнула и отошла от меня, держась за шею.
– Раньше, я не знал, что моя жена - конченная бл*дь.
– Аверин! – истерично прикрикнула. – Ты не имеешь право так со мной разговаривать… я…. Я не …
Усмехаюсь.
– А как? – склонил голову вбок. – Как мне разговаривать с меркантильной стервой, которая как только узнала, чем он владеет, выбрала карман побольше и тут же переметнулась? Как мне разговаривать с той, что легла под моего отца? М-м-м? КАК?! Скажи мне?!
Инна замотала головой, всё так же держась за шею.
На глазах навернулись слёзы.
Актриса, бл*ть.
– Витюш… – слабым голосом вымолвила. – Всё было не…
Я крепко сжал кулаки и не желая её больше слушать, перебил:
– Можешь не отвечать, моя «любимая», – с насмешкой выделил, – бывшая жена. Это был риторический вопрос. Где дверь, ты знаешь. Прошу.
И развернулся, намереваясь пойти в коридор и лично проконтролировать её уход.
Закрыть за ней эту проклятую дверь, а затем разгромить к хренам этот дом.
Как в тот день…
Выдыхаю.
Семь…
Прошло грёбаных семь с половиной лет…
Я должен держать себя в руках. Я просто обязан.
Закопал ведь воспоминания… Смог… Убил в себе чувства.
Вычеркнул этих двоих из своей жизни.
Построил между нами стену. Нерушимую. Непробиваемую. Трёхмерную, чёрт возьми.
Надел на себя маску вечного весельчака, неунывающего и доброго товарища.
Тогда какого хрена, в грудной клетке так жжёт?
Жжёт так сильно, как будто раскалённым мечом воткнули?
Не из-за неё… Нет. Не из-за этой дряни, а…
– Выслушай, – Инна подошла со спины… Тихо… Так, что я даже этого не заметил. Обвила пояс и уткнулась носом в шею.
Дура.
Нарывается снова.
А я идиот, что спокойно не реагирую на её выпады.
– Всё было не так… – шепчет, целуя шею. – Он меня заставил быть с ним, я не хотела… Витюш… Ты тогда не стал меня слушать, но… сейчас, пожалуйста… Прошу тебя… выслушай, я…
– Нет, – отрезаю бескомпромиссно.
Выпрямляю спину и отряхиваюсь от неё.
Итак, слишком много времени заняла.
– Витюш…
Направляюсь быстрыми шагами в коридор и отворяю дверь настежь.
– Прости, но провожать не буду. Как приехала, так и уедешь.
***
Не желаю её видеть. Не желаю смотреть в её лживые глаза.
Послышался всхлип, а в следующую минуту Инна пошла в мою сторону.
– А если я тебе скажу, что он меня бьёт? – с каким-то отчаянием, произнесла очень тихо, возле двери. – Это для тебя что-то изменит? М-м-м? Если я скажу, что моё тело сейчас покрыто синяками, которые не скрыть ни одним тональным кремом…
Я выгнул бровь и прищурился.
– Да-да, – она кивнула и рассмеялась. – Представляешь, это сделал Коля. Кто бы мог подумать, да? Такой всегда вежливый, интеллигентный мужчина…и вдруг бьёт. Неслыханно! Кто поверит, не так ли?
Инна развела руки в стороны.
– Но жизнь сыграла со мной в злую шутку… Можешь порадоваться. Теперь я день ото дня за это расплачиваюсь… За свою ошибку. Потому, что ни одни дорогие украшения, машины… и прочие атрибуты богатой жизни, не заменят настоящей любви… Ничто и никто не заменит мне тебя, Витя!