Хочу Вас... профессор! (СИ)

Перевожу дыхание и разворачиваюсь к Анюте.
Она стоит, облокотившись плечом о косяк и вовсю плачет.
Слёзы растекаются по щекам.
Я ещё раз кидаю взгляд на сына, проверяя спит ли он или нет и отхожу от него, делая первые шаги к ней.
Встречаюсь с её глазами и долго смотрю…
Слишком долго.
Пытаюсь все свои чувства передать.
Не может она не понимать.
Вижу, что понимает.
Дрожит, но взгляд не уводит.
Закрываю за нами дверь и отойдя от неё чуть подальше, хрипло шепчу:
– Я никогда не видел свою мать потому, что она умерла при родах, – она вздрагивает, округляя глаза. – А мой отец ненавидел меня до самой смерти.
Сейчас я себе переламываю. Выговариваю то, что не говорил никому и никогда. Тяжело выворачивать душу, но по-другому не получится.
–  Анют, я ни черта не знаю о любви... О том, как нужно правильно любить. У меня есть свои поверхностные суждения и внутренние ощущения. Я опираюсь на них. И я далёк от того идеала, который ты нарисовала себе в своём подростковом возрасте. Я тоже живой. Со своими недостатками, заморочками и поступаю не всегда мудро. Я виноват, что позволил произойти той ситуации. Виноват и это осознание убивало меня все грёбаные полтора года, проведённые без тебя, – а затем повторяю заново: – Я ни черта не знаю о той любви, которой ты мне говоришь… Потому, что в моём понимание «любви», ты … не имела права лишать меня сына. Не имела.
– И что… – она сглатывает, отходя на шаг. Обнимает себя руками и опускает голову, – ты заберёшь его у меня? Заберёшь Кирилла?
Молчу. Ничего не отвечаю.
Просто разворачиваюсь и ухожу...
На большее я, вероятно, попросту не способен.
И без того разбросало... На куски перед ней.
Глава 32. Аня
Минута… две…три…четыре…
Стою. Не двигаюсь, глядя на уходящий силуэт Вити.
Затем, когда он вовсе исчезает с поля моего зрения, отмираю.
Вздрагиваю, как от пощёчины.
Не знаю куда себя деть.
Его образ раз за разом всплывает в моей голове. Такой родной…
Любимый.
Меня всегда что-то останавливало открыться ему.
Хотя… кого я сейчас обманываю?
Не только ему.
Всем.
Я отчего то думала, что поступаю верно.
Что таким образом, я ограждаю дорогих мне людей от проблем, которые могут возникнут, узнай они об этом.
Это привычка выработалась не сразу… Нет.
Возможно с тех пор, как отец узнал о моей тайной любви к Вите.
Как поставил перед фактом мой отъезд в Лондон.
А возможно и раньше…
Я не знаю.
Я всегда боялась, что меня не поймут, что будут осуждать.
И чем больше проходило времени, тем сильнее укреплялась в голове эта мысль.
Я считала, что лучший способ уберечь их – это умолчать.
Скрыть. Утаить.
Но как же сильно я ошибалась.
Залог успеха в любых отношениях – это открытость. И открытость должна проявляться не только в возможности выговориться и поделиться проблемами, но и в отсутствии лжи.
Ложь… её было слишком много в наших отношениях.
Я не стала открываться Вите…
Говорить об отце… Тимуре.
О том, что происходило в моей жизни.
О том, что свалилось мне на голову.
О чёртовых проблемах, которые можно было бы решить, если бы я ему доверилась и всё рассказала.
Но я молчала…
А он в ответ, тоже мне ничего не рассказывал о себе.
Можно говорить сколько угодно, что я знаю о Вите многое, но на деле же…
Это тоже обман.
Слова Вити о своих родителях, тому подтверждение.
Я видела, как ему больно говорить об этом.
Видела его глаза в тот момент и от этого, сердце обливалось кровью…
Он раскрылся мне.
Раскрыл свою душу.
А я… что сделала я?
Я ведь даже не поинтересовалась, что он делал эти полтора года?
Как жил?
Без меня…
Без… нас.
Появилась ли у него женщина?
Улучшились ли его отношения с Сашей?
Об этом я у него обязательно спрошу.
Я хочу узнать. Я хочу рассказать ему многое. О том, как обрела новую семью.
Обо всём.
Я всю жизнь бежала…
Сначала потому, что боялась…
Осуждения.
Чужого мнения.
Я попросту боялась пойти против отца, поэтому и улетела в Лондон.
 
Затем, я бежала от проблем…
От чувств, которые в итоге стали для меня триггером для расставания.
В последний раз, я убежала от самой себя…
Больше не хочу.
– Витя! – кричу, выходя на крыльцо дома босиком и оглядываюсь по сторонам. – Стой! Стой, пожалуйста!
Пока я ищу его глазами, воспоминания снова и снова проносятся в голове:
– Вить, стой, – попыталась остановить его, но он лишь сильнее ухватил меня за талию, прижимая моё промокшее тело к себе, сливая нас воедино.
– Просто помолчи, – прохрипел он и вновь его губы накрыли мои.
В тот день, он впервые меня поцеловал.
Помню... на улице был жуткий ливень.
Мы промокли до нитки, но я была счастлива.
Безумно счастлива.
Об этом, наверное, мечтала бы любая девочка.
Чтобы её первый поцелуй, был самым незабываемым, но самое главное с любимым человеком.
У меня он был.
С признанием.
Красивое оно было или нет.
Решать вам, но для меня эти слова, меняли всё и значили слишком много:
– Нравишься ты мне, – прорычал он, словно это самая обидная фраза на земле. Затем обхватил мои пылающие щёки пальцами, оставляя на них следы. – Анюта. Но как же ты меня достала…
Спускаюсь по лестнице вниз, затем окидываю двор внимательным взглядом.
Никого нет…
Чёрт! Хватаюсь за голову и подбегаю к воротам.
Нажимаю на ручку, открывая дверь.
Где… где же он?!
– Витя! – кричу, срывая связки. – Витя... Стой, пожалуйста! Не уходи! Я ведь тоже устала... очень сильно устала!
А проклятые воспоминания, всё дурманят разум:
– Иди ко мне… Зачем так далеко легла?
– Вить, а кто мы теперь друг другу?
– А ты как думаешь? – его дыхание ровное, а пальцы сжимают мою талию.
– Хм. Пара? Ну девушка и… парень? – любезно осведомилась я. – Ой. Ты ж уже не в том возрасте. Мужчина. Тоочно.
– Ага, не в том возрасте… Спи, мёд мой… и ни о чём не думай.
Без остановки:
– Подожди, Вить, – разрываю поцелуй, заглядывая в глаза мужчины, ловя в них неистовое желание. – Мы так не дойдём до кровати…
Он усмехается, сжимает мои ягодицы, показывая, что ему всё равно где.
Впечатывает меня в стену, вжимается пахом в промежность, склоняется к уху:
– С ума меня сводишь, Анюта…
Пусто.
Никого нет.
Он ушёл…
Мне хочется упасть прямо здесь, где стою, и кричать, что есть мочи, царапая ногтями землю…
– Медовая девочка, – хрипло сказал он, припадая горячими губами к моему виску, и далее склоняясь к шее. – Чувственная. Красивая. Смелая.
– Вить, – упёрлась руками в его грудь.
Я вздохнула и села на промёрзлую землю, облокотившись о ствол дерева…
– Я не говорил тебе, да? – он оторвался от моей шеи, поставив голову на макушку. – Маленькая, чистая… Ты совсем не для меня…
Не помню, сколько я так сидела.
Просто бессмысленно глядела на свои дрожащие руки…
Мои воспоминания сливались в мелодию, и среди этой музыки я совершенно явственно услышала шаги, а затем над моей головой раздалось, тихое:
– О здоровье своём совсем не думаешь, да, Анют?
Мне тогда казалось, ничто не способно нас спасти.
Хорошо, что ошиблась.
В очередной раз ошиблась.
Глава 33. Виктор
*Неделю спустя
Прохожу в кабинет нотариуса, закрывая за собой дверь.
Давно надо было к нему наведаться.
После всего случившегося, я попросту забыл сходить к нему.
И если бы не его вчерашний звонок, который напомнил мне о моих некоторых «обязанностях», я бы ходил спокойно, как минимум ещё недели три.