Одержимый фанат (СИ)

— И что они тебе ответили по поводу секс-тура? – спросила Вика.
— Пожелали удачи, но попросили никаких сувениров после такого путешествия не привозить. В моём офисе одни зануды, им не понять такого счастья!.. Ты уже придумала, что скажешь Крису?
— Нет. Ещё не факт, что мы окажемся рядом с ним, и что он пригласит нас к себе на студию.
— Пригласит, он милый, – заверила её Джулия. – Главное – оказаться в нужном месте и в подходящее время, а дальше уж как карты лягут. Ну так что ты спросишь у него?
— Я спрошу, бреет ли он ноги и всё остальное, – ухмыльнулась Вика.
— Ты правда веришь стереотипам о немецких мужчинах?
— Не знаю, но проверить не отказалась бы.
— Тогда надо будет и про опускание сиденья в туалете спросить, – хихикнула Джулия. – Да чего уж там? Раз пошёл такой трешак, спросим мы и про стульчак!
— Ты когда выпить успела?
— Да я ни в одном глазу, ты чего?.. Короче, я хочу узнать, трусы какого цвета он носит. В его анкете написано, что его любимые цвета – чёрный, розовый и фиолетовый. Блин, я не могу представить его в розовых или в фиолетовых трусах! Господи, пусть они будут чёрными!
— Ты сначала до них доберись. Лично я уверена в одном.
— Это в чём же?
— Носки у него точно чёрные.
Вика повернула голову. В иллюминаторе проплывали облака, сияло солнце. Ничто не предвещало звездеца.
“В самом деле, чего я раньше так боялась перелёта”? – подумала она, как вдруг самолёт подбросило вверх, а затем резко опустило вниз и тряхнуло. Началась неприятная болтанка, и странная вспышка света на короткий миг ослепила пассажиров.
Вскрикнув от ужаса, Джулия вцепилась в руку подруги.
Виктория была ни жива, ни мертва. Кто-то из пассажиров громко молился, кто-то истерично смеялся, плакали дети. Но тут пилот по громкой связи объявил, что самолёт вошёл в зону турбулентности, они проскочили через воздушную яму и теперь всё в порядке.
— Это было жутко, – выдавила из себя Вика. И чертыхнулась в сердцах – ну вот, будто она сама накликала всё это своими страхами и жалобами! Ведь мысли материальны!
Сальери же облегчённо выдохнула и уставилась на стюардессу, с дежурной улыбкой успокаивающую перепуганных пассажиров.
  
Глава 2
 
Вечером того же дня Крис Майер из группы “Verrückte Welt” возвращался на студию. Он ходил в магазин, чтобы купить себе и друзьям пива. На небе поблёскивали первые звёзды, и месяц сиял в вышине половинкой бублика. В воздухе плыл аромат свежеиспечённой выпечки. Из открытого окна студии слышался голос Говарда Маклафлина, распевающего во всю глотку пошлую песню собственного сочинения.
“Опять Говард порнухи пересмотрел, какой-то он уж слишком воодушевлённый”, – подумал Крис, проходя мимо ядовито-зелёных кустов. Оттуда донёсся шорох и невразумительный шепоток.
Майер насторожился.
В последнее время много чего странного происходило. Ему присылали записки на непонятном языке и фотографии всевозможных частей тела, покрытые расплывчатыми татуировками. В тату с трудом угадывалась символика его группы и портреты, на которых был изображён он сам, правда, в весьма дурацком и карикатурном виде. Иногда снаружи, на стенах студии, появлялись таинственные символы. Крис их не понимал и просил Говарда закрасить их или смыть, в зависимости от того, чем они были нанесены.
Шорох прекратился, да и Крису было неохота нырять по кустам, чтобы узнать, кто является источником звуков. Он пошёл дальше.
Темнота сгущалась, почти все фонари в квартале были разбиты, что было странно, ведь на немецких улицах преимущественно царят чистота и порядок.
Зловещие тени заплясали на стене соседнего к студии здания. Позади раздались шаги, кто-то бежал к нему. Крис не успел обернуться, чтобы посмотреть, кто это был, но одно он знал точно. Судя по восторженным воплям, это были назойливые девушки-фанатки.
На него запрыгнули сзади и обхватили руками и ногами. Крис был не маленького роста, почти под два метра, но для нападающей это не составило проблемы. Она вскарабкалась на него, словно на дерево, обвила его шею руками и втянула носом воздух рядом с ним.
 
Майер застыл на месте, не понимая, что происходит.
— Что за…? – только и успел проговорить он. – Да вы ваще ох...!
Со скоростью ветра сзади к нему подбежал кто-то ещё и, уцепившись за его брюки, собрался стянуть их. К счастью для Криса, ремень не позволил брюкам упасть.
Оступившись, Майер рухнул на землю вместе с напавшими на него фанатками и драгоценным пакетом, в котором лежали шесть бутылок наипрекраснейшего тёмного пива.
Звон разбитого стекла печально прозвучал на всю улицу. На студии распахнулась дверь.
Увидев мчащегося к ним со всех ног Говарда, чей рассерженный вид предвещал скорую расправу с теми, кто предал пиво такой суровой каре, девушки, испуганно взвизгнув, вскочили на ноги и припустили бежать вдоль по улице, а затем скрылись за углом здания. Говард не стал догонять их.
— Я так и знал! – он помог Крису встать и с тоской уставился на асфальт, где растекались дорожки так и не попавшего им в желудки пива. — Потерпеть не мог что ли? Налакался уже так, что копыта не держат?
— Я не сам упал. Меня фанатки чуть не изнасиловали в очередной раз, – с оттенком гордости ответил Крис, отряхнув брюки. А вот пиджак было уже не спасти от стирки – на нём расплывались тёмные пятна. Крис поморщился и спросил у Говарда, матерно сокрушавшегося по поводу утраченного алкоголя: – Ужин готов?
— Конечно, но ужин без пива – деньги на ветер! Я позвоню менеджеру, пускай притащит “Майбок”, что ли! Должен же он заботиться о своих подопечных.
— Хорошая мысль, – одобрил Крис, и они пошли на студию.
Со стороны могло показаться, что Майер повёл себя удивительно сдержанно после нападения. Просто ему было не привыкать. Хотя бы пару раз в неделю, а то и чаще, к нему приставали на улице или в магазине с просьбой дать автограф, сфотографироваться для страницы в “Тристаграме” либо расписаться на груди или на других частях тела. Иногда девушки (и даже парни!) предлагали ему себя в разных позах и разных местах. Бывало и такое, что Майер не отказывался от их предложений.
Лейтон, гитарист группы Криса, сидел на диване и смотрел дешёвый ужастик.
— Вас только за смертью посылать, – буркнул он, когда Крис и Говард вошли в комнату, и принюхался. – Почему от тебя так пивом несёт, Крис? Ну и амбре...
— Говард расскажет, что случилось, – не пожелав вдаваться в объяснения, Крис направился на второй этаж, где находились его апартаменты, в которых он ночевал, если задерживался на студии допоздна. Он прошёл туда, включил свет и обнаружил стоявшую посредине огромную коробку, перевязанную красной лентой и увенчанную пышным бантиком. – Ого, вот так сюрприз!
Мельком подумав о том, что Говард не предупредил об очередном подношении его эго и таланту со стороны благодарных поклонников, Крис скинул с себя провонявший пивом пиджак и открыл ящик прикроватного столика, чтобы достать оттуда ножницы.
Тем временем недавно напавшие на него фанатки сидели на ветке дерева, росшего напротив окна его апартаментов, и с удивлением смотрели на странную коробку. Это были Сальери и Янсонс. Оставив чемоданы в отеле, они сразу решили наведаться к своему кумиру на студию, ради чего проехали половину Берлина.
— Конкурентки постарались вовсю, – вздохнула Джулия и отряхнула штанины джинсов от пыли. Она не пострадала при падении с Криса, лишь слегка испачкалась и от неё тоже несло пивом. – Эта коробка размером с человека, жесть! А вдруг там торт, из которого выскочит стриптизёрша? Тогда сегодня вообще не имеет смысла проситься в гости на его студию. Ему будет, чем заняться вечером.
— Кто-то воплотил в жизнь одну из наших стратегий, подарив ему себя, – то ли в шутку, то ли всерьёз заметила Вика. – Может, и нам надо было так сделать, а не нападать на него? Повязать на себя бантики и всякие ленточки, упаковаться в коробку и...