На свои круги (СИ)

Эрвин притянул мальчика к себе, прижал к груди, рывком поднимаясь на ноги, притиснул к самому сердцу, чувствуя что-то живое и маленькое, как птицу держишь в ладонях.
«Я убивался в горе, в своих страданиях, мне казалось, больше моих потерь быть не может, а ты... ты вообще был один... Без мамы, без папы, голодный, одинокий, мой мальчик... Такой маленький, такой крошечный, а тебе уже так досталось от жизни... Прости меня... Я никогда не брошу тебя больше... Я не оставлю тебя... Никогда-никогда...»
Он почувствовал, как под ногами появилась опора, та самая ступенька, которой ему не хватало. Теперь он выберется из своего горя, найдёт путь, и помог ему в этом этот барон...
- Спасибо...- прошептал, глядя сверху в глаза барона Орвила, а молодой человек согласно кивнул.
Ну почему, почему его связывает клятва, данная баронессе? Разве сейчас не самое время сказать ему о его сыне? О сыне баронессы в Дарнте? Он был бы рад. Он бы знал, что у него тоже есть ребёнок... Сын... Как она назвала его? Артин... Да, именно так!
- Ладно!- Барон поднялся на ноги.- Побудьте пока вдвоём, позже я пришлю няню за ним, его надо будет покормить и уложить спать. Представляю, как он устал с дороги... Я сам еле ноги перетаскиваю...
Пошёл к двери. Эрвин окликнул его:
- Орвил?- Барон обернулся.- Спасибо...- прошептал чуть слышно.- Большое спасибо...
Тот в ответ лишь пожал плечами и улыбнулся. Нет, он совсем не такой, как его отец. В этом сравнении барон Элвуд проигрывает по всем статьям. Хоть он и ненавидит сына, но тот даст ему фору, и ещё какую.
«Спасибо. Спасибо тебе за всё. Ты хороший человек, барон Орвил Арвинский... И не зря она тебя полюбила...»
ЧАСТЬ 29
По вечерам они играли в шахматы. Неторопливо, обдумывая ходы, разговаривали о том – о сём. Эрвин неплохо вообще-то играл, но Орвил почти всегда обыгрывал его, то фигуру под бой отдаст, то какие-то размены хитрые делал, что потом это приводило к его победе. Чтобы так играли, Эрвин не видел до этого. И это раздражало его, ведь он сам, получалось, допускал оплошности, позволяя сопернику выигрывать, а проигрывать не хотелось. Сам он выигрывал, иногда это получалось, но не часто.
После того, как барон привёз маленького Эрвина в Арвин, прошёл уже месяц, начался март, наступила весна. Новый год обещал перемены. Скорее всего, с началом лета возобновятся военные действия. Гавардского графа не остановят даже заложники из знатных семей, что были отданы графу Мард и его приближённым в качестве залога перемирия.
Это значит, что Орвил будет собирать своих рыцарей и по зову сеньора отправится на войну, чтобы воевать с Гавардом и со своим отцом. Эрвин на этот раз оказался с другой стороны и наблюдал за тем, что делалось со стороны бывшего противника. На войну идти желания не было, он не был связан клятвами хоть с кем-то, чтобы иметь обязательства, да и сам факт войны напрягал его. Зачем это всё? Для чего?
А в Арвин уже летели письма из разных концов графства, какие-то сообщения от других баронов, советы и предложения. И это оживление ничего хорошего не предвещало.
- Ты как-то неправильно играешь!- воскликнул Эрвин после того, как его королю в очередной раз был объявлен шах и мат.
- Давай сделаем передышку и выпьем вина?
- Нет! Ты устал? Тогда сыграем ещё раз! Я хочу выиграть!
- Просто так играть не интересно. Что за радость – играть на интерес!
- А на что?- Эрвин удивился.
- А давай играть на что-нибудь? Например, на тайны... На секреты. Если выиграешь ты, я расскажу тебе что-нибудь такое, чего ты обо мне не знаешь. А если выиграю я – ты расскажешь мне что-нибудь...
- И ты выиграешь. Опять схитришь где-нибудь. Я тебя знаю.
- Хорошо. Давай, я не буду по-твоему хитрить и дам тебе лишних три хода? Идёт? Сыграем два раза, а там, как получится.
- Хорошо. Давай.
Барон играл белыми и, сделав первый ход, как и обещал, три хода пропустил, давая возможность Эрвину разыгрывать свою игру. Первая партия шла медленно, и каждый ход обдумывался с особой тщательностью. Эрвину удалось провести фигуры в стан белых, и он добрался до короля соперника быстрее, чем Орвил успел реализовать свой план игры и поставить мат чёрному королю. Первая партия осталась за Эрвином, и победа окрылила его.
 
Вторая партия оказалась не такой удачной, он пропустил ход барона в свой правый фланг, и игра развернулась, как и первая, только с точностью до наоборот. Теперь Орвил разбивал его стан, а соперник ничего не смог противопоставить его напору и опыту.
Каждый из них проиграл по партии, и теперь оба замерли в ожидании предстоящих откровений. Что теперь? Что каждый из них поведает другому?
- Давай выпьем вина?- предложил барон и поднялся на ноги.
Эрвин не ожидал, что со второй партией получится так, ведь барон дал ему хорошую фору, да и играл без своих любимых приёмов. Казалось бы, победа была рядом, но сам поторопился и не досмотрел. Но он не расстраивался из-за этих тайн, он придумает, что рассказать этому барону, по крайней мере, всегда можно сказать, что он видел их с баронессой-мачехой в «Пропавшей подкове». Чем не секрет?
Они сидели у камина, и каждый потягивал вино из кубка, и оба молчали, будто с мыслями собирались.
- Ну что, кто первый?- спросил Орвил.
- Давай, ты, ты же первым проиграл.- Эх, потом он, конечно, пожалел, что дал ему это право...
- Я никому не говорил, и никто не знает... Ты сам как-то спрашивал меня об этом, я обошёл эту тему... Баронесса... Моя мачеха... Ания... Мы были один раз вместе... Всего один раз...
- Ну это не секрет!- Эрвин скривился, барон обогнал его, об этом он и сам хотел ему рассказать.
- Что?- Орвил вскинулся на его слова.
- По крайней мере, для меня это не секрет, я всё знаю...
- Откуда? Как? Она сказала?
- Нет! Она, конечно, сказала, но я знал ещё раньше. Я видел вас в Берде, в «Пропавшей подкове»... Сам видел... Я пытался узнать у барона, жив ли ты после поединка, но старик только облаял меня, и я пошёл к тебе сам...- Улыбнулся.- А ты там не один, я всю ночь прождал, пока вы с баронессой утром уже не спустились...
- Нет...- прошептал Орвил, не веря ему.
- Мне сказали, у барона женщина, а я удивился, когда понял, что это за женщина... А на следующий день ты пришёл на пир, чтобы снова увидеть её. Ведь так?- Усмехнулся.- После этого она больше на пирах и турнире не появлялась, наверное, думаю я, барон отправил её домой. Я всё знаю, и мне интересно, как она смогла пить из этого кубка, если изменила барону?
Надолго у камина повисла тишина. Барон был удивлён не на шутку, молчал, обдумывая услышанное. Потом спросил хрипло:
- И всё это время ты знал?
- Конечно. Я один на всём белом свете всё знаю, ну, кроме вас двоих...- Снова улыбнулся, довольный произведённым эффектом.- Так что, это не секрет. Для меня...
- И ты не сказал барону? Ты же был его оруженосцем.
- Не сказал.- Кивнул и отпил глоток вина.
- Почему? Он же был твоим господином!
- Я не лез в личные дела его жены. Правда, всё время она испытывала моё терпение, будто догадывалась о чём-то.- Пожал плечами.- Всё время портила мне жизнь... И в Берд взяла поэтому же... Потом я рассказал ей всё...
- Она знает?
- Конечно.
- И что она сделала? Что сказала на это?
Эрвин вздохнул, собираясь с мыслями.
- Она думала, что я всё расскажу барону, и хотела бежать из Дарнта вместе с ребёнком...
- С ребёнком? Из Дарнта? Куда? Зачем?
- Она боялась, что барон убьёт и её, и его...
- А его-то за что?
- Ну-у, есть за что...
- Ты о чём? Говори, Эрвин!
- Наверное, это будет мой секрет...
- Ну же?
- Я удивляюсь, почему она тебе сразу не сказала, ещё тогда, когда вы виделись на дороге...
- О чём? Что ты говоришь?
- Её ребёнок, она ведь родила его от тебя, а не от барона... Так что, ты тоже отец, и в Дарнте у тебя растёт сын... В марте, в конце месяца, совсем скоро, ему стукнет год... Артин, его зовут Артин...