Волки и надзиратели (ЛП)

Я должен был сразу учуять влияние Элораты. Если бы я не пал добычей своих желаний, своей слабости.
Я зарычал и открыл глаза, смотрел в воду. Я давно перестал надеяться. Но я верил, что мог спасти Бриэль. Теперь даже эта надежда пропала. Если только не одолеть ведьму. Но кто бы стал глупо пробовать? Элората была самой сильной ведьмой округа за века. Я помнил, как клан ведьм и колдунов за ее столом дрожал перед ней. Даже матушка Улла, упрямая и смелая, не стала бы воевать с ней.
И бабуля Доррел продолжит править округом поколениями, подпитываясь темной магией.
Мои плечи опустились, голова повисла на шее. Я смотрел на свои ладони, упирался ими в землю — они все еще были звериными, но пальцы начли удлиняться. Я сжал пальцы с силой, словно мог как-то раздавить свою хрупкость.
Вдруг мои уши дрогнули. Я нахмурился, поднял голову, чуть склонил ее. Что это был за звук? Мне показалось? Нет, он повторился.
Крик. Крик человека.
Я поднялся на четвереньки, напрягся, шерсть встала дыбом на спине. Инстинкт говорил мне бежать. Крики не означали ничего хорошего. Я не должен был лезть в дела людей.
А если… если…
— Боги! — прорычал я и повернулся на звук, побежал. Я понял, что был не так глубоко в Шепчущем лесу, как думал. Если я не ошибся, мои блуждания водили меня кругами, и я был в миле или двух от дома Фэндар. Это тревожило. И откуда звучали крики? Голоса мужчин, женщин и детей. Далёкие, но я быстро приближался.
Я добрался до края леса, вышел на холм у луга. Крыши Гилхорна выстроились под небом впереди. Оттуда звучали крики.
Я медлил. Я не ходил в город в облике монстра. От одной мысли я сжался. Но крики все звучали, рвали воздух, полные ужаса, но за криками было что-то еще. То, что я не мог слышать или ощутить, но все же узнал.
«Элората».
Я бросился из укрытия деревьев на луг, разогнался. Люди убегали вокруг меня — мужчины закрывали собой жен, женщины несли детей. При виде меня их ужас удвоился. Мужчины пытались защитить семьи, женщины прижимали детей к груди. Вилы, лопаты и косы сверкали перед глазами.
Я игнорировал ржавое оружие, несся в поселение. Огибая испуганных жителей, я бежал по улицам, направляясь к площади, откуда и доносились крики. Я вышел из узкой улицы и застыл, быстро огляделся. Два больших вола лежали на земле, все еще в упряжи. Один из них был мертв, другой умирал. Кровь запятнала брусчатку, в воздухе воняло смертью.
И посреди всего этого… был зверь.
Оборотень. Я узнал магию и искажение. Но я его раньше не видел, большой, похожий на кота, с рыже-золотой шерстью и полосками вокруг глаз и у задних лап. Хоть день близился к вечеру, он был полностью зверем, большим, жутким, лишь немного человеческого было в чертах. Превращение было недавним.
Элората взяла новую ученицу.
Мужчины выбежали на площадь — три юноши с веснушками, стражи Гилхорна. Они были в скромной кожаной броне, несли старые ржавые мечи дедушек. Они окружили монстра, но от них воняло страхом, и я знал, что зверь тоже это чуял.
Оборотень бросился на первого, отбил меч и отбросил мужчину на спину. Большая лапа опустилась на его грудь, когти впились в кожу. Юноша закричал. Его товарищ застыл от шока и смотрел. Но другой напал на кота сзади. Чувствительные уши оборотня уловили его приближение, зверь развернулся и уклонился от старого меча. Сталь ударила по камням со звоном, юноша пошатнулся. Большая лапа отбросила его. Я бы рассмеялся, не будь сцена такой мрачной.
Кот повернулся к прижатому юноше. Оборотень откинул голову и дико заревел, а потом бросился, словно хотел порвать горло юноши. Но я уже двигался.
Я врезался в бок монстра, вложил всю силу в удар. Зверь растянулся на брусчатке, но вскочил быстрее, чем я ожидал. Он смотрел на меня, сплевывая пену, огонь пылал в зеленых глазах. Если он удивился при виде оборотня, он не подал виду.
— Тише, котик, — сказал я, выдавливая слова из пасти. — Ты не хочешь этого делать. Я знаю, это страшно, но вскоре ты…
Кот вскинул голову и взвыл. А потом бросился ко мне. Я был не таким ловким и быстрым, как кот, меня замедляла возвращающаяся человечность. Но я был крупнее, использовал размер, встретив атаку зверя. Он бросился на меня, но я поймал его за передние лапы. Мы боролись, встав на задние лапы, глаза в глаза.
 
И я смотрел в те глаза, и…
— Бриэль? — охнул я.
Оборотень моргнул.
Он снова бросился, используя всю силу мощных лап. Я был напуган, и сила его удара сбила меня с ног. Я рухнул, дыхание вылетело из меня, и я не успел оправиться, она оказалась на мне, зубы рвали горло. Густая шерсть защищала меня. Я сжал ее ладонями с когтями, отодвинул ее голову. Она терзала когтями мои плечи, груд, когти впивались в плоть.
Далекая часть меня ощущала, что стражи собирались. Кто-то кричал про арбалеты.
В следующий миг снаряд попал по земле возле моего уха, отскочил от камня. Я повернул голову, посмотрел на источник. Оборотень спрыгнула с меня. Второй снаряд пролетел над ее головой. Она вздрогнула и встала на четвереньки.
— Убегай! — закричал я ей отчаянно. — Уходи, пока они не убили нас обоих!
Но она была дикой. Не понимала.
Она зарычала на лучников в окнах ближайшего здания. Она посмотрела на них кровожадно, бросилась к зданию, не слушая мои крики.
Один прыжок донес ее почти до подоконника, когти впились в дерево и глину. Она взбиралась — невозможно — хотя в нее стреляли из арбалета. Но под таким углом стрелок не мог попасть по ней. Она добралась до окна, поймала мужчину за тунику и бросила его за плечо.
Я вскочил и уже бросился. Я поймал парня и прокатился с ним по земле. Я не успевал опустить его нежно, так что бросил там, где мы приземлились.
Я побежал к зданию, прыгнул, пролетел по воздуху. Я ударил оборотня, обвил ее руками, потянул вниз. Мы рухнули, она оказалась сверху. Я был потрясен от падения, дыхание вылетело из легких.
Кошка скатилась с меня, жутко оскалилась. Она хотела снова броситься на меня, но снаряд попал в ее заднюю лапу. Она закричала и повернулась, попыталась убрать снаряд. Другой попал в ее плечо.
— Бриэль! — крикнул я. — Бриэль, беги!
Она понимала меня? Ее взгляд обезумел от боли, встретился на миг с моим. Там была вспышка узнавания?
Она быстро, несмотря на снаряды, торчащие из тела, побежала прочь от площади и пропала среди домов. Я мог лишь надеяться, что она доберется до леса.
Я встал, грудь вздымалась. Стражи окружили меня, трое были на площади, лучники — сверху. Они заряжали арбалеты. Я взглянул на парня, которого спас. Он вставал, мотая головой. Мы на миг пересеклись взглядами. Его глаза расширились.
Я повернулся и побежал прочь, перепрыгнул мертвого вола, побежал по улицам Гилхорна вслед за оборотнем-кошкой.
25
Бриэль
Я была потеряна.
Затерялась во тьме. В этом проклятии.
Глубоко внутри я ощущала, как что-то двигалось. Кричало.
Я замотала головой, бежала все быстрее. Боль горела в плече и бедре. Мне нужно было сбежать, убраться подальше от запаха людей. Злобные существа били меня мечами, стреляли из арбалетов. Но за страхом я еще слышала голос. Жестокий голос сотрясал меня:
«Пора раз и навсегда разбить моего милого Дира. Иди в его деревню и убей всех, кого видишь. Он не устоит и придет их защищать. Он скоро появится. И тогда ты должна его убить».
Убить его… убить его… убить его…
Я взревела, чтобы заглушить тот голос. Было так много боли и смятения. Бедро и плечо ныли. Вскоре я не смогу бежать. Я остановилась и попыталась убрать снаряды зубами, но не могла дотянуться. Я поворачивалась, но от этого было только большее. Тяжело дыша от усталости, вопя от недовольства, я прошла в укрытие зелени леса.
Звук воды манил меня, и я пошла, хромая, туда. От вида и запаха ручья я ощутила радость. Я склонила голову, лакала воду языком, радуясь прохладной воде в горле. Я так устала, было так жарко. Я была готова упасть от усталости.