Первая волна (СИ)
Контрабандист смог сбежать, когда его через неделю повезли в Рута на допрос. Весь день его искали в городе. На следующий день были осмотрены все корабли в порту, но никого не нашли.
Мак-ра получил второй корабль. Он разделил свою команду между двумя новыми кораблями и добрал людей на оба. Конница отошла от границы, так как никто воевать не собирался. А тысяча пехоты собралась из гарнизонов исключительно для учений. Ждать было тяжело. Тем более, что ничего изменить уже было невозможно. Мой разведчик патрулировал воды на дальних подступах. Когда от него прилетел почтовый голубь, ему вместе с запиской чуть не оторвали лапу. Да-ра сообщал, что восемь пиратских кораблей, два средних и шесть мелких идут к лазурной бухте.
Пираты высадились рано утром. Оставили по десять человек на борту каждого корабля и пошли по правому берегу реки. Было их человек шестьсот. Шли быстро и через три часа увидели небольшой замок на холме. Штурм начался сразу, сразу и захлебнулся. В замке сидело человек сто, но все были с луками. Когда же пираты опомнились, путь назад преграждала приближающаяся тысяча воинов, прикрытая ростовыми щитами. Берег реки был заболочен и непроходим. А у самой воды грелись на солнышке крокодилы. С четвертой стороны неспешно строилась конница. Вместе с разведчиками и моей гвардией их было семь сотен. Восемь кораблей — это восемь отрядов, восемь командиров и восемь тактик. Вот они и бросились в разные стороны. Но нас было больше в три раза. Было бы дело на кораблях, они могли победить. А на суше да в окружении…
Но пираты не сдавались. Те, кто побежал к реке, был встречен крокодилами. Может кто и сбежал. Но если бы вы видели этих рептилий, вы бы в это не поверили. Пехота просто выставила вперёд щиты и даже не сбавила темп. Конница легко погнала разрозненные группы пиратов обратно. А стену с разбега не возьмёшь. Короче, мы их зажали с трех сторон. А если считать, что крокодилы были на нашей стороне, то с четырёх. Мы ведь не зря им две недели бросали мясо в этом месте два раза в день. Самому большому я бросал лично, уж очень он был красивый. Но издалека, и то, Бак каждый раз злился, а Ром с двумя десятками стоял на готове. Крокодил меня даже узнавать начал через неделю. Увидев, радостно полз навстречу, довольно урча. Он явно был главой местного крокодильего дома. Вот мы и нашли общий язык. Я его Кроки-ра прозвал.
Полностью окружив пиратов, мы предложили им сдаться, а я обещал никого не казнить. Они кричали, бахвалились, угрожали, но настал полдень, когда обычно мы кормили зверьё основательно, и на берег выползло под сотню этих красавцев, ну или страшилищ, кому как. И стало понятно, что мы не зря не торгуясь скупили в округе весь старый домашний скот и птицу, от которых крестьяне избавлялись с радостью. Пираты притихли, а Бак, стоявший рядом со мной, закричал со стены замка:
— Великий Глава Дома Летучей Рыбы последний раз предлагает сдаться! Иначе вы все пойдете на корм его зелёным подданным!
Тишина стала полной. И тут я увидел своего любимца и заорал со стены:
— Ты где шлялся Кроки-ра, а ну ка бегом сюда, ещё раз опоздаешь, хвост оторву!
Услышав мой голос, колоссальный монстр, по-моему метров пятнадцать длинной, громко хрюкнув и открыв пасть побежал прямо на пиратов. Пираты завопили так, что крокодилы начали разбегаться. Падая на колени, они кричали о сдаче и просили их пощадить. В плен попало около 400 человек. Бак не сказал ни слова, пока я бросал куски парного мяса прямо в пасть победителю в сегодняшней битве. Связанные пираты и почти всё моё войско взирали на это молча и с почтением. И так низко мне здесь ещё никто не кланялся.
Ещё через час прибежал гонец от Мак-ра. Адмирал справился с пиратами на кораблях легко. Он обещал всё подготовить к отплытию через три часа. Один корабль дал течь, и мы его просто сожгли. На остальные десять (три наших и семь захваченных) погрузили пленных пиратов и пятьсот солдат и поплыли в Руту. Оставшаяся пехота и конница потихоньку отправились обратно на границу. Двойное жалование я им обещал твердо. Тем, что плыли со мной на кораблях, заплатил из пиратских запасов. Все таки захвачено восемь кораблей! Всю дорогу я разбирался с найденными документами. Даже на палубу выходил не часто. Но каждый раз и солдаты, и матросы застывали в глубоком поклоне. Бак, похоже, от скуки им такого наговорил! А может им просто двойное жалование понравилось.
В Руту прибыли победителями. Аки и Томи встречали меня на пристани. Ну и еще полгорода. Пиратов в каменоломню (всех, кроме десяти человек) по городским улицам повели строем. Это я вспомнил незабвенные кадры советской хроники. Город взорвался радостью. Все обнимались, кланялись друг другу. Я толкнул речь о единстве Дома, о силе его армии и флота, мудрости моих советников. Отношение к армии и флоту резко улучшилось. Солдат и матросов три дня поили бесплатно во всех городских кабаках. Десять кораблей, стоящих в гавани, гордо демонстрировали нашу победу. Бак, уже в замке, стоя на перилах балкона второго этажа, показывал вытянутой вверх рукой высоту моего крокодила. Моя охрана хором обвиняла его во вранье и уверяла, что тот был гораздо больше. Томи, выслушав мой вариант событий, долго смеялся и просил не говорить Баку, что знает, как было дело. Похоже, ему нравится как тот выдумывает.
А мы с Аки сидели с захваченными документами и решали что делать. Да ещё допрашивали тех, кого я не отправил в каменоломню. Как мы и ждали, через две недели появился Роти-ок. Второй Кормчий прибыл вместе с секретарём Первого Кормчего. Я был с Аки.
— Спасибо, что дождался меня, — начал Роти, — я боялся…
— Мы друзья, Роти, — перебил я его, — для меня это много значит.
— Я должен передать вам благодарность Первого Кормчего, — вступил в разговор секретарь.
Я склонил голову.
— Я принимаю её.
— В ваши руки, — продолжил он, — попали наши документы. Мы хотели выкупить их. Я даже не буду их брать. Будет лучше, если они сгорят в моём присутствии.
— Есть ещё люди, — подключился к разговору Аки, — ваши люди.
— Первый Кормчий не знает этих людей. Их нанял Второй Кормчий, и по возвращении он за это ответит. Что же касается самих людей, я готов их забрать.
Сказано всё было очень жестко. Роти-ок вздрогнул, но промолчал.
— Я обещал их не убивать.
— Вы и не будете их убивать. Вы вообще больше никогда о них не услышите.
— Итак, — подвёл итог Аки, — документы, доказывающие, что за пиратами стоит Остров Торговцев, и десять человек с Острова, которым смогут поверить в любом суде. Что взамен?
Роти-ок сидел абсолютно раздавленный. Очевидно, раньше ему не говорили, что спрос будет жёстким. Попал он случайно. Его собственный посыльный корабль с инструкциями для пиратов просто присоединился к набегу. Капитан возражал, но команда его сместила и поступила по-своему. Инструкции содержали чёткие указания на кого нападать и были подписаны Вторым Кормчим. Да ещё с наставлениями, где на Острове сдавать награбленное. Сегодня торговец, завтра пират. То есть, если ты с Острова торговцев…И, конечно, Первый Кормчий в курсе. Там ещё был свиток, где Роти передаёт своему доверенному лицу мнение Первого по стратегии и тактике пиратства. Пока посланцы не прибыли, моя охрана была со мной постоянно. Бак почти не спал. По его просьбе, я под плащом носил панцирь. Лучше бы мы ещё одного железных дел мастера нашли! И на площади это объявили. Сил у моего Дома слишком мало, что бы влезать в такие дела.
— Может у вас есть пожелания? — начал торг секретарь.
Вот не могут не поторговаться!
— Кто мы такие, чтобы ставить условия Первому Кормчему Острова Торговцев! — развёл руками Аки, — Мы готовы выслушать ваши предложения.
— Десять тысяч золотых монет, — секретарь улыбался уверенно и покровительственно.
— И три условия, — добавил я и не давая секретарю опомниться продолжил, — первое: я и дальше веду дела с Островом через Роти; второе: пираты оставляют мой Дом в покое; и третье — это мелкое недоразумение не влияет на наши отношения.