Осколки Минувшего

— Кто же знал, что так будет, ведь я быстро — туда и обратно. — Жалостливым тоном произнесла девушка.
— И этого хватило. Что ж, будешь знать, как пренебрегать здоровьем, тем более, когда простуд липнет, как пыльца к рукам.
Венди улыбнулась, приятно удивленная вниманием дяди. Она взяла чашку с чаем и задула на него, чувствуя, как теплое пахучее облако взмывает в воздух.
— Спасибо, дядя Роб. — Ответила она. — Ты всегда так заботлив ко мне.
Венди не отличалась крепким здоровьем ни в старом теле, ни в новом. Доктор Кофман заверил, что это вполне нормально, поскольку должно пройти еще несколько лет, прежде чем гены нового тела возьмут верх над старыми, полученными вместе с душой, однако слова могли оказаться лишь утешением, о чем Роб давно подозревал.
«Надеюсь, так и будет». — Роб доверял словам доктора, пусть и с большой опаской.
— Выздоравливай, я еще загляну. — Поцеловав девушку в горячий лоб, дядя направился к выходу. — Приятного аппетита. Зайду позже, уберу и помою посуду. Не переживай за порядок. — Дядя знал о трепетном отношении Венди к чистоте в доме.
— Хорошо. Спасибо большое.
«Теперь Саймон. Сорванец наверняка снова примется капризничать и выпрашивать разрешение поесть в библиотеке». — Тяжело вздохнув, Роб принялся придумывать контраргументы изощренным доводам мальца.
— Саймон, ужин на столе. — Едва положив еду в тарелку, прокричал Роб так, что бы его услышали из «избы-читальни».
Мальчишка молчал, но прежде чем дядя успел что-либо предпринять, появился на кухне.
— Приятного аппетита. — Ласково произнес Роб.
— Приятного, дядя. — Более сдержанно ответил Саймон, принимаясь за угощение.
Ужин удался. Роб счел собственную стряпню весьма приятной на вкус, Саймон уплетал за обе щеки. Возможно, сказывался голод, а может Робу просто повезло. Но, так или иначе, было вкусно. Он чувствовал, как горячий сыр растекается во рту, а хрустящие корочки добавляют некий шарм этому блюду.
— Дядя, а как вы познакомились с Кайлером? — Неожиданно выдал малец.
Сказать, что Роб смутился — ни сказать ничего. От услышанного, он едва не поперхнулся чаем и некоторое время задумчиво, если не сказать — растерянно, вглядывался в недопитую чашку и молчал.
— С Кайлером лично я повстречался, когда предатель Васнецов едва не погубил весь мир. Помнишь ту историю с пробуждением? — Роб решил зайти издалека, стараясь обойти острые углы, ведь они с кардиналом познакомились куда раньше.
— Кто же не помнит, паника стояла, будто конец света, даже школу закрыли, к великому счастью. — Мальчишка развел руками. — Кайлер ведь приехал помочь? Значит — он герой!
— Как бы сказать. Он и его друзья спасали себя, им бы тоже не поздоровилось. Мир рушился на части, а другой планеты, как известно, у нас нет.
Роб решил умолчать про спасение Элизабет, поскольку та приходилась сестрой Вилмера, брата Кайлера, дабы Саймон не посчитал кардинала героем, хотя, малец уже сложил о кардинале свое мнение. — «Один добрый поступок не перекроет все зло, которое совершили эти люди». — Дядя рассудил по-своему.
Роб понимал, что жизнь полна несправедливости, и что нет только плохих и только хороших людей, но обида за смерть любимой жены не давала ему покоя. К тому же, Вояке ужасно не хотелось, что бы племянник общался с кем-то из клана Мардук, обладай он хоть троекратной святостью.
— Но ведь он пришел. Не бросил в трудную минуту. — Малец упорно настаивал на своем, не отрываясь от еды.
— Да, пришли, но понимаешь — жизнь очень запутанная и сложная штука. Вот и история с Кайлером полна как светлых, так и темных дел. — Роб включил принцип политика и начал ходить вокруг да около, только не говорить о деле.
Мальчишка отложил вилку и с любопытством посмотрел на Роба. В глазах сорванца читалось явное недоверие. Его не интересовали философские хождения вокруг да около.
— Дядя, расскажи про Кайлера. — Ожидаемо выдал он.
— Не могу. — Роб покачал головой.
— Почему? — В голосе парнишки промелькнула обида.
— Я же сказал, не могу.
— Это не ответ.
 
«Нагадали козе смерть». — Вспомнилась поговорка, смысл которой Роб очень долго не мог усвоить, понимая все буквально, пока один из сослуживцев не втолковал ему за рюмашкой холодной водочки почем, как говорится, в Париже помидоры.
Дядя призадумался. Нелегко объяснить подростку все особенности отношений между семьей Роба и кардиналом Мардук.
— Много чего произошло, всего и не расскажешь за вечер. А тебе пора делать уроки, давай как-нибудь потом. — Только и ответил он, не придумав ничего лучше.
Саймон деловито нахмурился. Его лицо выражало явное недовольство. Мальчишка положил приборы в тарелку, хоть и не завершил ужин даже наполовину, насупившись, как мышь на крупу.
— Вот так всегда. Я уже не маленький, чтобы скрывать от меня все на свете. — Сорванец не на шутку обиделся, даже готов был расплакаться от волнения. — Спасибо за ужин, дядя. Я за уроки. — Саймон резко задвинул за собой стул и поспешил обратно в библиотеку.
— Саймон! Постой! — Дядя попытался было остановить мальчишку, но тот и не думал останавливаться.
Роб тоже прервал трапезу. — «Сорванец, никакой управы»! — Подумал он и в сердцах пристукнул увесистым кулаком по столу. Столовые приборы издали характерный металлический лязг.
И без того безрадужное настроение оказалось полностью испорчено.
— Чертовы Мардук, даже дома от них нет спасу! — Выпалил он, вставая из-за стола. — Это уже переходит все границы.
Он вылетел из кухни и захлопнул за собой дверь.
— Что за дети. Упрется рогом со своим Кайлером, и все, ты хоть тресни! — Проворчал он. — Приходится ему доказывать, что это не так.
Роб был очень недоволен поведением Саймона. Он едва сдерживался, дабы не выругаться на весь дом нецензурной бранью. Сдерживался из последних сил.
«И почему ты не можешь быть таким же, как все дети?» — Подумал он.
Роб почувствовал себя таким одиноким, что уже готов был поверить, что все его чувства, все желания и даже семья — это всего лишь плод его воображения. Его охватил страх от собственных помыслов и он сделал несколько глубоких вдохов. — «Успокойся, старина, это уже перебор».
 Глава 2 
 Откровение 
 Октябрь 2221 года 
— Можно войти, не откажете путнику? — Едва первый солнечный луч коснулся верхушек деревьев, как незваный гость уже стоял на пороге дома.
Даже спросонья голос путника показался Робу весьма знакомым, словно он уже слышал его раньше. Громкий, властный и одновременно добрый тон. — «Да быть не может, неужели»… — В голове молнией пронеслись самые невероятные предположения. — «Знахарь или кто-то еще из подземелья. Неужели был еще один рейд в подземный город? Без меня? Сомнительно». — Роб нервничал, поспешно поднимаясь на ноги с нагретого кресла.
Наспех отодвинув недопитую чашку свежего утреннего кофе, подгоняемый здоровым любопытством, он бодро, если утреннюю сонливость можно назвать бодростью, отправился к двери, накрепко запертой увесистым замком нового поколения. Умная машина распознавала хозяев не только по отпечаткам пальцев, но и по голосу и особым ферментам кожи, уникальным для каждого человека. Отдельный гормон, обнаруженный учеными только недавно, оказался настолько полезным для системы защиты от взломов, что его используют даже спецслужбы.
Отворив увесистую дубовую бронированную дверь, откровенно говоря, Роб едва не открыл рот от удивления. Перед ним, в самой обычной серой пуховой куртке, вязаной шапке и рыбацких кирзовых сапогах предстал сам государь Николай собственной персоной, без кортежа и личной охраны, но с заметно погустевшей бородой, словно монарх старательно маскировался.
Роб остался поражен. Все годы он слышал о государе Николае, видел его на картинках, в новостях и даже лично, но никогда не представлял его в таком облике. Он был поражен его скромностью и простотой. Несмотря на свою высокую должность, государь выглядел как обычный человек, который вышел на прогулку.