Осколки Минувшего
«Я — сам по себе». — Кот фыркнул. — «Просто моя душа из мира ану попала не в человека. Ты когда-нибудь спал с кошкой? А это все, на что я могу рассчитывать».
— Зефир, не приставай к гостю. — Аури обернулась и погрозила коту пальцем. — Будешь человеком… Потерпи… Вытащим мы тебя из кошачьего тела.
«Прямо Пиноккио». — Фыркнул кот. — «Хочу стать настоящим мальчиком».
Когда прислуга удалилась, наступила некая тишина.
— Господа. — Кайлер прервал молчание. — Мне безумно скорбно, что до победы не дожили все те, кто мог бы быть сейчас с нами. Их гибель не должна остаться напрасной. — Кардинал выглядел подавленным и несколько измотанным, от чего и без того светлая кожа выглядела почти белоснежной, словно он был одним из воплощений графа Дракулы. — Давайте почтим память тех, кто отдал жизни за общее будущее, где каждый защищал тех, кто ему дорог. И все мы отличаемся от мертвых только тем, что нам повезло выжить.
Пока кардинал произносил речь, стюарды наполнили бокалы присутствующих. Кому-то достался крепкий алкоголь, кому-то вино, а кому-то — сок, как например Аури или Саймону. Прислуга, очевидно, исходила из личных предпочтений каждого из сидевших за столом, однако, Робу не повезло: пива в ассортименте не оказалось. Однако, стюард подал ему виски со льдом, к которому капитан питал слабость во времена службы в Мардук.
— Хотелось бы присоединиться к брату. Почтим память павших товарищах в великой войне. Мне будет не хватать всех их… — Фэллон говорил тихо, опустив взгляд. — Сюзанна, Алекс, Сэм, Винсент, Уил, Чес, Том, брат Вилмер… Навечно в наших сердцах… Простите, что не смогли уберечь…
Воцарилась тишина, в которой никто не решился ни поднести бокал ко рту, ни нарушить молчание. Каждый думал о своем. Кто-то вспоминал войну, кто-то мирные дни, когда все могли радоваться жизни.
Кайлер первым поднял бокал. Его примеру последовали и остальные. Тишина понемногу рассеивалась. В ход пошли закуски, среди которых оказались немало и салатов, и горячего.
— Жизнь продолжается. — Заговорила Аури. Девушка посмотрела в сторону окна, смотря на последние лучи солнца. — Самый темный час перед рассветом. Теперь все будет иначе. Мы справимся.
Еще какое-то время царила атмосфера грусти, пока, наконец, не завязалась беседа.
— Зря ты, старина, не хочешь остаться с нами. — Кайлер заметил замешательство Роба. — Парнишка у тебя — талант, через год-два даст фору моим изобретателям, да и остальным — безопаснее здесь. Как показывает практика, нам далеко не везде будут рады.
— Я всего лишь обычный военный, к тому же — в отставке. Семья — вообще ни при делах. Кто будет нападать на нас? — Роб отнекивался. — К тому же, нас защищают военные, все хорошо, за меня не стоит переживать.
— Разве случай с желтыми тебя так ни чему и не научил? — Фэллон закусил губу, вглядываясь в глаза капитану. — Все бы были в сборе.
Роб сперва взглянул на растерянного Саймона, затем на пристально смотревшего на него Кайлера и Фэллона, и увлеченную пушистым питомцем Аури.
— Роб, я давно знаю тебя. — Кардинал Кайлер сложил ладони на столе, подобно политику перед выступлением. — Неужели, ты не доверяешь нам после всего, что мы прошли?
— Наше прошлое не всегда оставалось безоблачным, ведь так? — Возмутился Роб. — Эмилия, подземелье, северяне…
— Так и должно было произойти. — В голосе Фэллона, который тоже влился в беседу, звучало олимпийское спокойствие. — Ты должен был вытащить Саймона, должен был стать опорой Рэту и Элизабет, увы, не все прошло, как хотелось, однако же, мы исполнили свое предназначение.
— Но никто не видел ни Рэта, ни Элизабет. К тому же, вы всегда списываете события на какой-то план. — Роб не спешил принимать доводы собеседника.
— Фэллон говорит дело. — Кайлер все еще пристально вглядывался в Роба. — От пристальных глаз магистра не все можно скрыть. Тебе и не снилось, каким шаманизмом нам пришлось заниматься, дабы перехитрить старого червяка. — Под шаманизмом понималась цепочка ухищрений, на которые братьям пришлось пойти, чтобы проскочить незамеченными под носом у мнительного Таби. — Думаешь, просто укрывать целое поселение Знахаря, когда под твоим носом вечно чужие глаза и уши?
— Разве я поверю, что вы заботились обо мне? — Роб не утихал.
— Да черта лысого тебе на воротник. — Рассмеялся Кайлер. — Ты же упертый… Это мне и нравится в тебе. Да, и мы не делали ничего ради тебя одного, это был план, в котором все получили свои мечты. Ты — мирную жизнь и настоящую любовь, Саймон — путь к образованию, а мы — ценного ученого, способного перевернуть науку с ног на голову, и вернули Элизабет с мужем домой, в Мардук, где им и место, прошу заметить, безопасное. Каждый остался при своем интересе, и, как ты и сам помнишь, все довольны, все смеются.
— Прямо ангел… — Только выдавил Роб. — Только где же сейчас Элизабет и Рэт Джонс?
— Они здесь, однако, Лизи перенесла весть о смерти Вилмера особенно болезненно. После того, как нам удалось вернуть ей память, она помнит детство, проведенное с братом, пока старикан Таби не разлучил их. — Кайлер ответил с особым спокойствием.
— Дядя… — Неожиданно для всех, даже Кайлера, в разговор вмешался Саймон. — Это мое решение, что бы ты ни говорил. Кайлер — мой учитель, я принял его, и хочу посвятить себя науке. Я знаю, мой папа умер, теперь его нет в подземелье, но мы можем спасти тысячи людей, понимаешь?
— А если тебе придется убивать? — Парировал Роб. — Сможешь?
— Я… не знаю. — Робко ответил малец. — Но, мне кажется, что только здесь я смогу быть полезен людям, раскрыв себя, свои знания. — Речь Саймона стала более уверенной. — Я верю кардиналам, прости, если разочаровал тебя.
— Пойми, Роб, мы всегда за себя и точка. И спасение людей — тоже для себя. Уж поверь, благородного правителя любят куда больше, нежели старика Таби. Все в плюсе. Мы у власти, люди довольны, всем один профит. — Кайлер рассмеялся. — Суть прогресса именно в этом. Ты мне, я тебе, понимаешь?
— Нет. — Роб отличился лаконичностью.
— Со временем, поймешь, когда прошлое перестанет сбивать тебя с настоящего и мешать будущему. У тебя теперь предостаточно времени, если конечно, не будешь лезть на рожон. — Продолжил Кайлер, все так же сохраняя спокойствие, иногда даже прикладываясь к бокалу, элегантно отпивая из него маленькими глотками.
— Мое прошлое навсегда со мной.
— Если бы так думали и мы, то ты давно бы был трупом, как и все здесь присутствующие, включая нас самих. — Отозвался Фэллон. — Только не подумай, будто у нас не было врагов, и потерь. Мы потеряли даже собственных братьев, но не сдались, мы рисковали собой в одном строю с тобой, Роб. Это не героизм, мы такие же люди, пусть и обладающие кровью ану, но мы тоже умеем чувствовать боль. Роботов, увы, еще не придумали.
— К чему все это? — Недоумевал Роб.
— Отпусти свое прошлое, страхи и опасения. Дай своему племяннику новую жизнь, сам потом будешь восхищаться его достижениями. — Кайлер вернулся в разговор. — Разве ты не хочешь этого?
— Конечно, я хочу, чтобы мой племянник был счастлив и успешен, — ответил Роб.
— Ты можешь начать с малого — постепенно отпускать прошлое и справляться со своими страхами.
— Если этого хочет сам Саймон. — Поддался Роб. — Только не заставляй его становиться убийцей, каким был я.
— Убийцей, старина Роб, ты стал еще до нашего знакомства. Как и Саймон — ученым. Мы не заставляли никого и не будем этого делать. Все только добровольно. — Фэллон только улыбнулся. — Саймон, что думаешь ты? Хочешь остаться с нами?
— Хочу. — Малец впервые за вечер улыбнулся.
— Вот и славно. — Заключил Фэллон. — Очень рад, что мы пришли к согласию. Жаль, Роб, что все-таки ты не останешься с нами.
Роб задумался. Он понимал, что Кайлер прав. Чтобы дать своему племяннику лучшую жизнь, ему нужно освободиться от своих собственных барьеров, однако покинуть Даллас.
Глава 20
Билет в никуда