Сабрина

— Но ты должна признать, что в последнее время он ведет себя сносно.
— Если ты считаешь, что глазеть за обедом в пространство и молчать — значит вести себя сносно, то…
— Но он же пишет. А за обедом обдумывает, что бы такое написать еще. Ты же сама говорила, что такое поведение — как раз в его духе.
Дерек повернулся к Джастину и Энн.
— Дело в том, что у нас проживает еще один гость. Его зовут Джей Би Мунро. Вам это имя ни о чем не говорит?
Молодые люди обменялись недоуменными взглядами, но в следующую минуту их лица чуть ли не синхронно вытянулись.
— Это что же — тот самый Джей Би Мунро? — взволнованно осведомился Джастин.
Дерек утвердительно кивнул.
— Между прочим, я прочитал все его книги без исключения. Все четырнадцать романов.
— У Энн возбужденно блеснули глаза.
— Его книги входят в список бестселлеров «Нью-Йорк Таймс» и «Паблишерз уикли». Два его романа экранизированы. По мотивам третьего сделан телевизионный сериал, еще одна книга послужила основой для мультсериала, этот писатель пользуется большой популярностью… И он живет у вас в сарае? — Джастин никак не мог поверить в это.
Дерек снова кивнул.
— С другой стороны, — вмешалась в разговор Энн, — не уверена, что мне бы хотелось иметь такого человека у себя под боком. Его книги вызывают у меня ужас, а насколько я могла понять из вашей беседы, их автор — парень со странностями…
— Считаю своим долгом вас предупредить, — перебил ее Дерек, — что Джей Би Мунро — мой шурин.
— Ваш?.. — Джастин от изумления не смог закончить фразу.
— Шурин?! — помогла ему в этом Энн. Потом она перевела взгляд на Сабрину, которая с немалым удивлением наблюдала за этой сценой. — Вы уж извините меня за бестактность, но то, что он пишет, требует, должно быть, особого склада ума и душевной организации. С ним наверняка непросто ладить… потому что… потому что, стоит мне почитать его книгу на ночь, как меня начинают мучить кошмары.
Сабрина улыбнулась.
— Вы нисколько меня не обидели, так что не стоит извиняться. Да, Джей Би живет в сарае, но сразу хочу вам заметить, что этот сарай неплохо оборудован для жилья и он там не бедствует. Вы там тоже не замерзнете. Но обещайте, что если вам не удастся ужиться с Джей Би, то вы переберетесь в дом, где есть несколько свободных комнат. Обещаете?
Энн и Джастин пообещали.
В тот вечер Дерек лег спать поздно. Сабрина давно уже лежала в постели, дожидаясь его возвращения, когда он вошел в спальню, молча разделся и скользнул под одеяло.
— У тебя все в порядке? — прошептала она.
— Да, — шепотом ответил он.
— Когда ты вернулся из сарая, у тебя было такое странное выражение лица… — Дерек ходил в сарай, чтобы посмотреть, как устроились Энн и Джастин, и довольно долго оттуда не возвращался.
— Мне надо было кое-что обдумать.
Спрашивать, о чем он думал, не было необходимости. С тех пор, как приехали Энн и Джастин, Дерек размышлял только об одном: о мести Ноэлю Гриру. Этот человек сделался его наваждением, его проклятием. Сабрина всегда знала, когда Дерек размышлял о Грире: его глаза темнели от гнева, лицо становилось жестким, а тело напрягалось. Он и ночью после этого спал плохо — ворочался с боку на бок и что-то бормотал. Иногда, проснувшись среди ночи, Сабрина видела, что он стоит у окна в голубом свечении луны и смотрит на засыпанный снегом двор. В такие минуты взгляд у него был пустым и отстраненным и выглядел он зловеще — как один из героев романов Джей Би. Стараясь не думать о том, что творится у него в это время в душе, она поворачивалась на другой бок и засыпала; утром наваждение исчезало и Дерек снова оказывался заботливым и добрым, как прежде. До следующего раза.
Нечего и говорить, что приезд Энн и Джастина снова натолкнул Дерека на мысли о мести. В принципе, Сабрине нравились друзья Дерека. Она считала, что предложение стать руководителем их проекта польстит ему и заставит вновь обрести интерес к работе репортера. С другой стороны, думала Сабрина, если присутствие молодых людей будет сказываться на психике Дерека не лучшим образом, ей останется только одно — предложить им уехать.
 
— Скажи, я поступила правильно, уступив им сарай? — спросила она, желая выведать настроения мужа.
— Конечно. Они хорошие ребята.
Некоторое время они лежали в полном молчании, но Сабрина знала, что Дерек не спит. Ей спать тоже расхотелось, и она спросила:
— Они всегда держались друг друга?
— Да, насколько я помню. Но никакой романтической подоплеки в их отношениях нет.
Она подняла голову с подушки и посмотрела на мужа.
— Странно. Мне показалось, что они типичная влюбленная пара.
— Это потому, что у тебя консервативные взгляды. Ты считаешь, что раз мужчина и женщина ходят вместе — значит, они любовники.
— Я не слепая. Джастин — парень симпатичный, да и Энн ничего себе. Если они вместе работают и проводят свободное время, то что им мешает быть любовниками?
— Мне кажется, Энн сейчас не хочет ни в кого влюбляться.
— Это почему же?
— Возможно, потому, что у нее уже был неудачный опыт общения с мужчинами.
— А вдруг проблема в Джастине? Может, он гей?
— Все может быть, — согласился Дерек.
Сабрина, подняла голову:
— Я просто пошутила.
Сабрина всмотрелась в лицо Дерека в надежде увидеть у него на губах улыбку.
— На студии насчет Джастина распуркали такого рода слухи, но он не считал нужным их опровергать.
— Это тебя не смущает — в том случае, если вы станете вместе работать?
— Шутишь? Если его сексуальная ориентация работе не мешает, то претензий к нему быть не должно. — Дерек прижал ее к себе и поцеловал в лоб. — Или ты полагаешь, что он станет приставать к Джей Би? — На этот раз он улыбнулся.
— Значит, ты не возражаешь против их присутствия? — спросила она, неожиданно ощутив укол беспокойства.
— Все зависит от того, сколько времени они здесь пробудут. — Он провел рукой по обнаженным плечам жены и коснулся ее спины. — Я не хочу ни с кем тобой делиться.
— Что за глупости? Разве тебе приходится мной делиться?
— А как же? Сначала приехал Джей Би, и ты часть своего внимания стала уделять ему, теперь вот пожаловали они… — Он поцеловал ее в кончик носа. — Я-то надеялся, что ты будешь заниматься мной и только мной.
Она поцеловала его в подбородок.
— Так оно и будет. Я люблю тебя, Дерек. Да, я готова принимать у себя других людей, но только при условии, что у нас с тобой все будет, как раньше, и наша жизнь останется такой же мирной и спокойной…
Дерек поцеловал ее прежде, чем она успела закончить фразу, которая, он знал, неминуемо бы вызвала у него чувство вины. Но поцелуй, как всегда, разбудил его чувственность, и уже в следующее мгновение он покрывал поцелуями ее шею и грудь. Ему нравилось прикасаться губами к ее коже и чувствовать ее тепло и шелковистую поверхность. Ему нравилось ее тело и то, как она стонала, когда он овладевал ею. Всякий раз, когда он доводил ее до оргазма, ему казалось, что он одержал очередную победу — над ней, над собой, над всем миром. Когда же он испытывал оргазм сам, то у него возникало такое ощущение, будто он умирает, а потом снова возрождается к жизни.
Но так уж случилось, что в эту ночь после близости с Сабриной он впервые думал не о ней, а о Ноэле Грире. И понял, что ему пришло время действовать.
Два дня спустя Дерек и Сабрина оказались в офисе Дэвида Коттрела в Нью-Йорке. Вернее, это был не офис, а компьютерный зал и библиотека юридической литературы, принадлежавшие адвокатской конторе, где работал Коттрел. Дерек сидел за клавиатурой одного из полудюжины стоявших здесь компьютеров, а Сабрина расположилась рядом с мужем.
— Для начала получим доступ к файлам Верховного судa, — сказал ей Дерек, отстукивая код на клавиатуре.
— А что мы, собственно говоря, ищем? — шепотом спросила Сабрина.
— Возможные связи между Баллантайном и Гриром, — ответил Дерек, всматриваясь в экран монитора. Поскольку мы выдвинули предположение, что Грир попадал в поле зрения Верховного суда, а судья Баллантайн помогал ему выкарабкаться, для начала нам надо поднять дела, в рассмотрении которых участвовал Баллантайн.