Два в одной или как не стоит попадать в другой мир (СИ)

***
— Мы с Иримэ Атта-Макил проводили ритуал «май'р Суино гайтуэйсион», призыв заколдованного раба. Так называют призванного духа-помощника. Потом в магическом круге появился ты, и я привязала твой дух к себе…
— Очень мило с твоей стороны было выбрать именно меня из всего множества духов, — сказал я с сарказмом. — Было бы вообще волшебно, если бы ты ещё и моего разрешения спросила!
— Но ты же ответил на призыв! Да и кто из призывателей в трезвом уме будет интересоваться мнением призванного существа?
Асталиэн искренне не понимала моего негодования.
— А твой трезвый призыватель не может подумать о том, что у призванного может быть семья, жена, дети, любимая работа, в конце концов? — продолжал я ехидничать.
— Но это же обычное дело! Призыватель привязывает к себе духа, дух ему служит какое-то время, а потом они расстаются — призыватель отпускает своего слугу. Это обычная практика.
— Вижу, мы не понимаем друг друга, — с сожалением констатировал я. — Тогда сменим тему. Скажи, пожалуйста, почему я оказался под кустом в обнимку с сексуальным маньяком? Это что, тоже часть ритуала?
— Нет, ритуал тут ни при чём. Отец велел мне уехать в поместье нашего хорошего знакомого, а ночью на нас напали демоны! Они убили Бринна и Эйрвина, а меня, видимо, захватили в плен.
— Стоп! У меня два вопроса. Первый — кто такие Бринн и Эйрвин? И второй — почему ты решила, что их убили демоны?
— Бринн и Эйрвин были доверенными ихелурами моего отца. Они сопровождали меня до Тауэл Броок… — голос девушки дрогнул.
— Понятно, телохранители, — торопливо проговорил я, опасаясь новой истерики. — А почему «демоны»?
— Они двигались очень быстро, были невероятно сильны, и я видела глаза одного из них — они светились красным огнём в темноте! — Асталиэн говорила таким тоном, как будто рассказывала страшилку на ночь.
Однако меня это не впечатлило, навпечатлялся уже сегодня.
— У страха глаза велики.
— Ты мне не веришь? — её возмущению не было предела. По-моему она даже забыла, что недавно хотела расплакаться.
— Я этого не говорил. Просто в темноте многое кажется не тем, чем является на самом деле. И «демон» этот, по-моему, обычный человек. Хотя и сволочь.
— Обычный человек. Пфх! — фыркнула Асталиэн.
Действительно, с этим заявлением я, пожалуй, погорячился. При осмотре трупа выяснилось, что насильник имел длинные уши, сероватую кожу и по четыре клыка на каждой челюсти (Да, я заглядывал ему в рот!). От нормального человека он отличался, но на гордое звание «демон» явно не тянул. Кстати, об отличиях.
— Асталиэн, кто вы? — задал я вопрос девушке.
— Э-э-э… Что ты имеешь в виду? — она была явно озадачена.
— Ну, там где я жил, разумные существа называли себя словом «люди». То есть я — человек.
— Понятно. Мы называем себя «плант хин», старшие дети Творца, таких как ты — «плант иай» — младшие дети. В просторечии «хин» и «иай».
— То есть у вас тут полно духов-рабов?
— Ты не понял. Плант иай — это существа, похожие на тех, что живут в твоём мире. Я же видела тебя во время призыва и пробовала говорить с тобой на северной речи.
И только сейчас до меня дошло, что я сейчас нахожусь в теле той самой блондинки, что так невежливо тыкала мне пальцем в лоб.
Мда… Тело может быть и новое, а вот мозги явно прежние, как был тормозом, так им и остался.
— А как зовут тебя? Назови своё имя, — слова Асталиэн вернули меня к действительности.
— Мирон, — привычно морщась, представился я. Никогда не любил своё имя. Думаю, все Акакии и Елпидифоры меня поймут.
— Миримон? — удивлённо спросила девушка и добавила. — Какая злая ирония!
— Ми-рон, — по слогам поправил я. — А что не так с этим именем?
Не дай бог, у них тут такое имя неприличным словом является. Матерным, там, или какую интимную часть тела обозначает. Вон в Германии словом «Herr» уважаемых мужчин называют, а у нас попробуй кого хером назвать — ноги местами поменяют!
— «Миримон» на священном языке означает «свободный» — просветила меня Асталиэн.
— А-а-а. Ну, тогда я «благоухающий» — разъяснил я и тут же добавил на всякий случай — в смысле, «приятно пахнущий».
 
Не хватало мне её прозвище «Вонючка» заполучить.
— Скажи, Мирон, как ты победил демона? — без перехода спросила девушка.
— Как-как, — от возникших воспоминаний моё настроение резко ушло в минус. — Сильно испугался … Вот со страху и победил … И не демон он никакой. Такой же эльф, как и ты.
— Эльф? — переспросила она.
— Эльф, — подтвердил я. — Так в нашем мире называют сказочный народ. По легендам, они научили людей многому: письменности, архитектуре, музыке … Они были очень красивы и имели длинные острые уши. Но все они исчезли.
«Обыден мир без эльфов.
Их не хватает тут.
Они живут лишь в песнях,
Что барды нам поют!» — продекламировал я отрывок одной широко известной в узких кругах песни.
Не станем уточнять, что всё сказанное было подчерпнуто мной из фэнтези. Пусть девочке будет приятно.
— Мы не похожи на эльфов. Может быть только ушами, — хихикнула Асталиэн. — А ещё то слово похоже на «alfarnir». Так люди севера называют нас, плант хин.
— Альварнир? Занятно… — протянул я, услышав знакомое слово. Свартальвами назывались, по-моему, гномы у скандинавов. Ну, или я что-то путаю.
— Теперь ты тоже альвар, — жизнерадостно добавила несостоявшаяся эльфийка.
— Ну, с кем не бывает, — шутливо пожал я плечами. Мне доставляло некоторое удовольствие слышать её весёлый голос.
— Там, в своём мире ты, наверное, был великим воином! — неожиданно заявила она. — Победить в одиночку противника, которого не смогли убить два опытных ихелура — это подвиг.
— Э-э-э … Боюсь тебя разочаровать, но я вообще не воин.
— Значит, сильный маг! — не унималась Асталиэн.
— Да нет же! Всё вышло случайно! Разве ты сама этого не видела?
Терпеть не могу, когда люди связывают со мной завышенные ожидания. Напридумывают себе непонятно чего они, а крайним почему-то потом остаюсь я.
— Как я могла это видеть, если пришла в себя во время завтрака?
— Ну, значит, тебе повезло, не придётся лечить психологическую травму. Вон тот красавчик, — я пальцем ткнул в сторону мертвеца — банально хотел меня … или тебя? Короче, он хотел нас изнасиловать.
— Что-о-о?! — смущённо кричала девушка, а вот щёки начали гореть почему-то у меня.
— Он хотел нас изнасиловать, — услужливо повторил я. — А пока он был расслаблен, мне удалось оглушить его, а потом — зарезать. Никакого подвига.
— Он это сделал со мной? — кажется всё, что было сказано после слова «изнасиловать», прошло через её голову навылет, не задев мозг.
— Успокойся. Нет, конечно. Будут тут ещё всякие утырки зариться на такую красотку, как я … э-э … мы! — как мог успокоил я девушку.
— Спасибо!
— Да на здоровье.
Так болтать можно было бы и дальше, но обстановка явно располагала к активным действиям.
— Асталиэн, ты хочешь вернуть контроль над своим телом?
— Конечно, хочу!
— Замечательно. У меня к тебе выгодное предложение: ты возвращаешь меня домой и получаешь своё тело в полное владение.
— Т-ты хочешь меня бросить? Одну в лесу? — в голосе Асталиэн звучала обида.
— Ну, технически, ты и сейчас одна в лесу, — я попытался сгладить углы.
— Ты хочешь оставить девушку одну в лесу! — теперь это звучало как обвинение.
— Нет, не хочу, — сдался я.
— Тогда ты должен помочь мне выбраться отсюда.
— Хорошо. Но затем ты сразу отправишь меня в мой мир.
— Э-эм … Да, конечно … Если получится…
— Так не пойдёт! Ты должна дать мне слово, — надавил я на эту хитрюгу.
— Ладно. Я тиуис Асталиэн Раме-эт-Нарэ даю тебе, Мирон э-э …
— Сергеевич.
(А что? Я — учитель, а у неё возраст школьный, имею право на имя-отчество.)
… Сергейич.
Особой радости в её голосе слышно не было, да и ладно. Сейчас главное отправить её к папе с мамой, а потом и самому — домой. У меня ещё программа не дописана.