Танцы с тенью (СИ)
Может, ну её к лешему, эту деревню? Может, и не пустят на ночь глядя, хоть ты им знаком перед глазами маши.
Не так уж плохо заночевать и в поле. Я развернула коня и пустила его вдоль забора в сторону дороги, что уводила на восток. Там можно поискать, где устроиться на ночлег, а с утра повторю ритуал поиска. Может, удастся найти и подхватить свежий след.
Машинально потёрла правое запястье, где стало пульсировать теплом. Не помню, чтобы я пережала руку или до крови оцарапалась… Стоп. При чём тут кровь?
Тепло исходило от охотничьего браслета.
Ощупала сквозь рубашку — так и есть. Сердце ёкнуло. Какой цвет: жёлтый? Красный?
Закатав рукав, я даже простым зрением увидела слабое белёсое свечение от двух бусин. Что это означает, я к своей досаде не помнила. Но тепло и свет сразу — это важно.
Янтарь, почуяв мою растерянность, якобы случайно начал сворачивать в сторону жилья. Хитрое животное отлично понимало, где ему будет комфортней и сытнее. Я пока не мешала: щупала браслет и думала, что это значит. Пока деревня снова не расположилась перед моим лицом.
— Ах ты пакость хитрозадая! Ну-ка давай, обратно на дорожку! — Я подбодрила коня пяткой. — Взял моду своевольничать!
Жеребец досадливо фыркнул, нехотя выполняя команду, и взял курс на деревянный мост. Жильё осталось позади, а стоило нам пересечь бегущую воду, как тепло на запястье тоже угасло.
Я вздохнула и опустила руки, взявшись за поводья покрепче. Ещё бы к седлу привязаться, чтоб спросонья не упасть… Размяла шею, прикидывая, что делать завтра и где коротать ночь сегодня. Дорога впереди раздваивалась, и левая тропа круто загибала за лес. Судя по указателю, ещё к одной деревне. Там, что ли, заночевать…
Только тут меня осенило.
Тепло и белое свечение! Как глаза слепого.
На меня кто-то воздействовал мороком. Путал дорогу или сбивал с пути. Я остановила Янтаря, от неожиданности всхрапнувшего и перебравшего передними ногами. Мол, что там ещё? Что опять надумала?
Бусины потеплели, когда я приблизилась к той деревне, и утихли в отдалении. С местоположением источника гадать не придётся.
Как воздействовали? Да отводили намерения! Приближаясь, я грезила ночлегом и ужином. А тут глянула на дома и заартачилась. Ой-ой, похоже на мою деревню, уж лучше на голой земле… Потом вижу другую деревню и с ней никаких проблем.
Позади осталась какая-то вещь, оберег, сделанный тем, кто не хотел лишних гостей. Что ж, попытка хорошая — работа тонкая. Если бы не браслет охотника, который сам по себе уникальная вещь, я бы не ничего заподозрила. Некромантам лучше всего удаются манипуляции с чужим разумом. Хоть это и не их основная сила.
Что ж, эффект вышел противоположный: пробормотав наговор от морока, я развернула коня и пустилась обратно.
***
Подъехав к воротам, не слезла с седла, а почти свалилась. Бедные усталые ноги… Наскоро размялась и с подозрением окинула взглядом дома. Спокойствие, тишина и ничего странного. Загляденье.
Стучаться не стала, а проведя ладонью по створке снизу вверх, подняла засов из крючьев и тихонько толкнула двери. Завела коня внутрь и закрыла ворота, для надежности еще и закляв на прочность.
Если бы кто-то сейчас выглянул в окно, то решил бы, что я не только ощупываю забор, но и обнюхиваю. Я осмотрела проём, тяжёлую створку, и пошла вдоль, еле касаясь ладонью струганной древесины. Пока не остановилась, словно запнувшись ногой о невидимую ступеньку, и рука метнулась вверх и вправо.
Между бревнышек пальцы наткнулись на плотно утрамбованную паклю. Из этого ствола некогда выпал сучок, и в оставшееся отверстие спрятали плетёный мешочек, туго обвязанный чёрной ниткой. Поверху замаскировали паклей, и кусочек лишайника поверх прилепили. Издалека не отличить.
Я поднесла к лицу найденный амулет и почувствовала, как на лице расплывается довольная усмешка.
Теперь поищу, к кому напроситься в гости.
Как оказалось, спали не все. Группа молодёжи собралась на лавке с масляной горелкой, что-то обсуждая, и увлечённо хихикали. Незваную гостью они даже не заметили. Услышали конскую поступь лишь когда мы с Янтарём подошли вплотную.
Девчонки притихли, уставившись на меня с насторожённым любопытством.
— А вы ворота-то, как открыли?
— Рукой. Подскажите, где у вас можно найти ночлег?
— Вы из наёмников будете? — Поинтересовалась белокурая девочка, сжав в ладошках плошку с горелкой.
— Из магов. Ещё вопросы будут, или ответите на мой? — Мягко уточнила я.
Отряхнув колени, поднялась старшая девушка, и кивнув мне, бросила «Пойдём, покажу-провожу». Поправила поясок и бойко затопала вверх по улице.
— Корчму нашу строят, уже месяц как, но у старосты дом большой, на два этажа, да и сам он в отъезде, а жена его примет, она хорошая! Я сейчас ей доложу! — Единым духом поведала она, на ходу поправляя чёрную, густую косу. Постучала в окно и скрылась внутри.
Через пару минут на крыльцо вышла женщина средних лет, с пышными кудряшками, явно завитыми на коклюшках. Замерла в дверях, разглядывая меня с той же лёгкой насторожённостью и вытирая о передник руки, измазанные мукой.
— Надолго к нам?
— На одну ночь. — Я подумала и поправилась. — Может, несколько. За ночлег заплачу.
Хозяйка всё ещё мялась.
— Шолана сказала, вы из магов?
— Да. — Пока прямо не спросили про орден, не говорю. Тактика Лаурена: умолчать не значит соврать. — А вам нужна помощь?
— Н-не помешала бы… Только с деньгами сейчас не очень, половина деревни уехала на ярмарку. Так что заплатить вам навряд ли хорошо сможем. Если только дождаться моего мужа…
— Пусть платой будет ночлег и еда, на время моего пребывания.
— Этого хватит? — Недоверчиво уточнила она.
— Вполне.
Хозяйка кивнула, тряхнув светлыми волосами.
— Тогда нечего стоять на пороге. Сейчас скажу, чтобы коня определили, а ты заходи. — И попыталась улыбнуться. — Гостям тут всегда рады.
Правда, что ли? — так и вертелось на языке.
Провожая меня к комнате, хозяйка представилась как Ларан, и кратко поведала, кто ещё живёт в доме. Кроме семьи старосты, с молодой дочкой и сынишкой лет десяти, на первом этаже нашли приют родственники. Вдовая сестра хозяйки помогает по дому и на поле, под лестницей ночуют старушка, следящая за чистотой. Да еще внук последней поселен на втором этаже, где раньше был чердак.
Мне выделили комнатку там же: узенькую, с покатым потолком и крохотным окном под самой крышей. Я оставила вещи, с трудом поборола желание растянуться на кровати и спустилась к общему ужину. Больше не за тем, чтобы поесть, а поговорить о работе.
Конечно, все могло оказаться просто и безобидно: изгнание вредителей (надеюсь, не тех самых родственников), заговор на дверные проёмы от дурных гостей, сведение порчи. Но судя по новенькому забору, есть реальная опасность.
Внизу бурлил оживленный гомон: пока я отсутствовала, успела собраться целая компания, вместе со всеми обитателями дома. Только хозяйского сына отправили спать, да внука помянутой старушки не хватало.
Подобно мотылькам, на огонёк слетелись кумушки-подружки, вроде как поболтать. Судя по длинному столу и просторной горнице, в этом доме часто принимают гостей. Да и подружки чувствовали себя как дома, помогали хозяйке накрывать на стол. На дальнем краю стола закипал блестящий самовар, на блюде красовались маковые сушки с печеньем и дольки сушеных фруктов.
Я только села, а приготовления к ужину были закончены: подали отваренный картофель в котелке и чесночные лепешки. Правда, хозяйка с подругами к основной трапезе присоединяться не стали, а заняли другую половину стола, подставляя чашки под тонкую струйку заварки.
Меня тактично не дёргали, предоставив возможность спокойно поужинать. Одна только старушка, присев с вязанием в углу, уставилась из-под бровей пристально, будто подозревала во мне воровку столовых ложек. Здоровенный рыжий кот, умостившись рядом с ней, тоже провожал круглыми глазами каждый кусочек колбасы.