Девушка из Дубровника
— Ну да, — Глеб свернул на такую же извилистую улицу, по какой я недавно шла с чемоданом. — По навигатору примерно так же. Но спорим, что вы поленились или не догадались открыть панораму со спутника?
Я красноречиво промолчала.
— Простите великодушно, — похоже, Глеб смутился. — Похоже, я вам окончательно испортил настроение. А может, и ничего. Сейчас ляжете спать, а утром окажется, что все не так и страшно. Море теплое и синее, еда вкусная, порции огромные. Цикады орут, сосны пахнут. Знаете, те, кто пишут отзывы в интернетик, — они не обязательно врут. Многим здесь действительно нравится. Понырять с маской между скалами, взять лодку или катер на прокат, по камням полазать, морским воздухом подышать.
— Может, и ничего, — повторила я. — Перемена обстановки — уже кое-что.
— Ну вот, приехали, — он повернул круто вниз на узкую улочку. — Вас хоть ждут?
— Уже нет, — тяжело вздохнула я. — Хозяин не дождался, ушел спать. Я с ним по телефону говорила. Оставил ключи у других постояльцев. На первом этаже. Не представляю, как сейчас буду их будить…
— Ладно, я сам заберу. Меня не сожрут. А если и попробуют, вам от этого вряд ли будет хуже.
— Спасибо.
Мне стало совсем неловко. Противный финн оказался и не финном, и не противным, и вообще…
Прекрати, одернула я себя. Человек просто помог, а ты сейчас разлетишься выбирать имена вашим пятерым детям и пекинесу. Пусть это будет маленький светлый лучик в том беспросвете, который он тебе пообещал. Потому что если все действительно так… нет, лучше сейчас об этом не думать. Хватит уже того, с чего началась моя прекрасная новая жизнь. Слишком много для одного дня.
Пока я грызла себя, Глеб постучал в дверь на первом этаже, поговорил по-английски с пожилым мужчиной в шортах и вернулся с ключом.
— Ну вот, ничего страшного не произошло. Они вполне милые люди, все поняли. Ну, может, купите им фруктов или еще чего вкусного в качестве извинения за беспокойство. Пойдемте, я вам помогу.
Он втащил мой чемодан наверх, открыл дверь, зажег свет. Комната была тесноватая и не слишком уютная. Двуспальная кровать без покрывала, кухонный уголок, телевизор с плоским экраном, стол, две табуретки и шкаф. У входа дверь в ванную, напротив — еще одна, на балкон. На фотографиях все выглядело гораздо симпатичнее.
— Ладно, Ника, устраивайтесь, отдыхайте, — Глеб поставил чемодан у кровати, подошел к двери и остановился, как будто чего-то ожидая.
— Спасибо вам огромное, — я не знала, что еще можно было сказать. — Если бы не вы…
— Если бы не я, вы бы дождались у автовокзала какое-нибудь такси и точно так же приехали сюда. Знаете что? — он покачался с пятки на носок, засунув руки в карманы. — Запишите мой номер. На всякий случай. Если приедете в Дубровник, позвоните. Покажу вам город. Ну и вообще — вдруг какая помощь понадобится.
Я достала телефон, но стоило только разблокировать экран, как он пискнул и выключился.
— Совсем хорошо, — застонала я. — Мало того, что деньги на счету кончились, так еще и разрядился.
— Ну тогда свой продиктуйте, — покачал головой Глеб. — Пришлю вам завтра смс. Все, спокойной ночи, — сказал он, записав номер. — Хорошего вам отдыха. Ну, насколько это возможно, конечно.
Закрыв дверь на ключ, я вышла на балкон. Где-то очень далеко внизу, за домами, по морю бежала лунная дорожка. Это было красиво. Вот только на соседнем участке, всего в нескольких метрах от меня, громоздилась недостроенная бетонная коробка с торчащей ржавой арматурой. Вокруг нее все было завалено мусором.
Я села за столик и заплакала. А потом вспомнила утренний разговор с сестрой.
— Никогда не пойму эту нищебродскую страсть потратить на три копейки меньше, доставив себе массу попоболи, — сказала Софья, объезжая по кругу площадь Мужества. — Ехать столько времени в неудобной машине с кучей незнакомого народу только потому, что из Хельсинки лететь дешевле. Немного дешевле. Сколько ты сэкономила на билетах? Надеюсь, больше, чем стоимость проезда до аэропорта и обратно?
Я собиралась ехать до площади Восстания, откуда отправлялась маршрутка, на метро, но Софья сама вызвалась меня подвезти. Судя по всему, сделано это было по инициативе общего семейного схода, чтобы попутно прочистить мне мозги. Семейство в составе наших родителей, Софьи с мужем Петечкой и сыном Вовой, а также примкнувшей к ним тетушки Настасьи было крайне обеспокоено тем, как бы «Ника не съехала с глузду». Вот уж не знаю, в чем, по их мнению, это должно было заключаться. Может, они беспокоились, что после идеального Андрюши я пойду по рукам всевозможных жутких маргиналов и отморозков. Или начну употреблять запрещенные расширители сознания. А то и вовсе запишусь в какую-нибудь секту. Как бы там ни было, старшая и, по их логике, более разумная Софья должна была наставить меня на путь истинный. Как будто мне не тридцать лет, а максимум четырнадцать.
— На билетах сэкономила пять тысяч, — ответила я совершенно спокойно, не поддаваясь на провокацию. — Проезд до финки и обратно стоит три двести.
— Да, безумная экономия, — Софья сверкнула очками без оправы и стала на секунду похожей на Берию, только без лысины. — Шесть часов дороги, не считая прохождения границы, неудобства и нервотрепка. Не говоря уже о риске — знаю я, как эти маршруточники гоняют и правила ни фига не соблюдают. Сколько уже случаев было, когда…
— Соф, из Пулково нет прямых рейсов в Дубровник, — перебила я, начиная закипать.
Если уж ты, дорогая, хотела вынести мне мозг, не стоило начинать с организационных моментов моей поездки. Могла бы сразу перейти к делу, я бы тебя послала, и мы сэкономили бы пусть не деньги, но время.
— Пересадки или длинные, да еще и ночные, или наоборот — всего полчаса. К тому же мне пришлось получать новый шенген, старый кончился. Я не могла лететь из Питера с неоткрытой визой. Значит, все равно пришлось бы ехать хотя бы на пару часов в Лаппеэнранту, чтобы распечатать.
— Если уж тебе приспичило поехать в убогую страну на задворках Европы, могла бы пойти в турфирму и заказать полный пакет. С хорватской визой на блюдечке, чартером и приличной гостиницей, где all inclusive. А ты — как самый настоящий нищеброд — наверняка выбрала самый дешевый апартман на горе в трех километрах от моря.
— С чего вдруг? — огрызнулась я. — Нормальнее апартаменты. Четыре звезды. И вообще, мы всегда так ездили. Без всяких турфирм, которые, кстати, очень любят банкротиться в самый неподходящий момент.
— А, ну да, ну да, — Софья наконец получила повод, чтобы перейти к зудящей теме. — Вы с Андрюшей ездили, и теперь ты решила попробовать сама.
— Слушай, что ты от меня хочешь? — я все еще надеялась обойтись без ссоры, не очень хотелось начинать отпуск на такой ноте. — Чтобы я вернулась к вашему любимому Андрюше? Не надейтесь, мы развелись. Окончательно. У меня даже штамп в паспорте уже стоит. И вообще, объясни мне, пожалуйста, почему вы все ведете себя так, как будто это я ему изменила и он застукал меня с мужиком в нашей спальне?
Софья смутилась. Самую капельку.
— Ну… — протянула она, включив вместо правого поворотника левый. — Потому что…
— Я тебе помогу. Потому что он заставил всех вас поверить, что я совершенно никчемушное существо. И не только вас, но и меня саму — в первую очередь. Я была не Ника Королёва, тем более, не Королева, а просто бесполезный придаток к Андрею Пименову. И вдруг я делаю что-то против шерсти. Не проглотила, не извинилась за то, что он притащил к нам домой любовницу. Разрыв шаблона. А теперь еще и в отпуск одна еду. Да оставьте вы все меня уже в покое, ладно?
— Послушай, Ника… — Софья подрезала мерседес и сердито ему посигналила. — Ты просто чушь несешь. Просто… — она запнулась, не зная, как возразить. — В общем, я просто хотела сказать, что… Смотри, застрянет твоя маршрутка на границе, и никуда ты не улетишь.
— Типун тебе на язык, — пообещала я. — И два под язык.